Страница 24 из 56
Не сказать, что мне было все равно. Тревожно, конечно, но я держалась.
Еще я слышала перешептывания за своей спиной – о том, как сильно ошиблась администрация, дав повышенную стипендию мне, а не тому, кто на самом деле ее заслужил, – и в очередной раз почувствовала себя самозванкой.
Но я ею и была, и это непременно откроется на первом же занятии по физической и боевой подготовке.
- Что ты там бормочешь? – спросила у меня Вендис, поправляя воротничок формы, пока я, развесив в шкафу захваченные из дома вещи, натягивала тунику, штаны и сапоги для первого урока на стадионе.
- Ничего особенного, – отозвалась я, хотя только что негромко произнесла: «Прошло уже сорок минут от первого учебного дня, а меня пока еще никто не прикопал под кустом».
Но уже скоро все должно было измениться.
А если я случайно выживу во время физического занятия, затем у первого курса будут два теоретических урока по предметам, которые не укладывались у меня в голове, а в конце учебного дня – практическая Темная магия.
- Мне по-любому конец, – сообщила я зеркалу, в котором отражалось мое бледное лицо. – Тогда почему бы не украсить себя бантиками? Хотя бы в могилке буду лежать нарядная.
И я это сделала – завязала в волосы целых два розовых банта, на что Вендис поморгала, а затем растерянно поинтересовалась, хочули я пойти на физическую подготовку именно в таком виде.
Я была уверена лишь в том, что в этой академии я могу делать что угодно. Правда, недолго.
Поэтому кивнула, сказав, что у меня самый правильный вид для спортивных занятий на стадионе.
Немного подумав, соседка заявила, что у каждого свои странности, но моя кажется ей милой. После чего пригласила меня во время обеденного перерыва прийти на центральный плац, где третьекурсники в торжественной обстановке получат себе «кураторов» из студентов с последнего курса.
Она все еще надеялась на благосклонность судьбы и на то, что ей выпадет именно Шейнар Корвин.
- Если я еще буду жива, – сказала ей, – то, конечно же, приду.
- Да что с тобой может случиться! – произнесла напоследок Вендис, после чего заняла мое место рядом с зеркалом, тогда как я потащилась на стадион.
По дороге решила, что мое уныние не вяжется с жизнерадостными розовыми лентами и сооруженными из них бантами, поэтому выдавила из себя улыбку и зашагала быстрее.
Вендис ошибалась – случиться со мной могло что угодно, и я поняла это сразу же, стоило нашему курсу собраться, а затем выстроиться перед лицом огромного, не побоюсь этого слова, преподавателя, комплекцией вполне способного поспорить с билетером из бойцовского клуба.
Возможно, магистр Грум подрабатывал вышибалой в похожих местах, я этого не знала, но мне показалось, что сейчас он будет вышибать дух уже из нас. Покажет первому курсу факультета Теней, что жизнь – это боль и страдания, потому что задание он нам выдал соответствующее.
- Десять кругов по стадиону, – громогласно возвестил магистр Грум. – Девушкам – восемь, – смилостивился он. – Затем пройдете полосу препятствий, после чего разобьетесь по парам, и я посмотрю, способны ли вы держать в руках оружие.
- Если мы еще будем на что-либо способны после кросса и препятствий, – пробормотала я, но стоявшие рядом со мной однокурсницы услышали и не удержались от смешков.
Магистр Грум повернул голову и уставился на… мои бантики. Моргнул, затем приказал:
- Вперед! Бегом марш!
И мы побежали.
Парни рванули изо всех сил, моментально опередив девушек, которых вместе со мной было четверо.
Довольно высокомерная парочка, что воротила от меня носы в нашем общежитии, а на стадионе делала вид, что меня не существует в природе, припустила на большой скорости. Но однокурсников им явно было не догнать – те бежали со всей дури, похоже, рисуясь друг перед другом.
Аленора – та, кто предлагала мне жить с ней в одной комнате, – размеренно трусила следом за ними. Я же, взвесив возможность того, что я продержусь все восемь кругов, и найдя ее довольно сомнительной, бежала последней.
Вернее, почти последней, потому что со мной поравнялся Гордон Хейл и принялся рассказывать, что я все делаю правильно. Сперва, на первых метрах дистанции, нужно придержать дыхание, дав телу войти в ритм, так что спешить мне некуда. Зато на середине дистанции можно и ускориться, а когда закончатся силы – на финальном отрезке, – то уже просто дотерпеть.
- Зачем ты это делаешь? Зачем мне помогаешь? – спросила у него, внезапно обнаружив, что мне вовсе не хочется остановиться и отдышаться. Либо прилечь где-нибудь на травке, пытаясь не умереть после первой же сотни метров кросса.
Наоборот, тело словно радовалось нагрузке. Рвалось вперед, и я едва сдерживалась, чтобы не прибавить ходу, потому что Гордон бежал медленно даже по моим меркам.
Но, наверное, он решил, что для Лири Астер в самый раз.
- Потому что в столовой и в общежитии делают ставки на то, что ты не переживешь этот день. Они уверены, что ты либо сбежишь из академии, либо тебя отсюда вышибут на первом же занятии. Вот, смотри, даже декан явился на тебя посмотреть.
Я посмотрела – увидела, как неподалеку распахнулся ало-черный портал и из него вышел Диего Веласкес. Встал чуть в стороне, чтобы не мешать первому курсу бегать по стадиону, после чего повернул голову в нашу с Гордоном сторону.
- Погоди, – выдохнула я, когда до меня дошло, о чем говорит мой однокурсник. – Какие еще ставки?!
- Разные, – «обрадовал» он меня. – Я, например, поставил на то, что ты продержишься весь этот день.
- Ну надо же, как смело с твоей стороны! – не удержалась я от сарказма.
- Вообще-то, я поставил на то, что тебя сразу же переведут на третий курс, как и меня. Причем большую сумму, – вот что ответил мне Гордон.
После чего сверкнул темными глазами – да, мне показалось, в них словно промелькнули яркие искры, – и прибавил ходу, принявшись догонять парней.
А я стала думать над его словами.
Не заметила, как догнала, а потом и обогнала Аленору. На ходу крикнула ей: «Не отставай!», на что она сдавленным голосом посоветовала мне катиться к демонам в ад.
Вместо этого я принялась догонять двух других девиц, силясь вспомнить их имена, а еще то, что слышала в день своего поступления.
Ну да, сразу после того, как пришла в себя после амнезии.
Кажется, кто-то говорил, что если я покажу такие же выдающиеся результаты, как на вступительных экзаменах, то меня могут перевести на курс выше. Или даже на целых два.