Страница 20 из 76
Мы стояли посреди старого магического кладбища. Покосившиеся надгробия, покрытые мхом и лишайником, торчали из земли, как гнилые зубы. Каменные склепы, увитые плющом, темнели в глубине. Туман стелился по земле, цепляясь за покосившиеся кресты и старые статуи плакальщиц. Было тихо — так тихо, что я слышала собственное дыхание. И где-то в этой тишине, под землёй, что-то едва слышно шевелилось.
— Это кладбище магов, — произнёс Дамиан, и его голос прозвучал буднично, как на лекции. — Здесь похоронены те, чьи души не упокоились. По ночам они поднимаются. Сейчас день, но магический фон здесь настолько силён, что даже в светлое время суток можно встретить пару-тройку скелетов или зомби.
Он обернулся ко мне. Всё с той же умопомрачительной улыбкой.
— Поэтому сегодня ты будешь учиться защищаться. Я активирую защитный круг. Ты находишься внутри и отбиваешься от всего, что попытается войти. Я рядом. Но не вмешиваюсь. Если только не возникнет реальной угрозы.
Я смотрела на него. На его улыбку. На его спокойное, довольное лицо. На этот чёртов плащ, который сидел на нём идеально даже посреди кладбища.
— Дамиан, — медленно произнесла я. — Ты вообще знаешь хоть что-то о романтике?
— Конечно, — ответил он, и в его серебряных глазах мелькнул опасный огонёк. — Смотри.
Он чуть кивнул куда-то за мою спину. Я обернулась.
Из-за ближайшего надгробия, пошатываясь, поднимался скелет. Старый, в полуистлевшей мантии, с землёй, застрявшей между рёбер. В костяной руке он держал цветок. Ромашку. Полудохлую, с обвисшими лепестками и кривым стеблем — видимо, сорвал где-то по дороге. Скелет сделал шаг ко мне, протягивая цветок.
Я закричала.
Не закричала — взвизгнула. Отскочила в сторону, едва не споткнувшись о надгробную плиту, и бросилась бежать. Скелет, кажется, удивился — насколько скелет может удивляться, — и побрёл за мной, всё ещё держа ромашку в вытянутой руке.
— Дамиан! — заорала я, уворачиваясь от второго надгробия. — Убери его! Убери!
Дамиан не убирал. Он стоял в стороне, скрестив руки на груди, и смеялся. Не ледяным смехом, не сдержанным. Он смеялся так, будто это было лучшее свидание в его жизни. И я бы, наверное, запустила в него чем-нибудь тяжёлым, если бы не уворачивалась от скелета.
Скелет с ромашкой всё ещё брёл за мной, но я уже не убегала — я пыталась вспомнить хоть что-то из тренировок Лиары. Щит. Мне нужен был щит. Я выбросила руку вперёд, представляя каменную стену.
Ничего. Даже слабого фиолетового свечения. Магия не откликалась. После истощения, после покушения, после трёх дней без сознания — она всё ещё спала.
— Дамиан! — крикнула я, отступая за покосившееся надгробие.
Он стоял в стороне, скрестив руки на груди.
— Я сказал — не вмешиваюсь.
— Ты серьёзно?!
— Абсолютно.
Скелет тем временем отбросил ромашку (кажется, она ему надоела) и двинулся на меня уже целенаправленно. Костяные пальцы сжались в кулак. В пустых глазницах горел тусклый зеленоватый огонь — тот самый, что бывает у нежити, когда она чувствует живую плоть.
Я попятилась. Нога зацепилась за корень. Я споткнулась и рухнула на землю, больно ударившись локтем о камень. Скелет наступал. Медленно, неумолимо. В его пустых глазницах мне чудилось что-то вроде удовлетворения.
Я шарила рукой по земле, пытаясь найти хоть что-то. Пальцы сомкнулись на холодном булыжнике — старом, замшелом, размером с хорошее яблоко. Не думая, на чистом инстинкте, я размахнулась и швырнула его в скелета.
Камень ударил его в плечо. Раздался хруст — кость треснула, и скелет, потеряв равновесие, рухнул на землю. Через секунду он рассыпался грудой костей, и зеленоватый огонь в глазницах погас.
Я сидела на земле, тяжело дыша, и смотрела на то, что осталось от моего первого противника. Руки дрожали. Локоть саднил. Но я... я справилась.
— Я попала? — выдохнула я. — В голову?!
— В плечо, — раздался голос Дамиана. Он стоял всё там же, но теперь на его губах играла та самая усмешка. — Но для первого раза неплохо.
— В плечо?!
— Боевой маг должен целиться в голову, — добавил он. — Но я засчитаю. Ты только что сдала свой первый экзамен по некромантии. С опозданием, но сдала.
Я всё ещё сидела на земле, переводя дыхание. Скелет лежал передо мной грудой костей. Ромашка — та самая, полудохлая — валялась рядом. И где-то глубоко внутри, под слоем страха и адреналина, зарождалось странное, неожиданное чувство.
Гордость. Я только что уложила скелета. Камнем. Без магии.
— Я попала, — прошептала я.
— В плечо, — напомнил Дамиан.
— Но попала.
Он улыбнулся.
— Да. Попала.
Я поднялась с земли, отряхнула тунику и посмотрела на груду костей, которая только что была моим первым противником. Потом перевела взгляд на Дамиана.
— Знаешь, — сказала я, всё ещё тяжело дыша, — я вот думаю. Зачем мы на некромантии пытаемся поднимать камни? Это же скучно. Швыряться ими в скелетов — вот это веселье. Может, Вейлу стоит пересмотреть учебную программу?
Дамиан не ответил. Он просто смотрел на меня, и его улыбка становилась всё шире. И всё опаснее.
— Что? — напряглась я.
Он кивнул куда-то в сторону.
Я медленно повернулась.
Из-за старого склепа, пошатываясь, выходил второй скелет. А за ним — третий. Оба были крупнее первого. У одного не хватало челюсти, зато в руке он держал что-то, отдалённо напоминающее боевой топор. У второго в глазницах горел не зелёный, а красный огонь — это был не просто скелет, это был зомби. Полуразложившийся, с лоскутами кожи на костях и тяжёлой, шаркающей походкой.
— Дамиан, — прошептала я.
— Да?
— Их двое.
— Я вижу.
— Ты не вмешаешься?
— Нет.
— Даже если...
— Даже если.
Я глубоко вздохнула. А потом бросилась бежать.
Скелет с топором двинулся за мной. Зомби — за ним. Я петляла между надгробиями, пытаясь оторваться, но они не отставали. Щит я пыталась поставить на бегу — безуспешно. Магия всё ещё спала.
— Я только к Джонатану привыкла! — заорала я, уворачиваясь от топора, который врезался в надгробие рядом со мной. — Дамиан, пощади!
Дамиан не пощадил. Он стоял в стороне и наблюдал.
Я метнулась влево. Скелет с топором попытался последовать за мной, но зацепился ногой за корень и рухнул в кусты, запутавшись в ветках. Он задёргался, пытаясь выбраться, но кусты держали крепко.
— Один готов! — выкрикнула я, не веря своему счастью.