Осколок

Они остановились, и Далур полез в заплечный мешок.

– Будем вставать на ночёвку?

– На хреновку. – Арди вглядывалась в тёмные силуэты деревьев позади. – Чем дальше уйдём, тем лучше. Ты и правда почивать собрался? И прям вот уснёшь? Я бы ещё и завтра не спала. На всякий случай. Мне кажется, что он вон за тем кустом сидит. Ну или бредёт за нами по следу. Как ты, Молчун, сказал? Что он как хищник?

– Не сидит. Я не чую. Да и послушай, лес вокруг живой. А тогда тишина была полная. – Молчун приложился к протянутому ему снадобью.

– Согласен с Арди. – Далур закинул мешок на спину. – Спать у меня желания поубавилось. Да и луна яркая, вы идти сможете. Если не против – топаем дальше. До полуночи ещё несколько часов. Можно немало продвинуться. А там уж и про ночёвку потолкуем, как будет поспокойнее. Давайте забирать на северо-запад. Хватит с меня лесов.

Большая часть туч разошлась, на небе повисла почти полная нарастающая луна. По-осеннему яркие звёзды безразлично мерцали над головами мертвенно-белым светом. Лес наполнился шорохами и криками обитателей. Но в эту ночь они не пугали, а умиротворяли. Света было достаточно, чтобы ориентироваться среди деревьев, и привалить решили уже после полуночи.

Лес закончился, и они вновь очутились в скалистых предгорьях.

Далур остановился и какое-то время взглядом обшаривал каменистый склон, потом уверенно указал рукой.

– Вон там площадка ровная. И прикрыта камнями с запада. Если вставать, то там. Пошли, дров добудем, Одир. Я бурелом видел невдалеке, сушины навроде хорошие. А нам горячего поесть надо да одежду высушить как следует.

Так они и сделали. Пока готовился ужин, сгрудились около огня. В тревожном молчании съели наскоро сваренную дорожную кашу и улеглись, завернувшись в почти высохшие плащи. Несмотря на риск быть замеченными гоблинами, ночевать без костра никто не согласился, даже Далур, которому свет был необязателен, чтобы видеть. Слишком свежи и пугающи были воспоминания.

До рассвета оставалось часов пять.

– Вы-то ложитесь, а я подежурю. Всё равно мне не уснуть. Незадолго до рассвета я разбужу вас. А Молчун сегодня пусть отдыхает. – Далур устроился поудобнее спиной к костру.

– Недоволен будет утром. – Арди кивнула на спящего Молчуна. – Он поблажек не принимает, сам знаешь.

– Знаю. Если что, беру на себя.

– И почему мы, значит, вдвоём дежурим, а ты один?

– Я в темноте вижу. Вы – нет. Я думаю, надо на две стороны поглядывать. На лес на юге и на запад. Вот так и получается. По-моему, честно.

* * *

Костёр тихо потрескивал, от накинутой на ветки одежды исходил пар. Все три человека мирно спали, расположившись близ уютного огня.

Далур толстым прутом поворошил угли и подкинул ещё дров. Несмотря на долгий переход и усталость от безумного бега по лесу, спать ему не хотелось. Кольчугу он снял. Железо слишком холодило через сырое рубище. Далур привычно устроил топор на коленях и буравил глазами серую стену леса внизу. Время от времени там что-то шуршало, трещали какие-то ветки и разными голосами кричали ночные птицы.

Уже полчаса он ждал появления гостя. Мысли крутились вокруг разговора с наёмниками прошлой ночью.

«Как тогда сказала Арди? Я смелее всех, кого она знает? – Далур фыркнул. – Невелики же храбрецы её знакомцы. Хотя в чём-то она, конечно, права. Выйти одному на тролля не каждому по плечу. А что было делать? Смотреть, как Молчуна кончат? Или она издевалась? Тяжело с людьми. Часто за одними словами прячут совсем другие смыслы. Но сегодня у меня сердце чуть не встало. До сих пор страх меж лопаток ползёт. Тут у любого бы ползал. Далур, ты опять безоглядно побежал, только пятки сверкали. Побежал так, что и про Арди, и про прочих позабыл. Может, она и права, но сегодня… Стой, пустая порода, разбудишь опять призраков, начнут с тебя жизнь тянуть».

Дварф кисло посмотрел на тёмное низкое небо, потом на острые холодные камни вокруг.

После долгой паузы прошептал:

– Разбудил… Простите, что подвёл. Цена моей трусости – ваши жизни. Но уходите. Каждую ночь я вымаливаю у вас прощения. Ничего не исправить. Я больше не допущу такого никогда. Арди права: я не трус…

Холод между лопаток усилился, невзирая на обжигающий жар костра. Далур закрутил головой, осматриваясь. Последние полтора года в ночи он чуял их присутствие. Ощущал осуждение и ненависть. Презрение.

– Вы стоите там, где мне вас не увидеть, и смотрите. Я чувствую ваши тяжёлые взгляды, полные злости и разочарования. Моей вины не искупить. После смерти меня не примет камень, а при жизни мне в лицо плюнет каждый дварф, которого я встречу, если узнает про мою тайну. Вот и остаётся вымаливать покой у своей совести. Селяне эти, мать их рвать… Заслужу я покой, помогая другим? Лучше бы тролль мне шею свернул – я бы хоть умер как мужчина и воин.

Наконец-то.

Из леса вынырнул какой-то человек и ходко направился к костру.

– Ну уходите, пожалуйста. Хватит, – едва слышно шептал Далур. Ощущение взглядов и присутствия резко пропало. Он облегчённо выдохнул и пробормотал в темноту: – До завтра…

Потянулись минуты. Человек приближался, тихо перемещаясь меж камней. Дварф нахмурился, когда тот остановился чуть поодаль, не заходя в свет костра.

– Давай, чего встал. Место у огня есть. Птица твоя давненько на меня глаза таращит вон с того камня. – Дварф указал в темноту.

– Надо же. Хотел убедиться, что не слухи. Хотя мне клялись, что нет. Но когда сам видишь, верится легче. – Флан подошёл к костру и, покряхтывая, уселся. – Как поиски?

– Нешто не знаешь? Тебе галка твоя, поди, всё выложила уже.

– Ворон. Но да, ты угадал, кое-что я уже знаю. А вдруг упустила чего? – Старик не стал отпираться. – Да и из первых уст оно надёжнее.

– Надёжнее… У гоблы селян не оказалось. Думается, мы в курсе, где искать. Вернее, у кого. Идём вот проверить. И хватит с тебя. А ты чего пожаловал? Пособить чем хочешь?

– Может быть. Только давай отложим разговор до утра. Ни к чему одно и то же по несколько раз проговаривать. Если хочешь – ложись спать. Сегодня ночь будет спокойная. А если нет, я предупрежу.

– Я не так уж и устал. Посижу у костра, о своём покумекаю. Да и кашу вон не доел. – Носком сапога дварф слегка качнул котелок.

– Не доверяешь? – Флан усмехнулся.

– Не доверяю, – на сей раз не стал отпираться дварф.

– Ну как знаешь. А я, с твоего позволения, тогда прилягу. Светать скоро начнёт, но лучше мало поспать, чем вообще не поспать. Надумаешь – тоже ложись. Ручаюсь, что будет тихо.