Страница 27 из 78
— Я просил тебя остаться дома, — сказал он.
— А я не обещала.
— Ты понимаешь, что сегодня могла не вернуться?
— Да.
— И все равно пошла.
— Да.
Он медленно провел ладонью по лицу. Этот жест был таким человеческим, таким усталым, что на миг сбил меня с равновесия. Мне легче было видеть в нем только холодного расчетливого убийцу. Но рядом сидел человек, который выглядел так, будто не спал несколько ночей.
Люди могут быть уставшими и виновными одновременно.
Это не оправдывает их.
Только делает опаснее.
— Что тебе нужно, чтобы остановиться? — спросил он.
— Правда.
— Правду нельзя положить тебе на ладонь, как лекарство.
— Зато ложь ты кладешь регулярно.
Он посмотрел на меня долго.
— Если я скажу, что смерть Дамиана была частью дела, которое началось задолго до тебя, ты остановишься?
— Нет.
— Если скажу, что он сам связался с людьми, которые используют мертвых как оружие?
— Нет.
— Если скажу, что твой дар нужен не только мне?
Я замерла.
Он понял, что сказал лишнее.
И я тоже поняла.
— Значит, нужен тебе, — произнесла я тихо.
Кассиан не ответил.
Вот оно. Не признание в убийстве. Не доказательство для суда. Но новая щель в его безупречной стене.
— Для чего? — спросила я.
— Спи, Алеста.
— Для чего тебе мой дар?
Он поднялся.
— Сегодня разговор окончен.
— Для чего, Кассиан?
Он остановился у двери.
— Чтобы ты не услышала первой то, что может тебя уничтожить.
— Или чтобы я не услышала того, что уничтожит тебя.
Он повернулся.
В его лице не было злости. Только темная, тяжелая усталость.
— Иногда это одно и то же.
Он ушел.
Я лежала неподвижно, пока его шаги не стихли. Потом медленно разжала ладонь под одеялом. Кольцо Дамиана осталось со мной. Впилось в кожу, оставило круглый след, но осталось.
Я закрыла глаза.
Передо мной снова возникла белая комната, женщина у окна, знак подавления на шее, беззвучный крик.
Тихие вдовы.
Дамиан сказал искать женщин, которым запретили плакать.
А значит, завтра мне нужно было найти место, где живые женщины молчали так, будто их уже похоронили.