Страница 32 из 257
Змея свистяще засмеялась, а затем атаковала, и Се Юньци был ей за это благодарен – потому что когда сия тварь открывала пасть, то говорила слишком много ненужного. Сам он пока не спешил вмешиваться, потому что планировал посмотреть, что сможет могущественная яо сделать против ослабшего и ослепшего даоса.
Как оказалось… ничего. Бой завершился менее чем за одну палочку благовоний, когда Мо Хэ вбил змею в землю ударом такой мощи, что скрытое пространство содрогнулось. С человеческим визгом шэяо резко уменьшилась и свернулась кольцами в яме глубиной несколько чи. Хвост ее был раздроблен, и она баюкала его, злобно поглядывая на стоящего на краю ямы Мо Хэ.
Тот опустил клинок и спросил снова:
– Ты служишь наместнику юга? Что демонам нужно в Шанло?
Змея зашипела, ничего не отвечая.
– Как снять проклятие? – холодно продолжал Мо Хэ. – Ты же понимаешь, что после твоей смерти мы все равно найдем противоядие. Нужно ли упрямиться и доводить дело до худшего расклада?
– Тысячи лет мы, демоны, влачим жалкое с-с-существование, изгнанные из мира в Огненную пус-с-стошь, лишенные права на вознес-с-сение. Три с-сотни лет назад у нас был Владыка, и мы воспрянули духом, но ты… – Глаза маленькой змеи в яме ярко горели в полутьме. – Ты отнял у нас и эту надежду.
– Не я запретил вам возноситься, но я изгнал вас, потому что вы сеяли хаос и зло. – Мо Хэ даже глазом не моргнул на эти обвинения. – И жители Шанло не виноваты в конфликте заклинателей и демонов. Они не виноваты, что Небеса отвергают демонов. Как снять проклятие? – Он поднял руку, и заряд молнии из светлой ци обрушился на змею.
Та снова завизжала, и ее дыхание стало тяжелее.
– Говорят, что даочжан С-с-сюаньи праведен, точно Будда, – хрипло расхохоталась она, – но ты жесток, как и мы, яо. Чем ты лучше нас-с-с? Мой гос-с-сподин… мой господин будет дос-с-стойным Владыкой.
Звезда породила порок Небес, пред ним склонится тьма…
Мо Хэ, уже поднявший руку для нового удара, вдруг застыл. Се Юньци, зорко следивший за ходом этого, так сказать, избиения, почувствовал, как в глубине его души что-то дрогнуло. Будто по венам пополз змеиный яд и сковал тело. Он увидел эту реакцию – этот миг промедления – и тут же заподозрил худшее: не может быть, чтобы даос знал о пророчестве?
Странная паника охватила Се Юньци, и он невольно сжал кулаки. Но продолжения не последовало, потому что Мо Хэ очнулся от оцепенения и безжалостно ударил своей ци снова.
– Второй господин! – вскричала шэяо, корчась от боли. Прячущийся Се Юньци поднял брови. – Я служу Второму господину! Он истинный порок Небес! А ты с-с-сдохнешь! И все в Шанло сдохнут! – Она заверещала, когда ее хвост обратился в пепел. – Ты говорил, что не убьешь! Не убьешь!
– Я передумал.
Се Юньци вздрогнул, услышав ледяной холод в голосе Мо Хэ. Это был совсем не тот даос, которого знал Третий господин. Никакой сдержанности, спокойствия и самоконтроля. Этот даочжан Сюаньи был истинным Алым клинком, тем самым, что когда-то победил Владыку демонов. Безмолвным осуждением Небес.
Визг шэяо стих, и в яме остался лишь пепел. Мо Хэ опустил здоровую руку, глядя на огонек души, который слабо замерцал. Он протянул ладонь, и крошечный огонек подлетел к нему, пугливо ласкаясь о кожу. Еще несколько мгновений, и он навсегда рассеется без возможности переродиться.
Невозможный ветерок поднялся в скрытом пространстве, и красная лента мазнула Мо Хэ по щеке. Его лицо мало-помалу смягчилось, клокочущая ярость стихла, и он достал из рукава пустой мешочек-ловушку, пряча туда душу. Затем в другой мешочек собрал весь пепел. После этого он повернулся и сказал:
– Выходи.
Се Юньци, который так и не дождался подходящего момента, тихо цокнул языком и вышел из-за камней, расплываясь в широкой улыбке.
– Учитель, я вас повсюду ищу, а вы вот где!
Только он один знал, что его спина была мокрой от холодного пота. Но этот достопочтенный никогда бы никому в этом не признался.
Глава 38. Тихая вода переворачивает лодку
[69]
[平静之水会覆舟 – обр. в тихом омуте черти водятся.]
Мо Хэ ничего не сказал, только взмахом руки вывел их из скрытого пространства. Они снова оказались в темной комнате публичного дома, где сидели до этого. Оставленный гуцинь напоминал об участи змеи, и Се Юньци содрогнулся про себя, посмотрев на него. Он не понимал, откуда взялся этот почти священный ужас перед даосом, ведь тот вернулся в прежнее состояние – такой же тихий и раздражающий, как и раньше. Правду говорят: тихая вода переворачивает лодку.
– К счастью, именно Учителю удалось найти и обезвредить змею, – чесал он языком, делая вид, что не замечает задумчивого вида Мо Хэ. – Я успел лишь краем глаза увидеть ваш бой и хочу сказать, что это впечатляет! Учитель, вы заслуживаете своей славы. Этот ученик будет стараться усерднее в учебе! – Он сложил перед собой руки и поклонился даосу.
Тот молчал, стоя посреди мрачной комнаты. Погасшие свечи уже остыли, а окна были закрыты, но темная ци, которая клубилась над «Тысячью цветов», начала медленно рассеиваться, и своим духовным зрением даос все четче видел предметы и фигуры людей. Он посмотрел на склонившего голову Се Юньци и отчего-то… тяжело вздохнул.
– Выпрямись. Где Вэньвэнь?
– Думаю, что все еще ищет подсказки. – Се Юньци посмотрел на даоса, но лицо того снова стало каменной маской. – Учитель, змея говорила о… Втором господине? Что это значит? Я думал, что шэяо служат наместнику юга… Это всем известно, – быстро добавил он.
– Либо она солгала перед лицом смерти, либо выдала отчаянную правду, – просто отозвался Мо Хэ. – Сначала найдем Вэньвэнь, вдруг… – Он пожевал губами и добавил: – Вдруг у змеи были сообщники.
На миг Се Юньци показалось, что в голосе Мо Хэ мелькнуло беспокойство, а взгляд стал напряженнее.
– Конечно, Учитель. – Се Юньци направился к дверям, отыгрывая роль заботливого ученика. – Вы не ранены? Эта змея… была такой огромной, я бы с ней не справился.
Мо Хэ покосился на него и увернулся от поданной руки.
– Со мной все в порядке, – отрезал он, поправляя рукава.
Они вдвоем вышли за двери в освещенный коридор, и Мо Хэ послал свое духовное сознание вперед, ища ученицу. Та обнаружилась в отдельной комнате, и когда он быстрым шагом добрался до нее и ворвался внутрь, то увидел…
Как Сыхуа и Гу Вэньвэнь рассматривают косметику на столике и весело обсуждают, какой оттенок румян больше подходит проститутке…
Мо Хэ, который беспокоился за жизнь своей ученицы, вздохнул.