Страница 58 из 88
Конечно, в душе об обрадовался уже тому, что король готов принять его сторону и стребовать с дома Рейнаров пять сотен золотых. Своей цели он достиг и мог бы прямо сейчас поблагодарить Эдвальда и покинуть злосчастный замок, но.. Дунгар столько всего сделал для них, а Рия все эти дни выглядела такой несчастной, что наплевать на всё было бы просто невероятным свинством. Таринор почти ощутил себя законченной сволочью. Нет, нужно срочно что-то придумать. Король сверлил его тяжелым взглядом исподлобья, впившись пальцами левой руки в подлокотник кресла. Вдруг наёмник вспомнил о словах того бедняги, которому сохранил жизнь. Доказательство более чем призрачное, но иного выхода он сейчас не видел:
— Эльфийка, что жила в замке Рейнаров. Дериан Рейнар приказал убить её, но перед смертью она выкрикивала слово на своём языке. Nedrevir, что значит «братоубийца». В городе немало эльфов. Спросите любого, и он подтвердит.
Король задумчиво погладил бороду и отвёл снова помутневший взгляд.
— Это очень серьёзное обвинение, Таринор. Но я знаю, о ком ты говоришь. Лиристель была кузиной короля Майгелета, и вряд ли Дериан Рейнар об этом не знал. И на её убийство его могли толкнуть только самые крайние меры..
— Так значит вы мне верите? — осторожно спросил наёмник.
— Пока ещё рано говорить об этом. Но.. Дериан Рейнар должен ответить, по какому праву он лишил жизни близкую родственницу халантирского короля.
В душе Таринор ликовал настолько, что с трудом сдерживал торжествующую улыбку. Даже стул показался ему вполне удобным, а сир Гримуальд с мечом в руках — не таким уж и грозным. Да и король на поверку не настолько выжил из ума, как о нём все говорят..
— Однако! — его величество неожиданно поднялся с места. — За эту помощь ты выполнишь моё поручение.
Даже эти слова не испортили наёмнику настроения. Он даже постарался сделать как можно более заинтересованное лицо.
— Да, всё так, как и должно быть.. — король принялся шагать по кабинету из стороны в сторону. — Твоё лицо являлось мне во снах..
— Простите, ваше величество, — смущённо проговорил Таринор. — Моё лицо?
— Я видел его! — вдруг Эдвальд Одеринг остановился, устремив взгляд в никуда. Через несколько мгновений он оказался возле наёмника и наклонился настолько близко, что тот почуял неприятный запах королевского дыхания. От короля смердело старостью.
— О да, я видел твоё лицо! Как и многое другое! Вера открыла мне глаза, позволила узреть истину. Я вижу, что все мы лишь искры, что летят из-под молота судьбы. Орудия, подвластного одним лишь богам.. Всю свою жизнь я шёл им наперекор, не внимал их знакам и предостережениям.. И вот к чему это привело меня!
Резким движением король сдёрнул рукав левой руки, обнажив гладкую, как колено, культю. Таринор поморщился от такого зрелища. Кажется, слухи о помешательстве короля не такие уж и слухи.
— По счастью, боги свели меня с епископом Велереном, моим духовным наставником и исповедником..
Таринор стал, наверное, ещё более недвижным, чем сир Гримуальд у двери. Он глядел на короля и не смел вымолвить ни слова. «Вот те раз! — подумалось наёмнику. — Отец Эрниваля — исповедник самого короля! Воистину мир — до ужаса тесное место..» Его величество тем временем продолжал, всё более распаляясь:
..из всей Церкви он — честнейший и бескорыстнейший человек. Только ему я могу доверить самые горькие тайны своей несчастной души, да смилостивятся над ней боги..
Эдвальд Одеринг трясся всем телом и воздевал руки к потолку, корона едва держалась на его голове, а серые глаза исступлённо глядели в никуда. Когда король, взывая ко всемогущим богам, перешёл на крик, а из уголка его рта на пол стекла тонкая струйка слюны, в комнату ворвался тот самый паж в сопровождении ещё нескольких слуг.
Они осторожно усадили судорожно дёргающегося короля в кресло, а паж влил ему в дрожащие губы содержимое маленькой склянки из тёмного стекла. Минуту спустя, когда его величество перестал трястись, а его взгляд снова приобрёл осмысленность, слуги ушли, а подле короля остался только паж.
— Милостивые боги.. — Эдвальд утёр мокрый лоб рукавом. — К сожалению, божественная истина имеет свою цену. И цена эта немалая..
— Вы, кажется, говорили о каком-то поручении для меня, — впервые за последние несколько минут наёмник осмелился заговорить.
— Ты.. — король тяжело дышал, а взгляд его был усталым. Он растёкся в кресле, будто все его мускулы разом расслабились, и с трудом двигал губами. — Верно.. Я отправляю тебя в Моирвен, к Джойберту Майвену, шурину.. моего покойного брата.. Лорду Тимбермарка..
Его величество немного перевёл дух и заговорил немного более связно:
— Я видел сон, как лоза оплетает розу. Как на месте сада вырастает лес. И то, что сделал Дериан Рейнар.. Это не может быть совпадением. Боги показывают мне истину. Эльфы опутали лорда Майвена липкой паутиной лжи, но мне открыта истина.. Я потребую от него явиться ко двору. Ты доставишь к нему письмо с королевской печатью, и он не посмеет отказаться.
— Так значит.. Нужно просто передать письмо? — Таринор несколько опешил.
— И привести лорда Майвена в столицу! Сопроводишь его лично! Такова воля богов. Но помни, что предатели повсюду, — добавил король, понизив голос. — Они могут подстерегать тебя на пути к цели. Когда ты едешь по тракту, принимаешь пищу или даже спишь! Быть может, они прямо сейчас подслушивают наш разговор.. Но справишься. Я знаю, потому как видел именно твоё лицо. Ты вручишь послание, выполнишь божественную волю и послужишь на благо страны. Моё сердце болит за каждого жителя Энгаты, я не могу допустить, чтобы эти земли пали в пучину порока и скверны. Порой.. Порой эта корона становится слишком тяжела, Таринор. И если бы тогда, семь лет назад, я знал..
Король осёкся на полуслове и замолчал. Наёмник догадывался, что тот хотел сказать, и не стал переспрашивать. Нет, всё-таки слухи не врали. И если боги как-то и повлияли на Эдвальда Одеринга, то они, скорее, лишили его рассудка, чем показали истину. Однако Таринору слишком хотелось дальше носить голову на плечах, поэтому он постарался прогнать эти мысли из головы, чтобы ненароком не оговориться.
— Стало быть, от этого зависит ваше решение о помощи Риенне, ваше величество?
— Верно.