Страница 28 из 66
Глава 21
Мы вчетвером стоим, уперев руки в боки, и смотрим на эту гору пельменей.
Макаровна прищурилась, губы сжала в нитку. Рогнеда хлопает глазами, будто не понимает, что произошло.
Иннокентий склонил голову набок, будто оценивает масштаб бедствия.
У меня лицо, наверное, как у человека, который только что обнаружил, что купил слона, а думал, что хомячка.
Перед нами гора пельменей.
Спрашиваю у Рогнеды:
— Ты хоть спросила, откуда оборудование? Оно точно из пельменной?
— А что надо было? Я не знала, — растерянно разводит руками моя компаньонша.
Иннокентий чешет затылок.
— По ходу, в холодильник всё это добро не положишь, — говорит он спокойно.
Рогнеда с надеждой в голосе предлагает:
— А давайте мы всё это съедим?
Я смотрю на неё скептически.
В моём взгляде немой вопрос: «ты что, придурошная?». Она опускает глаза.
Иннокентий вздыхает.
— Ну, допустим, я съем штук двадцать — двадцать пять. — Он оглядывает нас. — Ну, вы ещё штук сорок. Но тут нам всем на месяц хватит! За завтрак, обед и ужин.
Это точно, машина поглотила сырьё и моментально выплюнуло где-то тысячу штук.
Макаровна молчит, потом недовольно цокает, решительно берёт с полки огромную кастрюлю.
Такую, в которой можно сварить борща на неделю семье.
Она заливает в неё воду, ставит её на плиту.
— Да чего тут думать, — говорит она твёрдо, — делать нечего, надо всё варить! Будем делать дегустацию.
Рогнеда хлопает глазами.
— В каком смысле?
— В пельменно-бесплатном! — Макаровна поворачивается к ней. — Будем кормить твоими пельменями всех клиентов на халяву!
— На халяву? — будто не веря своим ушам, повторяет Рогнеда. — Но я же машину продала, деньги вложила, нужно окупа…
— Окупишь, если будешь советоваться перед тем, как нестись чёрт знает куда, чёрт знает за чем сломя голову!
— А я что? Я ничего…, — лепечет бывшая, моего бывшего.
Первая партия пельменей отправляется в кипящую воду.
Я смотрю на Макаровну, потом на гору пельменей, потом на Иннокентия.
— Логично, — говорит он. — Это выход. Дегустация как реклама может сработать. Если клиенты распробуют, то и дело пойдёт.
— А если не распробуют? — Рогнеда всё ещё надеется, что эту груду пельменей можно продать и получить деньги.
Макаровна подходит к ней, по-деловому отстраняет в сторону.
— Отойди в сторонку, не мешай людям. Пока не попробуем — не узнаем. Тесто у нас хорошее, фарш свежий.
Рогнеда открывает рот, закрывает. Потом кивает.
Я выдыхаю. Пельмени на подходе. Макаровна ловко орудует шумовкой, вылавливает готовые пельмешки и раскладывает по тарелкам.
Они красивые, ароматные, над ними струится пар.
— Садитесь за стол, пока клиенты не набежали. Мила, тащи соль, перец, масло и сметану.
Рогнеда подрывается вместо меня и бросается выполнять указания.
Замечаю, что в первую тарелку кладёт штук тридцать и передаёт Иннокентию, потом в две тарелки по пятнадцать штук.
Передаёт мне:
— Это вам с этой малохольной.
Кивает в сторону Рогнеды.
— Ой, мне этого много…
Но Макаровна уже накладывает последнюю тарелку себе. Я не верю своим глазам.
В тарелке пельменей с горкой. Штук сорок, а может, даже пятьдесят.
Видя мои расширившиеся глаза, Макаровна, немного смущаясь, комментирует:
— Ну а что, не пропадать же добру?
Меня раздирает любопытство: неужели это всё поместится в старушку?
— Нет-нет, ничего, всё правильно, Макаровна.
Мы вчетвером садимся на кафешные диванчики за стол, привезённый Рогнедой.
Начинаем трапезничать пельменями.
И…
Минут через пять я слышу сытую почти аристократическую отрыжку Макаровны за столом:
— Бгы-ы-ы.
Она «культурно» прикрывает рот ладошкой:
— Пардон! Пельмени удались на славу!
Тарелка Макаровны абсолютно пуста, а сама она отваливается на спинку в сытом блаженстве.
Вижу округлённые глаза Иннокентия, он смотрит на Макаровну с благоговейным восторгом.
— Может, добавки? — иронизирует обладатель фуры с голубым дельфином на борту.
— Не, спасибо. Наелась я. Хватит.
Отойдя от шока, я собираюсь «добить» пельмени из своей тарелки, пятнадцать штук уже не кажутся большим подвигом.
В это время в помещение заправки входит первый после Иннокентия клиент:
— Доброго дня, заправиться можно?
Рогнеда вскакивает со своего места с вопросом:
— Пельменями?
Клиент хлопает глазами.
— Почему пельменями?
— Ну, у нас сегодня акция: заливаешь тридцать литров — пельмени бесплатно!
Нет, эта плутовка, несомненно, обладает коммерческой хваткой при всей своей нелепой воздушности.
Он смотрит на стол.
— Да? Ну, давайте…
— Но только есть маленькое условие…
— Какое? — он смотрит с подозрением на Рогнеду.
— Вы не могли бы рассказать своими словами об акции в своих соцсетях?
— Да, конечно… — соглашается посетитель нашей заправки.
Иннокентий распрощался, пообещал утром заехать и напомнить про холодильник. Фура с дельфином скрывается за поворотом.
***
В течение дня слухи о бесплатных пельменях разлетаются по округе со скоростью молнии.
Дальнобойщики передают по рации, водители легковушек звонят знакомым.
У нас выстраивается огромная очередь — заправиться и получить халявные пельмени.
Рогнеда носится между кухней и столами, как комета. У неё дым идёт из одного места, но она улыбается.
Макаровна еле успевает варить очередную партию, вода кипит не переставая.
Я еле успеваю принимать оплату за бензин и раздавать пельмени. Касса звенит. Пельмени тают. Клиенты благодарят.
Честно говоря, я довольна, что заправка ожила.
Ловлю себя на мысли, что всё идёт хорошо. Тьфу-тьфу, слишком хорошо. И тут звонок.
Строгий мужской голос:
— Людмила Сергеевна? Это вы на автозаправочной станции начали пельмени продавать? А у вас есть сертификаты и разрешения?
Блин! Неужели Лопата настучал в Роспотребнадзор? Это ведомство его раньше называли СЭС.