Страница 42 из 106
— Когда уходила из твоего офиса, нашла мерзкую записку в корзинке велосипеда. Уверена, это милый прощальный подарок от мистера Максвелла.
— Что там было? — процедил Беккет.
— Что-то про то, что я шлюха.
— Нам нужно сказать Хейзу.
Я подняла на него взгляд.
— Зачем? Он же все равно не признается.
— Подать заявление на запретительный ордер. Один против Брэндона, второй против твоего отца.
Я крепко намотала салфетку на пальцы.
— От этого станет только хуже.
— Это даст тебе линию защиты.
— Ты правда думаешь, бумажка остановит кого-то из них, если он захочет мне навредить? — Перед глазами вспыхнуло лицо Уолтера Крише. — У них здесь слишком много друзей.
Беккет замер.
— Случилось что-то еще?
Я сильнее потянула за концы салфетки. Никакой лжи — даже если от правды внутри поднимались тошнота и стыд.
— На днях я столкнулась со старым другом отца.
Беккет молчал, позволяя тишине вытянуть из меня продолжение.
— Он сказал, что отец пообещал меня ему. Что я принадлежу ему и он вернется.
Мышца на щеке Беккета быстро дернулась.
— Как договорной брак?
Я кивнула.
— Мне понадобились годы, чтобы понять: отец никогда бы так не поступил. Иначе лишился бы человека, который готовил и убирал для него. Но тогда я ему поверила. Я до чертиков испугалась.
— Сколько тебе было? — процедил он.
— Пятнадцать или шестнадцать.
Беккет разразился потоком ругательств.
— Нужно подключить Хейза.
Я покачала головой. От одной мысли, что кто-то еще узнает эти интимные подробности моего прошлого, меня тянуло вывернуть наизнанку.
— Он больше не появлялся. Скорее всего, просто хотел меня напугать. И поверь мне: для таких людей запретительные ордера ничего не значат. Это только разозлит их. Они захотят причинить мне боль, чтобы доказать свою власть.
Мышца на его щеке снова задергалась в быстром ритме.
— Ты не останешься одна, чтобы у них появился шанс. А Хейз сможет их посадить, если они подойдут к тебе ближе чем на девяносто метров.
— Ты не можешь ходить за мной все время. У меня работа. Две работы. Я строю жизнь.
— Может, и нет. Но мы можем сделать так, чтобы рядом с тобой всегда кто-то был.
Я несколько раз моргнула, пытаясь прогнать пелену с глаз.
— Беккет, я уже была пленницей. И больше никогда ею не стану.
— Я не это предлагаю…
— Именно это. Может, обертка красивее, но суть та же: кто-то следит за каждым моим шагом. Я не боролась так отчаянно за свободу, чтобы потом самой поставить решетки на окна.
Беккет протянул руку под столом и взял меня за ладонь.
— Прости. Я просто… я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
— Я принимаю меры. Обещаю.
Он медленно кивнул и отпустил мою руку.
— Как насчет уроков самообороны?
— От тебя?
— У меня неплохая подготовка. Я работал в местах, которые трудно назвать безопасными. Нужно было знать, что я смогу за себя постоять.
Я снова взяла цилиндрическую трубочку из теста.
— Давай. — Я вспомнила, как легко Уолтер подошел ко мне на улице. Как угрожал и запугивал. — Думаю, это будет хорошо.
Беккет подтолкнул ко мне маленькую мисочку с соусом.
— Вот. Обмакни сюда.
— Что это?
— Сладкий апельсиновый соус. Обещаю, вкусно.
Я окунула трубочку в соус и откусила. Глаза у меня расширились. Идеальное сочетание соленого и сладкого.
— Потрясающе.
Он подмигнул мне.
— Я бы тебя плохому не научил.
От бури ощущений, которые метались у меня в груди, стало трудно глотать.
— Спасибо тебе за это.
Выражение лица Беккета смягчилось.
— Мне нравится смотреть, как ты пробуешь новое. Это напоминает, что жизнь еще хранит для каждого из нас бесконечное число возможностей.
— По-моему, отличное напоминание.
— Так и есть. — Он накрутил лапшу на вилку. — Завтра. Ты и я. Как насчет вычеркнуть что-нибудь из твоего списка?
Я сглотнула, пытаясь справиться с внезапной сухостью в горле.
— Давай.
Всего одно короткое слово, но опасное. Потому что чем больше времени я проводила с Беккетом, тем труднее мне будет, когда однажды он уедет.
18