Страница 75 из 139
Вит пригляделся к гарцующим по полю гельсингаландцам и сразу узнал главного переговорщика. Это был не кто иной, как пресловутый принц Кристен, что было в общем-то ожидаемо и тем не менее досадно. Нет, Вит, конечно, понимал, что у сего сурового воина, потерявшего сына из-за недосмотра Свена Отважного, имеются личные мотивы для мести, да и назвать Кристена изменником было бы некорректно, поскольку в этой дикой локации присягали на верность конкретному сюзерену, а не его владению. И всё же сам факт, что всего за год сей высокородный муж умудрился дважды сменить своих хозяев, вызывал некоторые вопросы. А уж варварская расправа над ни в чём неповинными бондами Скании вообще повергла Вита в состояние недоумения. Всё-таки эти бедолаги были соотечественниками Кристена.
Тем не менее никакой ненависти к сему надменному потомку Веделей Вит не испытывал, поскольку искренне считал себя виновным в той трагедии, которая превратила преданного воина Скании в её безжалостного врага. В конце концов, он поклялся заботиться о благополучии и безопасности близких Кристена, но не смог сдержать своего слова и по всем местным канонам должен был предоставить потерпевшему возмещение потерь. Вот только как можно возместить отцу гибель сына? Именно это Виту и предстояло выяснить, но сделать это через посредника не представлялось возможным.
– Приведи моего коня, – король небрежно кивнул оруженосцу, – я сам поеду. Простите, генерал, но это личное.
– Вит, ты совсем спятил? – злой шёпот Врана очень сильно напоминал змеиное шипение. – Кристен такого шанса не упустит.
– А я ему такого шанса не дам, – самоуверенно заявил самопальный парламентёр. – Со мной поедет Шахин и в случае форс мажора захватит тело Кристена. Но если что, ты знаешь что делать, – Вит легко взлетел в седло, даже не тронув стремян. – Эту битву нужно выиграть по любому, со мной или без меня, – напутствовал он своего стажёра, – иначе со всей Сканией случится то же, что и с той приграничной деревней.
Альв, изображавший королевского телохранителя, тут же нарисовался рядом со своим подопечным. Судя по его недовольной физиономии, решение аэра лично поучаствовать в переговорах он счёл ребячеством и никому не нужной бравадой.
– Не кривись, – попенял своей излишне заботливой няньке Вит, – это неплохой шанс остановить бойню. Нужно попробовать перевести войнушку между королевствами в формат личного поединка с Кристеном. Вряд ли граф расценивает меня как серьёзного противника, всё-таки я по легенде не военный.
– И что ты будешь делать, если он согласится? – Шахин скептично хмыкнул. – Подставишься и позволишь себя убить?
– Не говори глупостей, – возмутился Вит. Впрочем, возмущение его было явно наигранным, что не миновало чуткого уха телохранителя. – Просто небольшое ранение в качестве, так сказать, компенсации за понесённый Кристеном ущерб. Пусть лучше мстит мне, чем Скании.
– Вит, голову включи, – в голосе Шахина прорезались тревожные нотки. – Этому уроду плевать на твои рыцарские замашки. Он не остановится, ты же виновен в смерти его сына.
– Поживём – увидим, – философски заметил аэрский оперативник. – Ты, кстати, не расслабляйся. Ежели почуешь подставу, захватывай тело Кристена. Мне никак нельзя сейчас умирать, без меня эти олухи битву точно проиграют.
– Вот и держался бы подальше от заварушки, – осуждающе покачал головой Шахин.
– Не в этот раз, – Вит пришпорил коня и вылетел вперёд, обогнав свой эскорт на десяток шагов.
Нужно сказать, что Вран с Шахином волновались не зря. На этот раз аэрская рациональность изменила игроку, им двигали личные мотивы, причём весьма далёкие от целей его операции. Сколько бы Вит ни строил из себя циничного манипулятора, однако судьба Кристена была ему отнюдь не безразлична. В конце концов, бывший маршал Скании оказался на вражеской стороне не по своей воле, а в результате его интриги с бракосочетанием принцессы Лотты. Кристен честно выполнил свою часть сделки, а вот король свою слил, не уберёг заложника и в результате спровоцировал войну. Не удивительно, что Вит считал себя обязанным предоставить потерпевшему шанс вернуться, так сказать, на сторону света.
Гельсингаландские парламентёры остановились точно в середине открытого пространства между двумя войсками. Кристен выехал вперёд, и Вит последовал его примеру.
– Удивлён, что ты не струсил со мной встретиться, – презрительно хмыкнул принц, когда двое мужчин оказались один на один. То, что он даже не попытался изобразить вежливость при обращении к венценосной особе, ясно дало понять, что переговоры были просто предлогом для ультиматума.
– Я не мог упустить возможность принести тебе свои соболезнования и попросить прощения, – Вит поспешил внести нотку куртуазности в назревающую свару. – Мне очень жаль, что твой сын решил свести счёты с жизнью, и то, что я отпустил Эстрид – это был жест доброй воли, чтобы смягчить боль твоей утраты. Надеюсь, ваше воссоединение никак не навредило твоей законной жене.
– Что может навредить шлюхе? – благородные черты принца исказились в брезгливой гримасе. – Пусть благодарит господа за то, что герцог Бьёрк смилостивился над дочерью своего врага и не отправил её в тюрьму или вообще на плаху.
– Видимо, возвращения Эстрид оказалось недостаточно, чтобы компенсировать твою потерю, – Вит предпринял последнюю попытку вразумить Кристена, хотя его наглое поведение откровенно свидетельствовало о нежелании договариваться. – Чего ты хочешь? Земли, золота?
– Решил кинуть мне кость? – взгляд Кристена потемнел, словно в его черепушке выключили свет. – Я не твой дворовый пёс и не покупаюсь на трусливые подачки. Я сам беру то, что мне положено законом и божественным провидением.
– Это ты про трон Скании? – ехидно поинтересовался Вит. – Святая наивность. Думаешь, если твой хозяин Бьёрк отрядил тебе своё войско для захвата соседнего королевства, то он действительно собирается делиться с тобой трофеями? Не будь идиотом, Кристен. Если тебе и удастся захватить Сканию, в чём я сильно сомневаюсь, то до коронации ты не доживёшь.
– Видимо, ты судишь по себе, Свен «как тебя там», – в голосе Кристена, помимо его воли, явственно послышалась неуверенность. Похоже, он всё-таки не до конца лишился здравомыслия. – Боишься, что присвоенный тобой титул «Отважный» вскоре сменится на «Неудачник»?