Страница 20 из 98
Я не могла не заметить, что она не упомянула Хейза и его старшего брата. Видимо, эти двое не на стороне Эверли. Но, если честно, четыре из шести — это гораздо больше, чем я ожидала.
Джулия словно прочитала мои мысли и грустно улыбнулась.
— Беккет сейчас в Венесуэле, лечит пациентов и, скорее всего, гоняет на мотоцикле по безумным горным серпантинам. А Хейз… дело не в тебе. Он винит себя в похищении Шай. И превратил это в навязчивую потребность защищать всех нас.
— Он винит себя?
Я не могла это уложить в голове. Тогда он едва вышел из подросткового возраста.
— Он должен был присматривать за ней. Отвернулся, чтобы поиграть в Duck Hunt, а когда закончил, ее просто не было.
Грудь сжало, и я ощутила, как сочувствие обвивает сердце — чувство, которого я не хотела. Проще было считать Хейза грубым и жестким, чем человеком, который пытался защитить семью и нес на себе чужую вину.
— Мне жаль, что ему приходится с этим жить.
Губы Джулии вытянулись в тонкую линию.
— Мне тоже. Но это не дает ему права вести себя как осел.
Я резко рассмеялась.
— Все было не настолько плохо.
Она приподняла бровь.
— Ладно, было плохо.
— Вот и я так подумала. Прости, что он отнесся к тебе несправедливо. У него доброе сердце, просто ему нужно наконец включить голову. Тогда он все поймет.
Я в этом сомневалась, но вслух спорить не стала.
— Так какие у тебя планы на это место?
Я провела пальцем узор по запотевшему стеклу.
— Я создаю приют для животных.
Я не сказала «хочу» или «надеюсь». Провал был недопустим. Не только потому, что это было последней просьбой моей матери, но и потому, что мне это было жизненно необходимо.
— Какая прекрасная идея. Хотя ты и в горах, здесь достаточно низко, чтобы были хорошие пастбища.
— Склонов много, но есть и ровные участки. Работы будет очень много, и начинать придется с малого…
Джулия остановила меня взглядом.
— Даже если ты спасешь всего одно животное, ты изменишь целый мир для него.
Мои губы дрогнули в улыбке, но грудную клетку снова сжало. Вот чего мне не хватало после смерти мамы — тихой поддержки. Вспыхнули образы: она помогает мне весной с посадками, успокаивает пугливую лошадь. Эти воспоминания были будто выцветшие, старые, словно пожелтевшие фотографии.
— Сначала нужно разобраться с сараем. Там полный развал.
Джулия посмотрела на покосившееся строение, поджав губы.
— Я не хочу, чтобы ты туда заходила. Он выглядит так, будто рухнет от сильного порыва ветра. И дом ненамного надежнее. Я попрошу Гейба приехать и посмотреть. Он курировал все стройки на ранчо. Обычно работает вместе с любой бригадой, которую мы нанимаем.
— Вам совсем не обязательно…
— Мне хочется. Нам хочется помочь. И я знаю, Шай понравится идея приюта.
Она прикусила уголок губы.
— Она точно сюда поднимется. Не обижайся, если она вдруг уйдет посреди разговора. Так она справляется с тем, о чем не хочет говорить. Или если ей просто нужно побыть без людей.
— Со мной она может быть такой, какой ей нужно.
Слова давались с трудом. Я знала, что причиной ее замкнутости был мой отец.
Джулия снова накрыла мою руку ладонью.
— Это один из самых ценных даров, которые можно дать другому человеку. Свободу быть собой.
Я надеялась, что она права. Потому что у меня больше не было ничего, что я могла бы дать женщине, чью жизнь мой отец сломал, оставив ее изорванной и искалеченной.
8