Страница 131 из 137
Глава 22. После проклятия
Глава 22. После проклятия
Первый удар сердца был слабым, почти неуловимым. Я почувствовала его лишь потому, что держала ладонь на груди Рейнара и ждала, забыв вдохнуть.
Затем наступила тишина.
— Ещё, — прошептала я, не понимая, к кому обращаюсь. — Пожалуйста, ещё раз.
Сердце послушалось. Второй толчок оказался сильнее, за ним последовал третий. Рейнар судорожно втянул воздух и закашлялся, будто вынырнул из ледяной воды. Его тело выгнулось, пальцы сжались, а из раны под рёбрами снова хлынула кровь.
Радость не успела даже родиться — её сразу сменил страх.
— Он жив, но истекает кровью! — Я прижала обе руки к разрезанной рубашке. — Вы разрушили проклятие, однако кинжал всё равно его убивает.
Фея Дикой Розы опустилась рядом со мной. Золотые лепестки кружили вокруг неё, не касаясь пола, и от этого казалось, будто в старом тронном зале внезапно наступил тёплый майский день.
— Тёрн уже взял назначенную плату, — спокойно ответила она. — Второй раз одну и ту же жизнь ему не получить.
Она положила ладонь поверх моих окровавленных пальцев.
Тепло вошло в руки и разлилось по телу. Это не было похоже на жар огня или горячую воду. Так прогревалась весной земля, ещё хранящая зимний холод: медленно, глубоко, слой за слоем. Под нашими ладонями вспыхнул золотой свет. Края раны сошлись, кровь перестала течь, а страшная бледность на лице Рейнара начала отступать. Он открыл глаза. Сначала взгляд оставался мутным. Потом Рейнар узнал меня и едва заметно нахмурился.
— Ты плачешь, — выдохнул он.
— Ничего удивительного. Мой муж только что позволил себя убить.
Голос предательски дрогнул, и я сердито вытерла щёку плечом. Руки от его груди не убрала. Мне казалось, стоит отпустить — и сердце снова остановится.
— Я рассчитывал, что ты будешь занята побегом, — с трудом произнёс Рейнар.
— А я рассчитывала прожить с человеком, способным хотя бы иногда советоваться со мной. Мы оба разочарованы.
Он попытался улыбнуться. Получилось слабо, но вполне узнаваемо.
— Поговорим, когда выберемся отсюда, — произнёс Рейнар. — У тебя впереди целая жизнь, чтобы объяснить мне, насколько я был неправ.
— Начну сразу после твоего выздоровления.
Я наклонилась и прижалась лбом к его лбу. На несколько мгновений исчезли заговорщики, разбитые двери и умирающий король. Остались его дыхание, тепло кожи и удары сердца, каждый из которых казался чудом. За спиной раздался металлический скрежет. Фея резко подняла голову. Аларик успел добраться до Тёрна.
Герцог стоял у ступеней старого трона, сжимая треснувший кинжал. Чёрная пыль покрывала его пальцы, но лезвие ещё сохраняло форму. Рядом застыла Сесилия. Она смотрела то на ожившего Рейнара, то на фею, и красивое лицо искажалось от ужаса.
— Это невозможно, — проговорил Аларик. Его выдержка исчезла. Перед нами был уже не осторожный государственный деятель, годами прятавший преступления за чужими руками, а человек, увидевший, как в одно мгновение рухнуло всё задуманное. — Древний закон исполнен. Он добровольно принял удар.
— Именно поэтому закон и исполнен, — ответила фея.
— Вы обещали, что он умрёт к тридцати годам.
— Я обещала, что холодное сердце погубит его, если он не научится любить. Ты услышал только ту часть, которая была тебе выгодна.
Аларик перевёл взгляд на Рейнара. В этом взгляде ещё оставалась боль родственника, когда-то любившего мальчика, но жажда власти оказалась сильнее даже теперь.
— Я не отдам ему Нордвейн, — произнёс герцог. — Не после всего, что пришлось сделать.
— Именно после всего, что ты сделал, трон никогда не станет твоим, — сказал Рейнар.
Он приподнялся на локте. Я хотела заставить его снова лечь, но рука, которой он обнял меня за талию, уже была твёрдой и сильной. Дар лютоволка возвращался вместе с жизнью. Аларик вскинул Тёрн. Сесилия бросилась к нему и вцепилась в его руку.
— Сначала она! — закричала женщина, пытаясь повернуть клинок в мою сторону. — Пока жива эта тварь, он всё равно будет принадлежать ей.
— Отойди, глупая! — Аларик ударил её локтем, но Сесилия не отпустила его запястье. — Кинжал предназначен Вулфскару.
— Ты уже один раз всё испортил. Дай его мне!
Они боролись за оружие, хотя ещё несколько минут назад считали себя союзниками. Их руки сомкнулись на одной рукояти. Трещина на лезвии расширилась, и из неё вырвался чёрный дым.
Фея не пошевелилась.
— Оружие помнит волю того, кто его поднял, — произнесла она. — Вы напитали Тёрн предательством, завистью и жаждой чужой смерти. Теперь он возвращает вам то, что получил.
Из рукояти вырвался первый шип.
Он пронзил перчатку Аларика и обвился вокруг запястья. Следом показался второй, третий. Чёрные колючие ветви поползли вверх по рукам герцога и Сесилии. Они закричали одновременно.
Аларик попытался отбросить кинжал, но пальцы уже приросли к рукояти. Сесилия отшатнулась, потянула его за собой, и ветви туго связали их, словно два ствола. Там, где шипы касались кожи, проступал серый камень.
— Остановите это! — потребовал Аларик у феи. Даже сейчас он говорил приказным тоном, будто перед ним стояла одна из придворных служанок. — Я наследник крови Вулфскаров!
Камень поднялся к его плечам. Серебряная нить на камзоле потемнела, складки ткани застыли. Сесилия рвалась, царапала ветви свободной рукой и звала Рейнара.
— Помоги мне! — Её голос сорвался на визг. — Ты не позволишь ей убить меня. Я была рядом девять лет. Я делала всё ради тебя!
Рейнар медленно поднялся. Он ещё опирался на моё плечо, но смотрел на Сесилию без прежней холодности и без жалости, которую она надеялась вызвать. Серая корка сомкнулась на шее Сесилии. Последним застыло её лицо — прекрасное, испуганное и всё ещё обращённое к Рейнару. Аларик успел посмотреть на старый трон. В этом движении было столько голода, что мне стало холодно. Затем камень покрыл его глаза. Тёрн рассыпался между двумя изваяниями. Одновременно рухнула боковая дверь.
В зал ворвались люди капитана Грея. Первые солдаты подняли мечи, но остановились, увидев фею, золотой свет и две тёмные статуи у подножия трона. Капитан вошёл следом. На его мундире белела пыль, а рукав был разорван.
Он оглядел зал, задержался на лежавшем Джулиане, потом нашёл Рейнара.
— Ваше высочество…
— Жив, — коротко ответил Рейнар. — Людей Блэкмора взять под стражу. Никого не убивать, если сложат оружие.