Страница 34 из 76
Глава 14
Утро выдалось прохладное. Кесс проснулся в лесу, когда солнце уже пробивалось сквозь сосны, дубы и осины. Еще вчера он сошёл с тракта и устроил лежанку среди зарослей – подальше от дороги. Сейчас он сидел на поваленном стволе, жевал остатки колбасы и разглядывал платок, который сунула ему Селиция той ночью в саду. Светлый шёлк, вышитая огненная птица. Она напомнила ему существо из сказок, которые читала Лисвер, но не мог вспомнить названия.
В траве зашуршало. Кесс положил руку на меч, но не вытащил – звук был слишком лёгкий.
Из высокой травы выпрыгнули три маленьких существа и бесшумно приземлились на трухлявый пень. Жабы. Они стояли вертикально, как люди, ростом не больше его ладони. Круглые брюшки, обтянутые влажной, бугорчатой кожей, тяжело вздымались и опадали. Задние лапы – толстые, мускулистые, как у заправских прыгунов – держали их устойчиво, а передние, с длинными цепкими пальцами, сжимали крохотное оружие. Из стали и отполированных костей – всё это сверкало в утреннем свете остротой, не хуже настоящего.
Главный стоял впереди. На голове у него болтался смешной хохолок из сухой травинки, зачем-то приклееный на лоб. Грудь украшало ожерелье из кусочка янтаря с маленьким жуком внутри
Он был чуть шире в плечах, чем остальные, и смотрел на Кесса без тени страха – только прищуривал огромные глаза с горизонтальными зрачками.
– Жабы с оружием? – Кесс удивлённо наклонился, чтобы рассмотреть получше.
– Я – Гракк, – проскрипело существо, державшее в перепончатой лапе крохотный меч. Лезвие поблёскивало – таким и палец порезать можно, если коснуться. – А это Буль и Хрум.
Трое маленьких бойцов поклонились и встали, выпрямив бугристые спины. Буль был толще и держал копьё, похожее на длинную иглу. Хрум – тощий, с мечом, кривым, как серп, и всё время косился куда-то в сторону.
– И? – буркнул Кесс. Его бровь дрогнула. – От меня-то чего хотите?
– Мы ищем воина, который сможет одолеть медведя, охваченного осенней лихорадкой, – отрапортовал Гракк. – Зверь явился в нашу деревню, сожрал все припасы и ещё нами командует.
– Медведя? – Кесс хохотнул. – И как же я его одолею? Заборю своим костылём?
Но жабы не смутились. Гракк серьёзно осмотрел моюма с головы до ног.
– У тебя есть меч. Твои раны говорят, что ты бывал в боях, и ты выжил, – проговорил жаб. – Ты – воин. Поэтому выбор пал на тебя.
Кесс хмуро осмотрел их. Существа непоколебимо стояли, ожидая ответа.
– Нет, – серьёзно ответил моюм. – Не моё это дело. У меня свои заботы. Но не унывайте, по тракту частенько бродят наёмники, там за деревьями. Авось, кого и встретите.
Кесс отвернулся, снова присел, опершись спиной о пень, вернул всё внимание к платку. Стал разглядывать вышитую огненную птицу сквозь свет, пытаясь найти тайные знаки.
– Важный для тебя предмет? – осведомился Гракк, стоя над головой на пне. – Может, комплимент от дамы?
– Уходите, – рявкнул Кесс. – Это тебя не касается…
Не успел он договорить, как Гракк прыгнул, выдернул платок из рук Кесса и скрылся в траве. Буль и Хрум последовали за ним.
– Да чтоб вас! – моюм подскочил и вытащил меч. Взмахнул, срубив верхушки травы.
Жабы метались в зарослях, выпрыгивали и ныряли обратно. Крутились зигзагами, путали взгляд. Кесс лихорадочно двигал кошачьими глазами, пытаясь уследить за платком. Он то появлялся в глубине травы, то исчезал снова. Его дразнили.
– Догони и забери, – послышался глухой голос из зарослей.
– Ну я вас! – Кесс рванул за ними, выплёвывая ругательства.
Жабы завели его глубже в лес. Они прыгали между деревьев, резво пронзали кустарники, пока Кесс в них застревал. Порою они перед самым его носом метались в сторону и кружили вокруг.
– А вот и не догонишь, – дразнили жабы.
Кесс ломился через кусты, цепляясь плащом за ветки и проклиная тот день, когда свернул с тракта. Протез то и дело проваливался в мягкий мох, и каждый шаг приходилось выдирать с усилием.
Жабы петляли, ныряли в папоротники, выскакивали с другой стороны и снова исчезали. Платок мелькал в зелени светлым пятном – то тут, то там, будто мотылёк, который никак не поймать.
– Да стойте вы, мелюзга поганая! – рявкнул Кесс, рубанув мечом по пустому месту.
– А мы и не мелюзга! – донеслось из-за ближайшего куста. – Мы воины! Мы Гракка клан! А ты просто толстый мохнатый!
– Я вам покажу толстого!..
Кесс рванул вперёд, проломился сквозь орешник и вдруг вылетел на открытое место. Кусты кончились, лес расступился, и он оказался на краю небольшой поляны.
Земля здесь была мягкой, сырой. Между корнями старых деревьев темнели лужи, кое-где виднелись глубокие ямы, наполненные стоячей водой.
А дальше – то, что осталось от деревни.
Несколько покосившихся шалашей, сложенных из коры и мха, были раздавлены, будто по ним прошлось нечто огромное. Крыши проломлены, стены разворочены. Вокруг валялись обломки – крошечные мисочки, черепки, рассыпанная крупа, похожая на маковые зёрна. А по всей поляне, там и сям, темнели на траве маленькие неподвижные тушки. Жабы.
Буль и Хрум сидели на поваленном стволе, тяжело дыша после долгой гонки. Гракк стоял на крыльце раздавленного шалаша, держа в руке платок. Но теперь он не дразнился – просто смотрел на Кесса, и в его глазах не было прежней озорной наглости.
– Вот, – тихо сказал он. – Смотри, воин. Это наш дом.
Кесс замер. Меч в его руке опустился.
Он медленно обвёл взглядом поляну. Присмотрелся к маленьким тельцам – они лежали в разных позах, кто с оружием в лапах, кто без. Некоторые были буквально раздавлены. От одного вообще осталось только мокрое пятно на траве.
– Что здесь случилось? – спросил он уже без злости.
Гракк спрыгнул с крыльца, подошёл ближе. Протянул платок, но Кесс не взял – смотрел на разорённую деревню.
– Медведь, – сказал жаб. Голос его больше не скрипел – он звучал глухо и устало. – Пришёл со стороны реки два дня назад. Мокрый и злой. Сначала просто шатался по лесу, рычал, сдирал кору. Мы затаились, думали – пройдёт мимо.
Буль всхлипнул. Хрум отвернулся, уткнулся мордой в лапу.
– Он ворвался ночью, – продолжал Гракк. – Мы даже не поняли сначала. Просто… хруст. Крики. А потом он уже был тут. Топтал, ломал, жрал. Наших воинов – вон тех, – он кивнул на разбросанные тельца, – он просто размазал по земле. Как комаров.
Кесс молчал. Сжимал и разжимал пальцы на рукояти меча.