Страница 65 из 168
– Но чтобы это возможно было осуществить, необходимо желание двух людей, – рассмеялась Мэгги. – А я просто хочу осуществить желание, для исполнения которого не требуются чары феи-крестной. Взгляни, Фрэнк! Видишь тот желтый проблеск света в самом центре этой темной коричневато-лиловой полосы вереска? Думаю, там пруд, в котором в это время года отражаются редкие солнечные лучи. Кажется, не так уж и далеко. Каждую осень мне хочется туда сходить. Пойдем со мной сейчас? У нас еще есть время до чая.
Недовольство Фрэнка суровыми мерами, которые по настоянию мистера Генри его отец применял ко всем, кто злоупотреблял его беспечностью, скорее возросло, нежели сошло на нет. Он постарался спокойно и доброжелательно поговорить с отцом, но все без толку. Фрэнк пытался поговорить с мистером Генри, объяснить, что, если бы отец контролировал свою природную беспечность и был более строгим и бдительным землевладельцем, у арендаторов не возникло бы соблазна его обманывать. Молодой человек считал, что с ними следовало бы обойтись чуть мягче и дать им возможность восстановить свою репутацию, которую разрушили намерения его отца передать дело в суд, получившие огласку. Однако мистер Генри лишь вскинул брови и холодно ответил:
– Мне по душе ваше благородство, сэр, ибо я и сам был таким в вашем возрасте. Меня тоже волновали темы искушения и силы обстоятельств, и я был очень далек от реальности в своем стремлении перевоспитать негодяев. Но жизненный опыт убедил меня, что склонность к правонарушениям – врожденное качество, и ничто, кроме внешнего воздействия, не может держать ее в узде. И этим внешним воздействием является страх наказания. Я восхищаюсь вашим добрым сердцем, но трудно ждать от двадцатитрехлетнего юноши мудрости и жизненного опыта сорокапятилетнего мужчины.
Фрэнка возмутило это намерение поверенного отодвинуть его в сторону, как неоперившегося юнца. Он так рьяно осуждал все эти меры и те перемены в доме, что происходили под влиянием мистера Генри, что принял решение все же отправиться в Шотландию, и Мэгги, сердце которой болело при виде его страданий, поддержала его намерение.