Страница 83 из 90
И я показал. Остаток ночи Фариэль качал меха, а я ковал. Я подсмотрел его чертёж, и это было сенсационно, люди не делали так. Суть поковки заключалась в том, чтобы внутрь закалённой стальной заготовки, был помещён мягкий сплав сердечника. Я видел, что получается на примере копья. Тонкое, необычайно прочное, гибкое. Мне кажется, что у меня даже закружилась голова от восхищения. Конечно, я не успел закончить, времени на такое изделие требуется куда больше чем полночи. Внимательно осмотрев мою заготовку, Фариэль внимательно посмотрел на меня.
— Я взял бы тебя в подмастерья лет на сто. – Сказал он, и я понял, что это была серьёзная похвала в его устах.
— Мастер, я благодарен тебе за возможность поработать сегодня с тобой и за те знания, что ты дал мне! – Ответил я.
— Я ничего не давал тебе. – Улыбнулся Фариэль. – Ты всё взял сам и это правильно. Иди же и отдыхай теперь.
Вежливо прогнав меня, он вернулся в кузню и вскоре его молот зазвенел вновь. Я же, разминая уставшие плечи и возвращаясь в ту беседку, что предоставили мне для отдыха, удивлялся, откуда столько силы в столь тщедушном теле. С другой стороны чего я удивляюсь, продолжал я размышлять, натянуть такой лук, каким в совершенстве владеют Альтеры не тривиальная задача. Я попробовал сам, и у меня даже получилось, но я это я.
Умывшись, я позволил себе четыре часа на сон и начал собираться в дорогу. Снова, как и тогда, у дома Ведуньи, у нас были провожатые. Я сообщил им о том, куда держу путь, и они коротко посовещавшись, сделали мне знак следовать за собой. Ведунья отправилась с нами. Мы также как и тогда, вышли в сумерках и шли всю ночь и пока мы шли, я думал и вспоминал. Вот, например, тот же Мерк, насколько это осторожное, свободолюбивое, не приручаемое существо. Но здесь в Лесу, он чувствовал себя превосходно, и я чувствовал это. Наша эмоциональная связь с ним крепла, хотя по-прежнему её нельзя было назвать полноценным способом общения. Вороной же вообще был обласкан.
Альтеры не держали коней, как ездовых животных, и уж тем более для пищи. Весь живой мир был для них друзьями или даже своего рода роднёй. Это сложно было понять, и я особо не думал об этом. Вместе с восходом солнца Лес расступился перед нами, и мы вышли на небольшую тенистую поляну. Теперь только пограничные деревья отделяли меня от просторных долин Зелёного дола. День умеренно быстрой скачки и я у цели. Я уже представлял себе радостный оскал Ковальда.
Подняв руки в вечном жесте прощания, провожающие нас Альтеры отступили в темноту ещё не до конца проснувшегося леса и растворились в нём. Оставшись наедине с Ведуньей, я было собрался прощаться и с ней, но она приложила свой прохладный пальчик к моим губам и произнесла:
— Я вижу твою решимость и решительность, и вижу её причины, но у тебя есть друзья и только Старшие знают, почему они ещё не сгинули в твоих походах и приключениях. Особенно это касается твоего верного и гордого скакуна. Ты бросаешь его, когда и где ни попадя, и каждый раз тебе везёт, что ты находишь его живым. Я не могу допустить этого, и я приготовила тебе три подарка. Но не за красивые глаза, мальчик мой, а за будущую службу. И эта просьба очень важна для меня, прошу тебя не забыть исполнить её в нужный час! Когда ты встретишься в духом Смерти и моим единственным братом, скажи ему, что нам пора встретиться. Не спрашивай меня сейчас ни о чем. Я знаю, что ваша встреча состоится.
Она посмотрела мне в глаза и, дождавшись моего кивка продолжила:
— Теперь о подарках. Я обещала тебе напомнить руну. Она простая и называется Неста. Это малая руна здоровья.
Сказав это, она снова прикоснулась ко мне своим указательным пальцем, но вместо прошлой прохлады на губах, я ощутил ярчайшую вспышку огненной боли в районе солнечного сплетения. Если бы этот безумный сгусток огня в моём животе продлился ещё хоть мгновения, я наверно не выдержал бы и закричал, но также внезапно, как и появилась, боль ушла. Дождавшись когда я приду в себя, она продолжила:
— Второй подарок – это свисток, как угодно далеко теперь твой конь услышит тебя и примчится, если найдёт такую возможность. Тебе больше не надо подвергать его риску оказываясь вместе с ним слишком близко к твоим врагам, которых у тебя будет всё больше и больше. Высокие провели много времени с ним, и он стал ещё чуть быстрее и выносливее. Отпускай его немного раньше, это умное животное и в отличие от тебя, с его инстинктом самосохранения всё в порядке.
Она протянула мне деревянный свисток, который я тут же забрал и убрал в карман Разглядывать подарок было некогда, потому что она уже продолжила говорить:
— И третий подарок – это амулет для твоего Мерка, не снимай его с пустынного кота никогда! Мерк не любит, когда ты уходишь далеко от него, а этот амулет отвода глаз позволит ему быть рядом с тобой и не бросаться в глаза своей необычностью. Кто-то просто подумает, что это большой кот, кто-то и вовсе его не заметит. И нет, он не станет невидимкой. Он просто не будет привлекать к себе внимания.
Я не стал ничего отвечать ей и, похоже, она не ждала этого. Древние существа читали людей как книгу и отвечали сразу на все ещё даже невысказанные вопросы. В благодарность я опустился перед ней на колено, и её рука легла на мою голову, смыв начавшуюся от ночного перехода усталость.
Уже через пять ударов сердца я, не оглядываясь, мчался на восток в сторону баронских земель, что обещал защищать Эдхарту. Как только Лес чуть остался позади, долгими годами взлелеянное и навострённое чувство опасности нахлынуло на меня с головой. Чуть изменив направление своего движения, с восточного на юго-восточное, к отрогам Сторожевых гор, я ещё сильнее прижался к могучей спине Вороного, а он поняв моё желание, с огромной скоростью понёс меня к горам. Спустя примерно полчаса этой безумной гонки, я спрыгнул на землю и, немного придя в себя, устремил взгляд в горы. Тревога отпустила меня, теперь всё было ясно.
До полу тысячи Оркусов и Гоблинсов спускались в долину Сторожевых гор. Я не знал, как быстро они будут продвигаться, но рассчитывая по меркам логистики королевской гвардии, до Зелёного Дола им было двое, в крайнем случае – трое суток пути. Над всей этой вражеской ватагой возвышались три Горных великана, и это было особенно неприятно. Эти существа были неимоверно сильны и обладали живучестью камня.
«Началось!» – Подумалось мне тогда, и это уже не просто рейдерский набег.