Страница 17 из 57
— И ты никому не рассказала?
— Почему не рассказала? Рассказала.
— Кому?
— … Право возврата интеллектуальной собственности было замаскировано под обратный бонусный опцион и в момент продажи компании представлено как обременение актива, — рассказывала Лиза, шурша листами, которые успела захватить с собой. — Юристы, насколько я поняла, — выразительный взгляд в сторону высокого и очень худого брюнета, — очень торопились оформить сделку по приятной цене, пока основатель не передумал, и не разбирались досконально. Alter использовал принцип взаимосвязи обязательств, чтобы при необходимости аннулировать NDA и Non-compete, скрыв всё это под перекрёстными ссылками внутри сразу десятка документов. По отдельности всё выглядит нормально. Но по факту, если Tesser Group ликвидирует «дочку», согласно договору, это будет расценено как нарушение «соглашения о развитии продукта», что даст право разработчикам признать свои обязательства ничтожными из-за неисполнения условий со стороны материнской компании.
— То есть, если мы нажмём на кнопку «ликвидация», то лишимся прав на код, владение которым было привязано к существованию самой дочерней фирмы? — резко подался вперёд рыжий, переводя взгляд с Велижского на Лизу и обратно.
— И какой выход? — забеспокоился глава финансового блока.
— Если позволите… — неуверенно начала Елизавета, но один плавный, как вода кивок от Велижского — и она словно крылья обрела. — Субсидиарная ответственность. Мы можем пригрозить сотрудникам Alter судебным иском и обвинением в намеренном доведении собственности Tesser Group до состояния неплатёжеспособности, чтобы заполучить интеллектуальные права. Я уверена: наши юристы смогут доказать недобросовестность схемы.
— Злоупотребление корпоративной структурой, — кивнул Игнат. — Но это втянет нас в многолетний судебный процесс, если другая сторона всё же решит пойти до конца. Нашим адвокатам придётся попотеть, убеждая суд, что за каждым действием сотрудников Alter скрывалась личная заинтересованность.
Все замолчали. И ждали решения.
Его решения.
— Как вы пропустили это при аудите? — спросил Велижский у главы юридического департамента. Спросил таким ледяным тоном, что температура в помещении упала до едва терпимой. Лиза непроизвольно поёжилась, пожалев, что не захватила с собой кофту, хотя потребность в ней в мае выглядело почти как сумасшествие. Или болезнь. — Вы допустили ошибку и не доложили о ней? Или вы были в сговоре с Alter с самого начала?
— Нет, нет… — сбивчиво заговорил главный юрист, оттягивая воротник тонкой кофты. — Мы были ограничены во времени. Над документами параллельно работали три команды и…
— Достаточно, — оборвал его Велижский. — Как председатель я объявляю о досрочном завершении заседания правления и его переносе на другой день ввиду необходимости изучить новую информацию, способную повлиять на принятие окончательного решения. Все свободны.
Заскрипели стулья, зашуршала одежда. Присутствовавшие на собрании поторопились покинуть конференц-зал, в котором последние пять минут стало почти невыносимо находиться.
— Вы тоже отдохните, — произнёс генеральный директор, скользнув по Лизе взглядом. — А вы, — поворот головы в сторону уже устремившегося прочь главного юриста, — останьтесь.
Глава 9
Лиза вышла в коридор. Дверь за ней захлопнулась, и в конференц-зале остались лишь двое.
Сделав несколько шагов, девушка остановилась, повернулась к стене и припала к ней лбом. Прохладная поверхность приятно успокаивала, возвращая душе и телу равновесие.
Прикрыв глаза, она с облегчением выдохнула.
— Лиза, Лиза, Лиза, — прозвучало совсем близко.
Вздрогнув, она оторвалась от стены.
Из-за угла появился Игнат. Держа руки в карманах, он медленно приблизился к Елизавете с блуждающей по лицу многозначительной улыбкой.
— Умная и смелая. Ты хоть понимаешь, насколько была хороша? — поинтересовался он будто бы у самого себя, не переставая улыбаться.
— Ты преувеличиваешь, — засмущалась Лиза, отводя взгляд. Тон Орлова ей не понравился, будто он обвинял её в чём-то.
— Вовсе нет, — посмеиваясь, ответил парень. Он хотел ещё что-то добавить, но не успел.
Створка распахнулась, и в коридоре появился Велижский. Полностью проигнорировав присутствие Орлова, генеральный директор прошагал мимо, процедив сквозь зубы в сторону Лизы:
— За мной.
Чувствуя, как стремительно возвращается холод, Лиза непроизвольно передёрнула плечами и побежала за начальством. Бежать пришлось в буквальном смысле. Велижский шёл быстро, быстрее обычного, ни на кого не оглядываясь.
И только, когда за ними закрылась дверь его кабинета, он, швырнув планшет на кашемировый диван, развернулся к едва успевшей затормозить Лизе. Оглядел её снизу вверх с подчёркнутым вниманием и вдруг спросил:
— У вас нет юридического образования, — он странно прищурился. — Откуда вы так хорошо разбираетесь в корпоративном праве?
Мысленно удивившись его реакции, Лиза всё же ответила:
— На предыдущей работе у нас был отличный юрист, — тёплая улыбка коснулась её губ. — Сорок лет стажа. Знал законы лучше тех, кто их писал. Уникальный человек. Он меня многому научил.
Велижский кивнул, словно признавая её ответ удовлетворительным для себя, прошёл за свой стол, устроился в кресле и, закинув ногу на ногу, отметил:
— Ваше предложение было… интересным, — край его губы дёрнулся, он почти улыбнулся. Почти. — Агрессивным. Фактически вы предложили запугать команду дочернего предприятия. Не знал, что вы можете быть такой. Вам не жаль разработчиков Alter?
— Я работаю на вас, а не на них, — спокойно и честно ответила Лиза.
Несколько долгих, томительных секунд они смотрели друг на друга, глаза в глаза. Лиза не шевелилась, чувствуя, как становится маленькой, почти невесомой перед этим взыскательным, неумолимым мужчиной, которого она всё никак не могла разгадать.
— Мне нравится ваш ответ, — изрёк, наконец, Велижский.
— Что вы будете делать? С Alter? — осмелилась поинтересоваться Лиза. Она видела, что генеральный директор Tesser Group сейчас не в настроении отвечать на вопросы. Тем более что он был из тех людей, которых в принципе раздражали любые вопросы, а вопросы глупые — раздражали вдвойне. Но любопытство взяло верх над её здравым смыслом.
«Так странно, — подумала она, не отводя взгляда от Велижского. — Я знаю его всего несколько недель, но уже понимаю лучше, чем когда-либо понимала Мишу».