Шёпот Трясинного царства

Глава 28

Следующим утром, когда все отдохнули, пора было отправляться в путь на встречу с гриндилоу.

Соломон вышел на крыльцо, за ним и остальные. На лестнице сидела Айви и вышивала платок. У неё это здорово получалось – Артриша хорошо обучила свою дочь шитью. Рядом у перил лежал тряпичный кролик, которого он носил все эти годы. Одновременно надежда и ужасное напоминание о случившемся.

Он отбросил противные мысли и улыбнулся дочери:

– Не скучай, я скоро вернусь, – сказал он и махнул рукой. Девочка в ответ коротко кивнула, не отрываясь от шитья. За её уверенной работой с ниткой и иглой внимательно наблюдала Селиция – она сидела рядом, высунув кончик языка, и с усердием пыталась повторить, но на её платке цветы получались слишком кривыми.

Когда вся компания покинула поместье, Соломон смог наконец расслабиться. Айви теперь в безопасности, а впереди ждёт интересная встреча и эксперимент. Раньше воскрешение было для него табу, но после перенесённых унижений у Богумила, после гибели жены и похищения дочери, эта идея теперь не казалась такой чудовищной.

К полудню они были на месте. Пройдя сквозь еловый лес и гнилые топи, они остановились у болотной воды, затянутой грязной тиной, и стали ждать.

Но почти сразу же из воды высунулась плоская голова с растопыренными гребнями, а рядом с ней поднялось множество острых рыбьих пастей, сухо потрескивающих зубами – рыбоклювы. Всё так, как описано в старых записях Ильдара.

Гриндилоу взмахнул щупальцами и твари вокруг умолкли, а сам он скользнул вперёд по грязной воде и вышел на топкий берег.

– Новый гость, – чудище приблизилось к Соломону и втянуло воздух узкими ноздрями, – или моя еда?

– Сначала завершим нашу сделку, – вмешался Ангал и вытащил из-под плаща сияющий камень.

Гриндилоу наклонил голову на бок, озарив путников зубастой улыбкой.

– Как же я долго ждал, – нетерпеливо прошипел он. – Скорее, давай его сюда.

– Не торопись, – сказал Ангал. – Мы договорились на обмен. Отдай камень с душой мальчику.

Гриндилоу фыркнул и сорвал с мокрой шеи ожерелье, обдав гостей брызгами, протянул Бертраму. Мальчик подхватил его за кожаный ремешок, не касаясь камня, и быстро отступил назад.

– Теперь забирай.

Чудище метнуло холодное щупальце и ловко выхватило камень из рук старика, поднеся к раскрытой пасти. Длинный сизый язык лизнул его поверхность, и зелёная вспышка озарила путников.

В этот миг громадная голова резко дёрнулась и застыла, щупальца напряглись в неестественных изгибах и зарылись в грязь, а тело просто согнулось и прильнуло к земле. Чудище часто задышало.

От этих влажных судорожных вздохов Соломону стало неловко, и он отвернулся в сторону.

– А-ах, хорошо-о, – наконец выдохнул гриндилоу и медленно вытянулся во весь рост. – Блаженство. Сладкое как сок матери.

Теперь вперёд вышел Кесс.

– Давай поговорим о воскрешении. Я хочу вернуть сестру, и этот человек мне поможет, – он кивнул на Соломона.

– Ты принёс кровь?

– Ещё нет. Но этот человек должен участвовать, он учёный и знает, как провести ритуал правильно.

«Процедуру» – мысленно поправил Соломон, но не стал вмешиваться, а лишь ухмыльнулся.

Гриндилоу хитро прищурился.

– И ты мне дашь за это камень? – прошипел он.

– Мы так и договорились, – пожал плечами Кесс.

– Ха-а, договорились с тобой. Без него, – он ткнул щупальцем в Соломона. – Теперь вас двое. Теперь и цена выше. Два камня.

– Ты меняешь условия, – возмутился моюм. – Так не пойдёт.

Гриндилоу потряс пустым камнем, другим щупальцем указал на мальчика, а третьим ткнул в грудь Кесса.

– Три-и, – прошипел он. – У нас три камня. Я хочу получить все. Такова моя цена, если хочешь, чтобы он помогал. Отдайте мне остальные два, или получишь мёртвую сестру.

«Вот хитрый гад» – ухмыльнулся Соломон.

– Ладно. По рукам.

– Рукам? – улыбнулся гриндилоу.

– Не бери в голову, – отрезал Кесс и повернулся к Бертраму. – Отдашь ему пустой камень, когда разберёшься с отцом.

– Хорошо.

– А как я буду уверен, что ты вернёшь камень, мальчишка? – зашипело чудище. – А не заберёшь себе?

– Я отдам тебе мой меч на сохранение, – ответил Бертрам. – А потом обменяю на камень.

– Сделка?

– Да, сделка.

На этот раз Соломон не сдержался и рассмеялся.

– Всё так, как писал Ильдар в своих книгах. Гриндилоу – любитель договориться, – с усмешкой сказал мужчина. – Прямо сделка на сделке.

– Что ещё за книги? – оскалил зубы гриндилоу.

– Ничего, – махнул Соломон рукой. – Продолжайте.

Чудище гневно фыркнуло, сузив жёлтые глаза, и не отрывало взгляда от Соломона. Потом наконец повернуло голову к мальчику.

– Давай свой меч.

Бертрам снял с пояса новенькие ножны и протянул гриндилоу.

– Это моя награда. Очень важная, я обязательно за ним вернусь.

Гриндилоу обвил меч щупальцем, разинул пасть и просунул оружие прямо себе в глотку.

– Фу, мерзость, – выпалил мальчик.

Назад он уже вытащил дрожащий склизкий пузырь и швырнул в воду, тот плюхнулся на поверхность и поплыл.

– Он внутри, – сказал гриндилоу. – Ничего не случится. Верну, как только получу твой камень.

Бертрам кивнул, провожая взглядом слизистый пузырь, колыхающийся на поверхности болота. Один рыбоклюв стукнул его, и пузырь отлетел в сторону, потом второй и третий присоединились к игре, отбивая его друг другу.

– Не трогать! – резко обернулся к ним гриндилоу, и рыбоклювы прекратили возню. Пузырь застыл на воде, и сквозь его грязную плёнку смутно темнели ножны.

– Теперь мы договорились, – сказал Кесс. – Я принесу кровь и душу. Ты сделаешь тело, а этот человек сделает остальное.

– Договорились, – ответил гриндилоу, отмахиваясь щупальцем. – Теперь уходите, если всё сказано.

– Я поспешу к отцу, – нетерпеливо выпалил Бертрам, держа в руках гнилое ожерелье. – Дядя Ангал, ты со мной?

– Конечно.

– А я иду к себе в деревню, найду бинты Лисвер. Там должна быть кровь, – сказал Кесс.

Путники развернулись, но Соломон на миг задержался.

– А я останусь здесь, – сказал он. – Хочу задать парочку-другую вопросов тебе, болотный владыка.

– Владыка? – замер гриндилоу, озираясь.

– Ты правишь болотом, значит, ты его владыка.

– Я ничем не правлю, – фыркнуло чудище и дёрнуло щупальцем. – Уходите уже. Все.