Страница 24 из 72
Винсет, перед нашим отъездом из столицы, рассказал мне причину, по которой гномы просили аудиенции у короля и суть их разговора. В тот день, пока мы ждали Эдвина, он как раз беседовал с посланником этого низкорослого, но очень гордого народа. Винсет рассказал, что гномы, так же, как и эльфы и люди, в последнее время стали подвергаться нападениями своих исконных недругов. Гоблины вылезали буквально из всех щелей и нападали со свирепой жестокостью на всем протяжении границ, подгорного царства гномов. Если раньше, случались лишь отдельные стычки, в основном с передовыми отрядами разведчиков и рудокопов, осваивающих новые жилы или туннели, то в последний год, гоблины будто бы озверели. Их стало в разы больше и их атаки стали носить уже массовый характер.
Король при нашей встрече нам этого не сообщил, по одному ему ведомой причине. Возможно, он хотел заострить наше внимание и ограничить нашу миссию только людскими заботами. А возможно, на то у него были другие причины, связанные с тем, как сказал Винсет, что гномы напрямую не просили помощи у людей, а просто, согласно добрососедским отношениям, только ставили нас в известность об этой проблеме. Винсет тоже не настаивал на нашем путешествии в подгорное королевство, но я подумал, что раз он упомянул об этом, то явно неспроста и было бы не лишним посетить гномьего короля или хотя бы его царство, тем более у нас были соответствующие грамоты.
Мы заночевали в деревне Лесная, а к вечеру уже въезжали в Низорд. За тот год, что прошел с нашего прошлого посещения этого северного оплота людей на континенте, город на первый взгляд не сильно изменился. Мы остановились в той же гостинице, что и в прошлый раз и нас даже узнали. Хозяин таверны, с улыбкой на широком и раскрасневшемся лице, тепло приветствовал нас и тут же послал своего человека, который отнес наши вещи в тот же номер, а сам уже хлопотал у нашего стола. Вино, узвар, морс и жаркое появилось на нем так быстро, что я стал подозревать, что весть о нашем приезде опередила нас как минимум на пару часов.
Но все оказалось гораздо прозаичнее. К нам, спустя пару минут, подсел не кто иной, как торговец Грин, который и объяснил, что дожидался нас здесь и заранее сделал заказ, справедливо рассчитав, что мы как нездешние, скорее всего, остановимся в той же таверне что и ранее. А весть о нашем приезде он получил с караваном, который прибыл в город за пару часов до нас. Следовал караван как раз из Лесной, а в нем, в том числе, был и груз Грина, который сопровождал его доверенный человек, из той деревушке.
Грин рассказал нам последние новости, не забыв предварительно, еще раз поблагодарить об оказанной прошлой зимой услуге. Новости, в общем-то, оказались безрадостными. Орки, терроризировавшие ранее торговцев на трактах, которых мы тогда уничтожили, были лишь малой толикой тех бед, что за прошлый год обрушились на Низорд и Бангорд, где были расположены основные торговые лавки купца. Банды, гораздо многочисленнее той, состоящие из тех же орков, да еще и троллей, уже не ограничивались грабежами на дорогах. На города тоже были совершены нападения, и если Низорд выстоял, то Бангорд, в последнем сражении, потерял практически полностью отряд гвардейцев, большую часть стражи, а ворвавшихся за стены орков, с большим трудом остановили за пару кварталов от торговой площади. В том сражении погиб и Грохун, о чем с прискорбием, сообщил нам Грин, окончательно помрачневший, к концу нашего с ним разговора.
Конечно, стены восстановили, а в город прибыло из столицы пополнение, но сам факт взятия города, пусть и не слишком крупного, говорил о многом. В королевстве дела шли все хуже, а пожары полномасштабной войны с темными тварями, уже были готовы зажечься, по всем границам Пентакора. Еще хуже было то, что как показали наши расследования и углубленное знание ситуации в целом по миру, остальные расы имели те же проблемы что и мы. Гномы уже вовсю сражались со своими исконными врагами, а эльфы, ни один десяток лет, вели затяжной, но от этого не менее значимый и не менее кровопролитный конфликт, с обитателями соседнего континента.
Как только мои мысли коснулись лесного народа, мое сердце в очередной раз кольнула печаль, и я вновь ощутил, периодически возникающее, с момента моего отъезда из их королевства, томление души. В сознании моем, вновь ярко всплыл прекрасный, но полный печали, образ Лучиэниэль, каким он мне запомнился, при нашем последнем разговоре с ней, во дворце короля Эльсинора. Ее голос, подобный журчанию горного ручья, по-прежнему звучал в моих ушах, а кристалл сапфира, в кольце на моем пальце, не давал мне забыть ее пронзительно синие, большие и ясные глаза.
Я встряхнул головой, отгоняя виденье, и снова вернулся к насущным проблемам северных городов Королевства. Грин еще немного добавил сочных красок к своим новостям и на этом мы расстались, тем более к тому времени все, что стояло на столе, уже было съедено и выпито. Мы поднялись в свои апартаменты и там тут же провалились в благословенный сон. После нашей долгой, зимней дороги и обильного, сытного ужина, он был нам абсолютно необходим.
Утром мы собрались в дорогу и, оставив на попечение местных гвардейских конюхов своих верных коней, отправились в гильдию магии. В Низорде она так же располагалась поблизости от центра города и была практически копией столичной. За исключением более простого убранства внутренних помещений и меньшего количества магов внутри, я бы не отличил ее от Пентакоровской, как по функционалу помещений, так и по их взаимному расположению. Встретили нас у порога. Я представил себя и своего спутника и коротко объяснил суть нашего здесь появления. Местный глава гильдии, пожилой седобородый магистр школы Воды, сверился с какими-то бумагами, покопался в висевшей в его кабинете ключнице и, выудив оттуда связку старых, даже на первый взгляд ключей, попросил следовать за ним.