Страница 111 из 137
Новая карета тоже отличалась от прежней. На дверце не было герба, однако синий лак, серебряная отделка и короны на ступицах выдавали принадлежность двору. Внутри пахло кожей и кедром. Отряд в королевских цветах выстроился вокруг.
Редфорд остался позади.
Чем ближе становилась столица, тем оживлённее делалась дорога. Мы обгоняли почтовые экипажи, телеги с углём, фургоны торговцев и кареты, украшенные гербами. Вдоль тракта стояли постоялые дворы, мастерские, каменные часовни и заставы. Снега здесь было меньше. Из-под колёс летела грязная снежная каша.
Люди узнавали карету без знаков. Солдаты у застав вытягивались, всадники снимали шляпы, крестьяне отходили к обочине. Рейнар смотрел прямо перед собой. Его ладонь лежала на сиденье между нами, но он не пытался взять мою руку.
К полудню на горизонте показались башни.
Сначала я приняла их за серые зубцы гор. Потом увидела купола, шпили и дым над тысячами крыш. Столица раскинулась на обоих берегах широкой реки. Каменные стены тянулись далеко в стороны, над главными воротами развевались синие и серебряные знамёна.
На каждом был коронованный чёрный волк. Тот же зверь украшал Эшворт, перстень Рейнара, застёжку его плаща и форму солдат. Я смотрела на знамёна, пока отдельные догадки не сложились в одну невозможную картину. Герцог Аларик — его дядя. Отец с самым высоким положением при дворе. Государственный совет на семейной свадьбе. Люди, готовые опуститься на колено. Корона над волчьей головой.
Рейнар заговорил прежде, чем я задала вопрос.
— Мой отец — Ричард Вулфскар, король Нордвейна.
Колёса грохотали по каменной дороге. Снаружи звенела упряжь, перекликались всадники. Внутри стало так тихо, что я слышала собственное дыхание.
— А ты? — спросила я, хотя уже знала ответ.
Он повернулся ко мне всем телом.
— Рейнар Эдмунд Вулфскар. Наследный принц Нордвейна.
Я смотрела на мужчину, которого нашла окровавленным на пороге. На охотника, рубившего дрова без рубашки. На хозяина Эшворта, способного заставить замолчать целый зал. На жениха, доверившего мне гарнитур своей матери и просившего руки под омелой.
Все эти люди были одним человеком. Но одну часть он намеренно оставлял в тени.
— Ты принц.
— Да.
— Единственный наследник?
— Да.
— А Аларик?
— Младший брат отца. Второй в очереди.
От последних слов по спине прошёл холод. Перстень. Восковая печать. Спешка герцога.
— Почему ты не сказал раньше?
Рейнар не отвёл взгляда.
— Сначала потому, что не знал, кому могу доверять после покушения. Потом потому, что впервые встретил женщину, смотревшую на меня без титула. Ты спорила с охотником, лечила раненого, сердилась на мужчину. Я хотел сохранить это как можно дольше.
Я отвернулась к окну.
Столица приближалась. Уже различались башни главного дворца на возвышенности, мосты через реку и десятки флагов. Где-то там жил король — отец моего жениха. Там меня ожидали суд, родственники и возвращение имени. А ещё целое королевство однажды должно было назвать меня женой наследника.
Мне хотелось приказать остановить карету. Выйти, вдохнуть холодный воздух и подумать без стука колёс. Но снаружи двигались солдаты, позади ехали Клара и сундуки, впереди открывались ворота. Бежать было некуда.
И я больше не хотела убегать.
— Есть ещё тайна, — сказала я.
Рейнар побледнел.
— Есть. Если открою её сейчас, ты не сможешь решить, остаёшься рядом по любви или из страха за мою жизнь.
Это было почти признание. Слишком страшное, чтобы понять его полностью.
— Твоя жизнь зависит от меня?
Рейнар закрыл глаза на мгновение.
— Элиза, пожалуйста. Дай мне один вечер. Я расскажу во дворце, когда мы останемся одни. Без дороги, охраны и ворот за окном. Всю правду.
Передо мной сидел мужчина, который боялся не разоблачения, а жалости любимой женщины. Карета замедлилась.
Перед главными воротами выстроилась городская стража. Трубы подали протяжный сигнал. Люди по обе стороны дороги остановились. Мужчины сняли шляпы, женщины склонились, солдаты разом опустились на одно колено.
Капитан у ворот вскинул жезл.
— Открыть королевский проезд! Его Высочество наследный принц Рейнар Вулфскар вернулся в столицу!
Тяжёлые створки начали расходиться. За ними лежал город, в котором мой жених принадлежал уже не только себе. Рейнар протянул руку. Я посмотрела на его ладонь. Потом вложила в неё свою.