Рваные звезды

— Дело не в чертовых двадцати вдохах. Дело в тебе. В том, что течет у тебя в крови и делает тебя сильнее всех.

Он приподнимает мое лицо, и между нашими губами остается лишь дыхание.

— Эв?

— Да?

— Мне нужно тебя поцеловать.

Я хочу этого до боли. Почувствовать его губы. Понять, что я не одна в эту минуту.

Это я сокращаю расстояние. Его губы мягче, чем я ожидала. Он целует осторожно, будто боится меня сломать.

Но стоит его языку скользнуть ко мне, все меняется. Нас накрывает жажда и потребность. Мы ищем что-то друг в друге, сами не зная что.

Мои пальцы сжимают ткань его футболки. Я притягиваю Хейза ближе, пока не перестаю понимать, где заканчивается он и начинаюсь я.

В ночи кричит сова, вероятно, бросаясь на добычу. Звук обрушивается на меня, как ведро ледяной воды.

Я резко отступаю, прижимая ладонь к губам. Они покалывают, когда я смотрю на него. Жду, что он скажет, будто это ошибка.

Но он молчит. Просто стоит, и на его губах играет улыбка.

— Это… мы не должны были.

Хейз делает шаг ко мне.

— Почему? У тебя тут где-то муж спрятан?

— Нет… просто… все слишком сложно. Слишком много всего между нами.

Он снова берет мое лицо в ладони, большими пальцами проводит по щекам.

— Мне плевать на все «между». Важно только ты и я.

Я бы все отдала, чтобы в это поверить.

Но знаю — не выйдет. Каждый раз, когда что-то напомнит ему о том, кем был мой отец и что он отнял у его семьи, в Хейзе будет что-то умирать. А я не смогу стоять рядом и смотреть на это. Поэтому я делаю единственное, что могу. Я бегу.

29