Свидание со смертью

Клаксоны снова взвыли, когда ничего не подозревающие водители шарахались в стороны, освобождая дорогу.

— И в чем тут улучшение ситуации? — спросила я, пока он переключал скорость на повышенную, вдавливая педаль газа в пол. Когда нас резко рвануло вперед, меня вжало в спинку кресла, за боковины которого я вцепилась мертвой хваткой, вгоняя ногти в обивку.

— Я открыт для конструктивной критики, — процедил он сквозь зубы, пока мы мчались вперед, едва не переходя на сверхзвуковую.

— На Уимберли был путепровод, под которым эта штука не пролезет!

— Сказал бы кто раньше!

— Ну… у тебя случайно нет чего-нибудь вроде… гранатомета?

— Я тебе не Бэтмен, — огрызнулся он.

— У вас есть кое-что общее, — заметила я.

Он кивнул костлявым большим пальцем в сторону зеркала заднего вида.

— Эта штука разве не для детей?

— Администрация давно обязана купить новую, — заговорила я громче, чтобы перекричать рев мотора, пока мы перестраивались на левую полосу, — но они не слушают. Даже когда она в ударе, эта жестянка — смертельная ловушка. К тому же это полная развалюха, которая старше египетских пирамид. — Я оторвала руки от сиденья, чтобы начать загибать дрожащие пальцы. — Ни печки, ни кондиционера, а прошлой летом я вообще снесла ступеньки, когда слишком резко повернула. Верите или нет, но выговор за это объявили именно мне, хотя забыл убрать их Трэвор!

— К чему ты клонишь? — потребовал он ответа, когда фары автобуса вновь ослепительно вспыхнули позади нас, заливая всё вокруг режущим глаза белым светом.

— К тому, что на данном этапе это чудовище пора пустить в расход.

— Чего?

Я тяжело вздохнула.

— Мне твердят, что новый автобус не заложен в бюджет, но при этом они покупают пачку телескопов для нового филиала на фешенебельном восточном конце города, так что я знаю — они врут. Дети заслуживают гораздо лучшего, и я просто говорю, что если бы ты ее сжег, даю голову на отсечение, к началу летнего чтения у нас появилась бы новая. И я бы вовсе не расстроилась. И не злилась. Если бы… у тебя был гранатомет. Но его нет. Так что тема закрыта.

Он замолчал и на какое-то время просто помчался дальше по межштатной магистрали, словно я не сказала ничего полезного. А может, и правда не сказала, раз уж он, как сам выразился, не Бэтмен.

— У него вообще-то есть ручной тормоз, — подсказала я.

— Где?

— Эм. Между водительским и передним пассажирским сиденьями есть рычаг на полу. Его нужно просто потянуть вверх. Но чтобы задействовать его, кому-то придется…

Он перехватил мою левую руку своей костлявой хваткой и положил ее прямо на руль.

— Ты что делаешь?! — взвизгнула я.

Он не ответил, а просто растворился в клубах дыма, оставив меня нестись по шоссе в полном одиночестве — судя по всему, чтобы разобраться с Гусом-Автобусом.

— Я сейчас умру, я умру! — завизжала я, изо всех сил стараясь удерживать руль так, чтобы не вылететь за пунктирную белую линию, не съехать на обочину и лететь вперед ровно до самого утра.

Позади заскрежетали шины — автобуса и еще парочки машин. Просигналил дальнобойщик на фуре, и я тут же поддержала его собственным криком.

И тут, как только я успела расстегнуть ремень и перебросить колено на водительское сиденье, мой закутанный в капюшон водитель материализовался вновь в круговороте дыма. Его руки перехватили управление, а туманные щупальца аккуратно водворили меня обратно на пассажирское кресло и защелкнули ремень безопасности.

— Точно, — всхлипнула я. — Ремень.

— Я всё уладил, — буркнул он.

О боже мой.

Мне определенно не стоило сейчас шумно дышать.

Сглотнув вязкую слюну, я отвела от него взгляд и уставилась на темную, бешеную ленту дороги.

— Что произошло? — Я бросила быстрый взгляд назад, на автобус, который он умудрился затормозить, припарковать на обочине и, судя по всему, вывести из строя.

— Нажал на тормоз, дернул ручник, отключил аккумулятор. Там везде книги.

— Значит, он еще поживет, — пробормотала я, не до конца понимая, что чувствую по этому поводу. У меня связаны с Гусом теплые воспоминания, пусть библиотеке и пора бы его сменить. Но как я могла простить ему убийство Дейзи, моего «Жука»?

Господи. Точно. У меня больше не было машины. После встречи с Очень Голодным Книгомобилем мой «Жук» наверняка не подлежал восстановлению.

Но, пожалуй, сейчас у меня были проблемы покруче разбитой машины, верно?

— Кто это был? — спросила я его. — Тот белокурый мужчина. Он вернулся, но я же видела, как ты его убил.

— Он не может умереть.

Погодите-ка, что?

— То есть он зомби?

— Вроде того.

Бесячий ответ, который не дал мне ни малейшего понимания насчет этого повторяющегося кошмара, захватившего всю мою жизнь с момента нашей встречи. Мою потенциально очень короткую жизнь…

— Какое всё это имеет ко мне отношение? — возмутилась я, чувствуя, как нервы наконец сдают, а паника по поводу собственной судьбы накрывает с головой. — Какое отношение всё это имеет ко мне?

— О, блядь, прекрати, — проворчал он, но прежде чем я успела открыть рот и отчитать его за грубость, вспышки красно-синих огней и завывание сирены подтвердили, на какую именно его мысль я так бурно отреагировала.

Хотя я уже приготовилась к новой погоне на бешеной скорости, он на самом деле начал сбавлять ход.

— Ты что, прижимаешься к обочине? — удивилась я. И как это вообще должно было сработать?

— Предоставь говорить мне, — бросил он так, будто уже бывал в подобных ситуациях и прекрасно знал правила игры. Будто он не был ходячим говорящим скелетом, завернутым в смертоносные дымные мантии.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — Я снова глянула в зеркало заднего вида, щурясь от вращающихся сине-красных проблесковых маячков патрульной машины, которая нас тормозила.

— Ни слова, — приказал Смерть, переключая коробку передач на парковку, заглушая двигатель и опуская свое стекло.