Страница 23 из 76
Глава 6: Если ты снова спускаешься в подвал, но теперь не одна — это уже совсем другая история
Свидание с ректором произошло вчера. Закончилось ромашкой, прогулкой через лес и тремя словами, от которых у меня до сих пор под рёбрами разливалось тепло — «Я горжусь тобой».
А сегодня утром в дверь моей комнаты постучал Джонатан и сообщил, что ректор снова вызывает. Срочно. Я даже не успела допить чай.
Теперь я стояла перед дверью кабинета и пыталась понять, почему нервничаю. Вроде бы ничего страшного — ну вызывает, ну срочно. Не в первый раз. Но в прошлый раз срочный вызов закончился тем, что он орал на меня за два «неуда», а потом пригласил на свидание. Логика Дамиана Рейнхарта фон Ашерона была непредсказуема, как магическая сеть над прудом.
Я постучала.
— Войдите, — раздался его голос. Не ледяной. Обычный. Уже хорошо.
Я вошла и с порога оценила обстановку. На столе — чайник. Фарфоровый, с гербом Ашеронов. От него поднимался пар, и пахло мятой. Хороший знак. Если чайник есть — значит, разноса не будет. Дамиан стоял у окна, спиной ко мне, без мундира — в простой тёмной рубашке. Ещё один хороший знак. Мундир означал «ректор». Без мундира — просто Дамиан.
— Доброе утро, — сказала я, закрывая дверь.
Он обернулся. Никакой умопомрачительной улыбки, как вчера на пруду. Но и ледяной маски тоже не было. Он был сосредоточен — так, как бывает, когда он готовится сказать что-то важное.
— Доброе утро. Садись.
Я села в кресло — то самое, с высокой спинкой, которое перекочевало из целительского корпуса обратно в кабинет. Дамиан остался стоять. Помолчал, глядя куда-то в сторону книжных полок. Потом заговорил:
— Вчера, на кладбище, ты активировала щит. Я видел его. Он был другим — не как на тренировках. Фиолетовый, с серебряными прожилками.
Я кивнула. Я помнила этот момент слишком хорошо. Скелет с мечом, падение, звёзды перед глазами — и вдруг щит, вспыхнувший сам, без приказа, без усилия.
— Это была не твоя магия, — продолжиил он. — Точнее, не совсем твоя. Серебряные прожилки — это стиль портала. Ты не просто Ключ, Алиса. Ты связана с ним глубже, чем я предполагал.
— И что это значит?
Он подошёл к столу и взял свиток — старый, пожелтевший, с обтрёпанными краями. Я видела такие в архивах — с ними работали в перчатках и только при специальном освещении. Дамиан обращался с ним бережно, но без страха.
— После твоего покушения я поднял архивы Ковена. Всё, что касается порталов, Разломов и пророчеств. Нашёл кое-что.
Он развернул свиток. Я подалась вперёд, вглядываясь в выцветшие строки. Руны — старые, угловатые, не такие, каким учил Грейвс. Но смысл каким-то образом доходил — то ли магия перевода, вплетённая в пергамент, то ли моя связь с порталом.
— «Когда Ключ откроет дверь, Хранитель моста протянет руку, и врата встанут на две опоры», — прочитал Дамиан вслух. — Это пророчество. То самое, о котором упоминал Грейвс. Оно считалось забытым. Или несбывшимся. Потому что не было Ключа.
Он посмотрел на меня.
— Теперь есть.
Я переварила услышанное. Ключ — это, надо полагать, я. Дверь — портал в подвале. Врата — тоже портал. А Хранитель моста…
— Кто такой Хранитель моста? — спросила я.
— Тот, кто умеет работать с переходами. Маг, который специализируется на портальной магии. Судя по тексту — он с той стороны. Той, куда ведёт портал.
— То есть там кто-то есть? В том мире?
— Скорее всего. Пророчество не называет имён, но структура ясна: врата держатся на двух опорах. Одна — здесь. Это ты. Вторая — там. Это он. Без него портал никогда не будет полностью стабильным.
Я откинулась в кресле. В голове крутились мысли. Портал — это мост. Я — опора с этой стороны. Где-то в неизвестном мире есть человек, который должен стать второй опорой. И он, скорее всего, даже не знает о нашем существовании.
— И что нам делать? — спросила я. — Ждать, пока он объявится?
Дамиан чуть улыбнулся — уголком губ.
— Для начала — научимся открывать дверь. Чтобы ему было куда стучаться.
Он отложил свиток и посмотрел на меня тем самым взглядом — не ректорским, не ледяным. Взглядом человека, который долго ждал, а теперь готов действовать.
— Ты готова?
Я вспомнила первый раз, когда спускалась в подвал. Это было давно — или казалось, что давно. Я была напугана, растеряна, держала в одной руке светильник, а другой вцепилась в рукав Кевина. Лили шла рядом, Огурчик в горшке подозрительно принюхивался к двери. Мы не знали, что там. Мы не знали, чем это закончится. Я открыла дверь случайно. Просто положила ладонь на руны — и они отозвались.
Теперь всё иначе. Теперь я знаю, что в подвале. И я иду туда не с ужасом, а с мужчиной, который протягивает мне руку.
— Готова, — сказала я.
Он протянул ладонь. Я вложила свою — тёплую, чуть влажную от волнения. Он сжал её.
— Тогда идём.
И мы вышли из кабинета. Не как ректор и студентка. Не как лорд и попаданка. Как двое, которые собираются открыть дверь в неизвестный мир. Вместе.
Мы вышли из кабинета, и почти сразу я почувствовала разницу.
Дамиан шагал рядом — не впереди, как ректор, и не позади, как страж. Рядом. Плечо к плечу. И в этом было что-то новое. Не просто «я тебя сопровождаю». Скорее — «мы идём вместе». От этого внутри разливалось странное, непривычное чувство. Я даже не сразу поняла, что улыбаюсь.
Факелы на стенах вели себя иначе, чем обычно. Обычно они просто горели — потрескивали, чихали искрами, иногда пытались подпалить мне волосы, если я проходила слишком близко. Но сейчас, когда мимо шёл Дамиан, они приглушали огонь. Серьёзно. Не гасли — а именно приглушали, как будто кланялись. Пламя становилось ниже, мягче, и в его колыхании мне чудилось что-то почтительное.
— Они тебя боятся? — спросила я, кивая на ближайший факел, который только что сжался до размеров свечки.
— Уважают, — поправил Дамиан. — Я их подпитываю. Это низшие огненные духи. Они чувствуют источник силы. Сейчас этот источник — я. А скоро, — он бросил на меня короткий взгляд, — будешь ты.
Я не нашлась, что ответить. Мысль о том, что факелы будут кланяться мне, казалась абсурдной. Но, с другой стороны, неделю назад абсурдной казалась мысль о том, что я буду идти по магическому институту с ректором, который только что назвал меня своей спутницей перед Верховным Ковеном. Так что, возможно, я просто привыкала к абсурду. Или он ко мне.
Мы свернули в боковой коридор. Здесь было темнее, факелы горели реже, а воздух стал прохладнее. Я узнала этот путь. Тот самый, которым мы шли в первый раз — когда я держала в руке светильник, а за моей спиной скрипел тапками Кевин.