Страница 13 из 39
То, что именно булгаковский роман послужил источником для сцены с иконой в «Анофелесе», доказывается также тем, что продолжение монолога Виктора Кучина оказывается связано с еще одним булгаковским произведением: «Хорошо, иду я в другой раз с газетой к нему. Ирландских рабочих в Америке расстреляли, угробили по-нашему. Я волнуюсь, товарищи, а он – нет. Я говорю, почему ты не волнуешься. Если, отвечает, так волноваться часто, я помру скоро, а я жить хочу…» Здесь просматривается явная параллель Кучина-старшего с профессором Преображенским из булгаковской повести «Собачье сердце» (1925), запрещенной цензурой, но до запрета читавшейся Булгаковым нескольким десяткам литераторов, а также распространявшейся в списках. Преображенский признается в нелюбви к пролетариату, советует не читать советских газет перед приемом пищи и отказывается купить несколько журналов в пользу детей Франции, хотя против детей ничего не имеет. У Тихонова все это воплотилось в короткий рассказ сына Кучина, где есть советская газета с рассказом о страданиях пролетариата, о которых не хочет читать главный герой повести, чтобы не расстраиваться.
У Булгакова попрание лика Христа Иваном Бездомным в первой редакции романа ведет к наказанию Ивана Бездомного шизофренией («манией фурибунда»). В последующих редакциях Бездомный наказывается шизофренией за то, что усомнился в существовании дьявола, т. е. Воланда. У Тихонова в «Анофелесе» уничтожения иконы (лика Христа) не происходит, поскольку Кучин-старший пародирует Ленина, а тот не призывал к уничтожению икон, а, наоборот, считал необходимым сохранить памятники старой культуры, имеющие эстетическую ценность. «Анофелес» также повлиял на «Мастера и Маргариту». Кучин собирается основать со стариками коммуну – колхоз «Покой и культура». Но именно покоем награждается булгаковский Мастер в финале романа – для того, чтобы он мог создавать новые произведения культуры.
Кучин-старший имеет инфернальные черты, хотя бы благодаря наличию у него мотива гамельнского крысолова. Недаром в повести говорится о Кучине, что «как будто он был дух из ада», где, вероятно, по мысли Тихонова, должен был пребывать Ленин.
Не исключено, что именно знакомство с образом Кучина в повести Тихонова стало одним из побудительных мотивов для Булгакова придать Воланду некоторые ленинские черты – через мемуары бывшего охранника Ленина Александра Васильевича Шотмана (1880–1937), вспоминавшего, как в 1917 году Ленина искали сотни агентов и полицейская собака Треф, и эпизод, когда Воланда после сеанса в Театре Варьете ищет знаменитый милицейский пес Тузбубен.
Второй большевистский вождь, пародируемый в «Анофелесе», – это Сталин. Пародией на него является образ сына Кучина Виктора. Имя Виктор (лат. Victor, победитель) выбрано неслучайно. В 1929 году, году «великого перелома», Сталин был явным победителем во внутрипартийной борьбе. Он отличался тем, что не брезговал никакими средствами и был беспощаден в борьбе со своими соперниками. Сталин также активно боролся с религией, и в первую очередь, вплоть до Великой Отечественной войны, с Русской Православной Церковью. И как раз 1929 год ознаменовался особо сильными гонениями на Церковь, что, кстати сказать, и побудило Булгакова отнести действие московских сцен «Мастера и Маргариты» к Страстной неделе 1929 года. И участие Виктора Кучина в эпизоде с иконой обусловлено антирелигиозной политикой Сталина в то время.
Виктор Кучин награжден в повести рядом характеристик, которые относятся к генсеку. «Вы ж его породили в свое время…» – говорит Леонтий Кучину о его сыне Викторе, намекая, что Сталин стал единственным наследником Ленина. И совсем убийственно звучит признание этого персонажа, восходящего к Сталину: «Я не людоед, я – рационализатор…»
То, что Витька крадет проект своего отца о переселении стариков из города в сельскую местность, пародирует обвинения левой и правой оппозиции в том, что Сталин присвоил себе и извратил ленинский план как мировой революции, так и построения социализма в одной стране.
Инфернальность Витьки связана с тем, что в сцене с иконой он выступает в роли сатаны или, скорее, беса. Неслучайно в повести Витька Кучин назван «дьявольский винтик».
Желтая афиша диспута ассоциируется с желтой кофтой проститутки, а последняя – с «желтым билетом» в дореволюционной России – удостоверением проститутки. Эти ассоциации показывают истинное отношение Тихонова к подобным диспутам и к практике отречения от родителей неподходящего социального происхождения, распространенной в 1920-е и 1930-е годы.