Страница 94 из 139
– Так вы знакомы, – Вит хитро улыбнулся. – Вран, правда, никогда не признает, что спас Аэрию. Думаю, он считает себя не спасителем, а хирургом, которому по необходимости пришлось удалить опасную опухоль, чтобы дать шанс организму выжить, но в конечном счёте это именно он изменил отношение аэров к Игре. Понимаешь, малыш, если тебе дано могущество, то тратить его на то, чтобы порабощать более слабых – это дурная затея. Рано или поздно жажда власти сожрёт своего хозяина.
– А что же тогда делать с этим могуществом? – голос Найоли дрогнул, видимо, её интерес был вовсе не праздным. – Невозможно просто его отбросить и опуститься на уровень тех, кто этим могуществом не обладает.
– А зачем опускаться? – удивился Вит. – Можно ведь, наоборот, подтянуть остальных до своего уровня, ну или если уж не получается, то хотя бы защищать слабых. Клан Ставрати, который создал Вран, потратил тысячи местных лет на то, чтобы превратить примитивную реальность в мир, почти равный Аэрии. На самом деле тут прямое сравнение даже не работает. Мир Игры не ниже и не выше, он просто другой. Благодаря Ставрати аэры получили возможность расширить область своей самореализации. Поверь, Игра даёт нам гораздо больше, чем просто дармовую энергию, нам твой мир очень дорог.
– Но кто-то пытается вернуть его в исходное состояние, верно? – Найоли задумчиво покачала головой. – Неужели опыт аэров его ничему не научил?
– Когда ты ощущаешь себя богом, очень сложно представить, что пренебрежительное отношение к жалким людишкам тупо опускает тебя на уровень тех самых людишек, – заметил Вит. – Богам свойственно присваивать себе то, что они могут подчинить, но они отчего-то не берут в расчёт тот факт, что любая собственность со временем становится кандалами. Ты принадлежишь ей в не меньшей степени, чем она тебе.
– Как же аэры преодолели эту тягу владеть и подчинять? – Найоли озадаченно сморщила лобик. – Это же так по-человечески.
– Мы до сих пор учимся, – улыбнулся Вит, – и нашей школой жизни стала Игра. Мы будем драться за твой мир, даже если сами люди сдадутся. Слабым позволено отступать и подчиняться, но у сильных такого варианта просто нет.
– Я же у тебя сильная, правда? – Найоли кокетливо улыбнулась.
– Сильнее всех, – искренне подтвердил Вран. – Это-то как раз меня и тревожит, – он сжал в объятьях любимую женщину, словно пытался её защитить. – Оли, пожалуйста, держись подальше от войны аэров. Тот, кто нам противостоит, скорей всего, считает себя богом. А с комплексом бога шутки плохи, потому что бог скорее уничтожит мир, который считает своим, нежели выпустит добычу из рук.
– Я ему не позволю, – самоуверенно заявила новоявленная защитница Земли.