Страница 61 из 64
Но было еще одно окно. Широкое, арочное окно под самым куполом, которое отец использовал для астрономических наблюдений. К нему вела узкая, полуразрушенная каменная лестница, вырубленная в стене.
Я сбросила меховую накидку, оставаясь лишь в просторных черных штанах и рубахе. Босиком, не обращая внимания на ледяной холод камня, я начала карабкаться по ступеням. Мои пальцы сдирались в кровь о неровный базальт, но я не чувствовала боли, в моих венах кипел тот же самый безумный адреналин, что делал Боюаня неуязвимым.
Добравшись до арки, я выглянула наружу.
От того, что я увидела, у меня перехватило дыхание.
Подвесной мост, раскачивающийся над черной, бездонной ущелья, превратился в мост из огня и крови. Десятки наемников в тяжелых доспехах медленно продвигались вперед, прикрываясь щитами.
А им навстречу, прямо по раскачивающимся доскам, шел Сунь Боюань.
Он был один против целой армии. Ветер трепал его черные волосы. Мужчина не пытался уклоняться от стрел. В его левом плече, рядом со старой раной, уже торчало короткое оперение арбалетного болта, но он не замечал его. Его меч-дао сверкал в свете факелов, отражая пламя.
Мужчина врезался в их строй на середине моста.
Удар его меча расколол первый щит пополам, сбросив двоих наемников в пропасть. Их истошные крики растворились во тьме. Боюань сражался с яростью обреченного, позволяя клинкам резать свою плоть, лишь бы нанести смертельный удар. Он был богом разрушения, пришедшим забрать свою кровавую дань.
Но их было слишком много, и мост раскачивался под их общим весом.
Боюань отступил на шаг. Один из наемников, сжимая тяжелую секиру, замахнулся для удара. Боюань уклонился, и секира с хрустом вонзилась в деревянный настил моста. Воспользовавшись заминкой, мой страж размахнулся своим дао и меч обрушился на толстый несущий канат с правой стороны моста.
ТРЕСК!
Правая сторона моста резко накренилась, несколько солдат, потеряв равновесие, с воплями сорвались вниз.
Боюань пошатнулся, скользя по обледенелым доскам, но устоял, цепляясь рукой за остатки перил. Он поднял меч, готовясь перерубить второй, последний несущий канат со своей стороны.
Если он сделает это, мост переломится пополам и он упадет вместе с ними.
— БОЮАНЬ!
Мой крик перекрыл вой ветра и звон стали.
Мужчина замер, его лезвие, занесенное для удара по канату, остановилось, он вскинул голову и посмотрел вверх.
Я стояла в арочном окне под куполом. В одной руке я сжимала обломок горящей стрелы, найденной на полу башни, пламя освещало мое перекошенное от ярости лицо. Мои волосы развевались на ветру подобно черным змеям.
Я не была испуганной принцессой, молящей о спасении. Я была его хозяйкой, и я была в бешенстве.
— Если ты перерубишь этот канат и упадешь, Сунь Боюань, я клянусь прахом предков, я прыгну вслед за тобой! Ты не посмеешь оставить меня одну!
Его глаза расширились. Лицо, искаженное кровожадностью битвы, мгновенно побледнело. Он знал, что я не лгу. Мужчина чувствовал мою тьму. Мой верный страж понял, что его жертва не спасет меня, а убьет нас обоих.
Это секундное замешательство едва не стоило ему жизни.
Наемник с секирой вырвал свое оружие из досок и наотмашь ударил Боюаня в грудь. Удар прошел вскользь, но лезвие глубоко распороло плоть. Боюань отшатнулся, падая на одно колено. Дао выскользнул из его ослабевших пальцев и упал в пропасть.
— Убейте его! — взревел командир наемников, бросаясь вперед с копьем.
Всё решилось за один удар сердца.
Я не стала смотреть, как он умирает, рядом со мной, в арочном проеме, был закреплен старый, тяжелый механизм, который отец использовал для подъема тяжелых грузов в башню. С него свисал толстый железный трос с массивным крюком на конце.
Я схватила трос обеими руками, и не думая о высоте и холоде, я оттолкнулась от каменного подоконника и прыгнула в пустоту.
Ветер оглушительно засвистел в ушах. Я летела вниз, раскачиваясь на железном тросе подобно маятнику. Мой вес и инерция превратили меня в живой таран.
Я метнула горящую стрелу, которую сжимала в руке, прямо в лицо командиру наемников. Он инстинктивно вскинул руки, закрываясь от огня.
В следующее мгновение я, раскачиваясь на тросе, на полной скорости врезалась в него обеими ногами. Удар был чудовищной силы. Командир отлетел назад, сбивая с ног еще троих наемников, и они всей толпой перевалились через накренившийся край моста, исчезая в темноте с протяжным воплем.
Я разжала руки и рухнула на обледенелые доски прямо перед Боюанем. От удара из легких выбило весь воздух, мои колени счесались до крови, но я мгновенно вскочила.
Боюань смотрел на меня так, словно увидел призрака. Его губы дрожали, ужас от того, что я прыгнула из башни, испугал его сильнее любого яда и оружия.
— Ты... ты сумасшедшая... — прохрипел он, пытаясь закрыть меня своим израненным телом от оставшихся наемников.
— Заткнись! — рявкнула я, перехватывая его за шиворот. — Вставай!
Я вытащила из-за пояса церемониальный кинжал. Мост угрожающе трещал, готовый обрушиться в любую секунду. Наемники, оправившись от шока, снова двинулись на нас.
Но я не собиралась сражаться с ними.
Я оттолкнула Боюаня к нашему краю пропасти, ближе к спасительному каменному карнизу башни.
— Держись! — крикнула я ему.
Я развернулась к последнему, нетронутому несущему канату со стороны вражеского лагеря. Точнее, к той его части, что находилась прямо под нашими ногами, отделяя нас от основной массы моста.
Я взмахнула кинжалом и с неистовой силой ударила по туго натянутой пеньке. Острое лезвие церемониального клинка глубоко вонзилось в волокна.
Наемники с воплями бросились к нам, пытаясь остановить меня, но было поздно.
Боюань вложил остатки своей Ци в один сокрушительный удар кулаком, и ударил по канату ровно в то место, где я сделала надрез.
РВАНЫЙ ТРЕСК.
Канат разорвался, мост, лишившись опоры с одной стороны, мгновенно переломился.
Гравитация взяла свое. Длинная, тяжелая конструкция из досок с оглушительным скрежетом ухнула вниз, увлекая за собой десятки кричащих наемников. Они летели в бездну, а мы остались висеть на обрывке моста, прикрепленном к каменному карнизу Башни. Нас с силой швырнуло на холодный базальт.