Страница 87 из 113
— Вы знали об этом? — спросил он у Вирен.
Она смотрела на него долго. Потом ответила:
— Да. До своей смерти один из магов успел раскрыть мне все подробности.
Я не выдержала.
— Вы знали, что снять проклятие — значит убить его. И всё равно… — голос сорвался. — Всё равно жили рядом. Говорили «сын». Смотрели, как он… — я замолчала, потому что дальше были только ругательства.
— Мир все равно дал ему второй шанс, — сказала Вирен. — Он жив. Валькерия не только стоит, но и процветает. Мой сын мёртв. Я сделала выбор. Мне с ним жить. И вам тоже.
Она встала.
— Можете приказать меня казнить. Можете держать под стражей до конца дней. Можете игнорировать. Это уже ваше решение, Морвен. Я все сказала.
Меня трясло. От злости. От бессилия. От того, что, наверное, впервые в жизни я столкнулась с человеком, который делал чудовищные вещи, и считал их оправданными.
Морвен молчал. Долго.
Потом сказал:
— Уведите её.
Голос его звучал спокойно.
Каэль подошёл. Взял Вирен за локоть. Вежливо. Аккуратно. Тарен встал с другой стороны. Она не сопротивлялась. Только на секунду задержала взгляд на Морвене.
— Ты стал твёрже, чем я ожидала, — сказала она. — Это неплохо. Может быть, я всё‑таки сделала это всё не зря.
Я хотела броситься на неё. Реально. Пелена застлала мне глаза, и я вскочила.
Если бы не Грим, который неожиданно встал и ткнулся мне в колено, я бы, возможно, сделала что‑то очень глупое и не похожее на себя. Я вцепилась ему в загривок, стояла и дышала. Она не стоит того, Рина.
Дверь за ними закрылась.
Мы остались в комнате втроём: я, Морвен и Лейра. Плюс Грим, конечно. Он был сейчас моим островком спокойствия. Я гладила его по голове, и ярость постепенно уходила.
Некоторое время никто не говорил ни слова.
Лейра первой нарушила тишину, очень тихим, осторожным голосом:
— Я могу дать вам что‑нибудь успокоительное или расслабляющее.
— Нет, — сказал Морвен.
Она кивнула.
— Я всё равно сварю. Пригодится хотя бы Рине. Она посмотрела на меня очень серьезно.
— Не оставляй его сейчас, — сказала и вышла, как будто была уверена, что я и без её слов всё поняла.
Умная женщина, эта Лейра. Мы остались вдвоём.
Я подошла ближе. Осторожно. Как к зверю, которого ранили, но который слишком гордый, чтобы показать свою боль.
— Морвен, — сказала я.
Он посмотрел на меня.
— Я не умру, — сказал он.
И это было сказано не ради утешения.
— Но жить вот так… — я замолчала.
— Не лучший вариант, — согласился он. — Но королева в одном права. Это лучше, чем смерть.
Я сделала шаг вперёд.
— Я с тобой.
— Знаю.
— И пока ты жив, я буду каждый день, каждый приём пищи, каждый поцелуй, каждую… — я осеклась, покраснела, но уже было поздно, — каждое наше прикосновение направлять в эту стену. Через форточку. До тех пор, пока она не станет шире. Я добьюсь этого, только верь в меня.
Он смотрел на меня долго. Его глаза были печальны. Потом очень медленно, очень тихо мужчина произнес:
— Хорошо.
И на этот раз оно значило совсем другое. Я больше не буду мечтать о чуде, мы пойдем по этому пути вместе.
Я взяла его за руку, и Морвен неожиданно крепко сжал мою ладонь.
И в этот момент я поняла, что мы нашли способ сказать этого сложному миру — «нет».
Маленький. Упрямый. Через еду, касания и эту самую форточку. И пока мы держались друг за друга, этого было достаточно.