Страница 17 из 85
Каковы были точные планы Барра, мне известно не более, чем вам, дорогой читатель. Мы можем сейчас не обсуждать этого вопроса. Когда же наступил крах и Джефферсон
[9]
[Томас Джефферсон — президент США.]
совместно с Конгрессом, приняв решение раздавить в зародыше измену родине, устроили знаменитый ричмондский процесс, эти мероприятия нашли отклик на далекой Миссисипи, казавшейся тогда более отдаленным местом, чем сейчас, скажем, Пьюджет Саунд
[10]
[Пьюджет Саунд — отдаленный пункт в северо-западной оконечности США.]
. Местные власти решили не отставать от центра и, чтобы поразмыкать летнюю скуку, предали ряд офицеров в форте Адамсе военному суду. Под суд пошло несколько полковников и майоров и, в заключение, юный Нолан, против которого были очевидные улики. Кто не знал, что он манкировал службой, что он был готов изменить присяге и по приказу, подписанному «Его превосходительством Эйроном Барром», отправиться когда угодно и куда угодно во главе тех, кто за ним решился бы последовать! Полковники и майоры были оправданы, насколько мне известно, с полным основанием. Вина Нолана, как и уже сказал, была ясна! Тем не менее ни я, ни вы, читатель, никогда не услыхали бы его имени, если бы не инцидент, произошедший в самом конце судебного заседания. Когда председательствующий спросил Нолана, не желает ли он сказать что-либо в свою защиту, что показало бы, что он всегда был предан Соединенным штатам, Нолан закричал в исступлении:
— Будь они прокляты, Соединенные штаты! Я слышать не хочу больше о Соединенных штатах!
Я думаю, что он не представлял себе, какое тяжкое впечатление произвели его слова на старого полковника Моргана, председательствовавшего на суде. Добрая половина офицеров, членов суда, сражалась в годы революции и проливала свою кровь за идею, воплотившуюся в имени Соединенные штаты, которое Нолан проклял походя в своей ярости. Что до самого Нолана, то он вырос на западной окраине страны, воспитывался на плантации, где сливками общества считали испанского офицера или француза-торговца из Орлеана. Помнится, он рассказывал мне об англичане-гувернере, жившем у них одну зиму. Он совершенствовал свое образование, каково бы оно ни было, в поездках с коммерческими целями в Вера-Крус. Юношеские годы он провел со старшим братом в Техасе, охотясь на лошадей. Словом, для него имя «Соединенные штаты» едва ли имело глубокое содержание. Но эти Соединенные штаты давали ему хлеб все годы, которые он служил в армии. Этим Соединенным штатам он присягал как христианин на верность. Эти Соединенные штаты даровали ему мундир и шпагу. Увы, мой бедный Нолан, если бы эти Соединенные штаты не облекли тебя высоким доверием, Эйрон Барр уделил бы тебе не больше внимания, чем лодочникам плоскодонки, на которой он спустился по Миссисипи. Я не беру под защиту Нолана, я только хочу объяснить читателю, как могло случиться, что он проклял свою родину и пожелал не слышать больше ее имени.
Ему пришлось услышать ее имя еще один только раз. С 23 сентября 1807 года, дня суда, до 11 мая 1863 года, дня смерти, он не слышал ее имени. В продолжение более чем полувека он был Человеком без родины.
Старый Морган, как я уже сказал, был глубоко потрясен. Он удалился вместе с судом и вернулся через пятнадцать минут. Его лицо было белее мела.
— Заключенный, слушайте приговор суда! — сказал он. — Суд решил, что вы не услышите больше имени Соединенных штатов. Приговор подлежит утверждению президента.
Нолан захохотал. Но никто больше не смеялся. Старый Морган сохранял глубокую важность, и в зале царила мертвая тишина. Дерзость Нолана поблекла. Морган сказал, обращаясь к судебному маршалу:
— Маршал, доставьте заключенного под вооруженной охраной в Орлеан и препоручите его морскому командованию.
Маршал скомандовал, и заключенного увели.
— Маршал, — продолжал Морган, — следите, чтобы в пути заключенный не слышал имени Соединенных штатов. Засвидетельствуйте мое почтение маршал-лейтенанту Митчелу в Орлеане и передайте, чтобы он озаботился, чтобы заключенный не слышал на борту корабля имени Соединенных штатов. Вы получите письменный приказ через дежурного офицера сегодня вечером. Судебное заседание прерывается на неопределенное время.
Я подозреваю, что полковник Морган лично отправился в Вашингтон и доложил о решении суда президенту Джефферсону. Так или иначе, известно, что президент одобрил его, то есть известно, поскольку можно верить людям, утверждавшим, что они видели собственноручную подпись президента. Не успел еще «Наутилус» с заключенным на борту обогнуть материк на пути из Орлеана к атлантическому побережью, «как приговор был утвержден и Филипп Нолан стал Человеком без родины.
План, принятый тогда, был в основном тем самым планом, которым руководствовались и в более позднее время. Возможно, что на него натолкнула необходимость отправить Нолана морским путем из Орлеана. Морской министр — это-был, должно быть, первый Крауниншилд, хотя я твердо в этом не уверен — получил предписание взять Нолана на борт военного корабля, отправляющегося в дальнее плавание, и обеспечить режим, при котором он не смог бы ни видеть родной страны, ни слышать о ней. Военные корабли редко ходили тогда в дальние плавания, флот вообще был в загоне. Как я уже говорил, вся эта история основывается на изустных источниках, и я не смог установить, каков был первый рейс Нолана. Во всяком случае, командир первого корабля, на борту которого он очутился (возможно, что это был Тинджи или Шоу, хотя я склонен думать, что это был кто-нибудь из молодых), выработал процедуру заключения и весь необходимый этикет, связанный с пребыванием Нолана на корабле. В дальнейшем правила не менялись, я думаю, до самой смерти Нолана.
Когда тридцатью годами позже я был первым помощником на «Инперипиде», мне пришлось увидеть подлинную инструкцию морского министерства. Я очень жалею теперь, что не снял с нее копии. Она выглядела примерно так:
«Вашингтон (дата относилась к концу 1807 года).
Сэр, вы примете от лейтенанта Била заключенного Филиппа Нолана, бывшего лейтенанта армии Соединенных штатов. Заключенный Нолан, преданный военному суду, проклял свою родину и заявил, что «не хочет слышать больше о Соединенных штатах».
Суд постановил удовлетворить его желание.
Выполнение приговора суда возложено президентом на морское министерство.
Вы примете заключенного на борт корабля и обеспечите необходимые меры, чтобы он не мог совершить побег.