Идеальный сын

Глава 60. Эрика

Лиам точно знал, куда воткнуть нож. От одного этого удара вся кровь отливает от лица моего мужа, и через несколько секунд он начинает кашлять ею. Он умирает. Он умирает быстро. Так быстро, что даже если бы мы сейчас вызвали скорую, если бы это было возможно, было бы уже поздно.

– Эрика, – выдавливает Джейсон, захлёбываясь собственной кровью. – Ты…

Я смотрю на него сверху вниз, ожидая его последних слов. Скажет ли он мне в последний раз, что любит меня? Я не знаю, смогла бы я это вынести. Мне уже кажется, что я едва держусь на ногах.

– Ты, сука, – заканчивает он. – После всего, что я для тебя сделал…

Я вздрагиваю, будто он ударил меня. Лиам был прав. Джейсон – не тот человек, за которого я его принимала. Он болен. Он сумасшедший. И он совершил нечто ужасное. Он планировал убить меня, и единственная причина, по которой я сейчас жива, – мой сын спас меня.

Джейсон заслужил эту смерть.

Я делаю шаг вперёд, вставая над ним. Я отвожу ногу и изо всех сил бью его прямо в рёбра. Это последнее, что он чувствует перед тем, как потерять сознание.

Я закрываю лицо руками, хочу плакать, но слишком ошеломлена. Джейсон. Ханна. Исчезли. Неужели это происходит на самом деле? Кажется, меня сейчас вырвет.

– Мам. – Эта срочность вернулась в голос Лиама, врываясь в мой туман. – Пойдём в хижину. Может, мы ещё можем их спасти.

Он тянет меня за руку, и я иду за ним не думая. Мои ноги двигаются автоматически, но голова не перестаёт кружиться. Я боюсь увидеть, что внутри. Если моя дочь лежит мёртвой на полу этой хижины, я не уверена, что смогу жить дальше после этого. Это уничтожит меня.

Мы заходим в хижину, в которой темно, если не считать фонарика на полу. Фонарик даёт достаточно света, чтобы понять, что здесь никого нет. Но я слышу голоса. Приглушённые женские голоса.

– Ханна! – кричит Лиам. Он падает на колени и упирается ладонями в пол. – Где ты?

На этот раз я слышу слова отчётливее, слышу голос дочери:

– Здесь внизу!

Там, очевидно, люк. На земле лежит связка ключей, и Лиам перебирает их, пока замок не открывается. Его руки такие устойчивые – я поражена. Как он может быть таким спокойным после того, что только что случилось? Я не уверена, что смогла бы удержать ключ, не то что вставить его в замок. Он распахивает люк и светит фонариком внутрь.

Вот они. Ханна, её лицо в слезах, но совершенно живая. И Оливия. Тоже живая.

Облегчение, которое я чувствую, почти сбивает меня с ног. Ханна в порядке. Моя дочь жива.

Слава богу.