Страница 82 из 90
Глава 33. Эльтир. Мир Карна. 749 год. Война
Аудиенция закончилась очень быстро, но гостеприимство было не чуждо высокому народу и мне предоставили возможность отдохнуть, привести себя в порядок и принять участие в праздничной трапезе. Ведунья, к моему облегчению, решила не покидать моего общества, и я был рад этому, потому что не знал бы, куда деть себя в обществе этого странного народа. Все два дня, что я гостил у владыки Тариэля, запомнились мне навсегда и казались в последствие временем гораздо длиннее, чем были на самом деле. Когда я спросил об этом ощущении Ведунью, она улыбнулась и сказала:
— Альтеры живут в своём ритме времени, и немного в другом пространстве. Их природная магия в вечной жизни и постижении себя и мироздания. Ты заметил, например, как быстро мы дошли от края Великого леса до Эльтира? За одну ночь мы покрыли расстояние почти в двести километров.
До этого я не думал об этом, хоть моё подсознание и отмечало что-то странное в том путешествии по ночному лесу.
— Именно поэтому, – продолжала говорить Ведунья, – Альтерам достаточно мало дела до того, что происходит на Карне. И именно поэтому жизнь каждого из них несоизмеримо ценнее жизней других существ, ну, во всяком случае, они сами так думают! – Произнесла она и снова улыбнулась.
Я только покачал головой, а Таварил и вовсе заливисто рассмеялась. Всё время пока мы говорили с ней, маленьким ножиком она вырезала что-то из найденного при мне сухого сучка какого-то дерева.
— Почему владыка Тариэль называл тебя Таварил? – Спросил я её.
— На древнем языке Альтеров – это слово значит Дух леса или Дриада. – Ответила она и снова улыбнулась.
В эти два дня произошло несколько интересных событий, не считая праздничного ужина. Во-первых, у Альтеров были свои способы связи и мне не отказали в срочной отправке нескольких писем. Почтальонами великого леса были маленькие, водившиеся только в этом лесу совы. Люди, когда видели их, то так и называли – Совы Великого леса. Их размер был чуть меньшим, чем у обычного почтового голубя, но ум, скорость, скрытность и манёвренность, были значительно выше голубиных. Это были маленькие, но свирепые, лесные, пернатые хищники.
Но было и одно но. Они знали только один адрес, и этим местом была Цитадель Вернона Мудрого, короля людей Карна. Прикинув, я всё равно решил отправить корреспонденцию. Расчёт был таков. Старый Вирэн получит почту очень быстро, ибо он и служит в Цитадели, Стефан аналогично. Позже всего получит письмо Ковальд, потому как его почта придёт уже обычным королевским голубиным почтальоном. В своих письмах я предупреждал их обо всем увиденным мной и собственных выкладках. Я был уверен, что они сделают правильные выводы и предпримут все необходимые действия.
Во-вторых, праздничным вечером первого дня моей передышки у Альтеров, я услышал вдали знакомый перестук кузнечного молота. Как магнитом меня потянуло к этому месту. Подхватив ту из своих седельных сумок, где хранился мой кузнечный инвентарь, я отправился на звук. Это было первое здание, которое я видел здесь из камня. Архитектурный стиль Высоких людей прослеживался во всём и даже эта, казалось бы, утилитарного назначения постройка, была изыскана и прекрасна. Светло-жёлтого камня стены были украшены вырезанным изображениями деревьев и животных. Углы здания, от которых когда-то и было начата постройка, были из белого камня и чуть выступали наружу, как маленькие угловые башенки. Материал крыши было не разобрать, но устройство её было обычным двух скатным, она полностью была покрыта живым мхом и очень гармонировала со всем окружающим. Стрельчатые витражные окна, как вишенка на торте наводили последние штрихи в декоре этой чудесной кузни.
Подходя ближе, я был немного удивлён отсутствием дыма, но зайдя внутрь и вежливо поздоровавшись с мастером-кузнецом, понял, в чем было дело. Здесь не использовали обычного угля, в угольном сундуке был только лучший Двергский чёрный уголь. Только он давал лучший жар и почти совершенно не дымил. Не прекращая работы, мастер указал мне на меха, и я взялся за простую, но понятную и честную работу.
Итоги моей ночной работы в кузнице Альтеров и восхищали меня и одновременно угнетали. Не сразу, но с мастером я сумел найти общий язык. Он, как и владыка Тариэль, прекрасно говорил на общем наречии. Несколько раз я делал ему знаки, что готов помочь ему в поковке, но он словно не замечал этого и продолжал медленно, крайне медленно, на мой взгляд, сковывать заготовку, формируя нужное количество слоёв и придавая форму. Когда же он, спустя несколько часов безостановочной работы отошёл от наковальни, чтобы напиться, я подошёл к нему и не успел открыть рта, как он произнёс:
— Нет. Рано. Я вижу, ты будешь слишком спешить, и ты испортишь заготовку!
Я же закрыл рот и замолчал, потому что он был совершенно прав, я гораздо скорее бы делал всё то, что делал он. Посмотрев на меня, он скупо улыбнулся и, покачав головой, снова произнёс:
— Люди, куда вы так всё время спешите..
Это не было вопросом, и я не стал отвечать. Его слова, наконец, настроили меня на нужный лад и я задумался. А как по другому, люди же не живут вечно! За этими мыслями мы вернулись к работе. Он ковать, а я качать меха. На очередном этапе изготовления этого наверняка дивного в будущем копья, мы снова сделали паузу, и он попросил сделать меня специальный отвар, в котором нужно будет оставить это цельнометаллическое копьё для отпуска стали. Он дал мне книгу кузнечных рецептов, и я беззастенчиво, но не в ущерб его заданию, стал запоминать их. У меня было время, отвар на то и отвар, что его нужно варить, постепенно добавляя туда нужные ингредиенты. Одобрительную улыбку Фариэля, так звали кузнеца, я заслужил когда он увидел, что я уже прилично пролистал страниц от того места где был указанный мне рецепт. Конечно, он приглядывал за мной, ошибка при варке отвара ему была не нужна. Когда изумительно тонкой работы копьё легло в чашу с готовым отваром, он сказал:
— Я вижу в тебе тягу к знаниям и это похвально, Человек. Покажи что умеешь.