Страница 6 из 76
Почему здесь так мало адептов высокого ранга, если система сама предоставляет путь?
Ответ, как всегда, прост.
Потому что никто не знает.
Потому что нет ядер.
Потому что каждое ядро — кровь, смерть, бой.
А те, у кого есть — держат их при себе. И боятся, что сильный станет свободным.
Я посмотрел на спящих.
Два мальчишки. Пробуждённые. Сильные. Но живущие как крысёнки под плинтусом. Потому что система держит их в нищете. Не силой, а незнанием.
Я провёл пальцем по пространственному кольцу.
Внутри — достаточно, чтобы изменить судьбу десятков, сотен… тысяч.
Но готов ли я начать?
Или, может, стоит сначала посмотреть, как они себя поведут?
Я не знал. Но чувствовал — решение придётся принять скоро.
Утро пришло тусклым, неохотным. Сквозь выбитое окно сочился мутный свет, принося с собой запах гари и сырости. Где-то внизу кто-то уже ругался — видимо, пытался завести генератор. Мир просыпался… если это вообще можно было назвать жизнью.
Я сидел у стены и ждал, пока они откроют глаза.
Первым проснулся Илья. Заморгал, с трудом отлепляя веки, и сел, потирая лицо. Затем Саша. Оба выглядели так, будто спали не на матрасе, а под гусеницами танка.
— Утро, — бросил я.
— Мхг… — буркнул Саша. — Уже?
— Уже.
Я встал и подошёл к ним.
— У меня есть идея, — начал я спокойно. — Сходим поохотиться.
Илья замер, не поняв.
— Куда?
— На тварей, — пояснил я. — За пределами зоны. Мне нужно… проверить кое-что. Вам — тоже не повредит. Может, получится что-то добыть. Опыт, материалы. Возможно — ядро.
Саша поднял бровь.
— Ты серьёзно хочешь взять нас?
— Почему бы и нет?
— Ну… — он пожал плечами. — Ты вчера в одиночку вырезал целую стаю. А мы… — он покосился на Илью. — Мы максимум можем держать фонарик и молиться, чтобы он не сел.
— Ты же видел, — добавил Илья. — Мы не бойцы. Мы даже не начали свой путь. У нас нет оружия. Нет навыков. Мы тебе не нужны.
Я посмотрел на них спокойно. Долго.
— Вы ошибаетесь.
Их реакция была мгновенной: оба замерли.
— То, что вы сейчас никто, — не значит, что так будет всегда. Я умею видеть потенциал. И вы — не пустое место. У вас есть структура. Есть то, чего нет у большинства. И если вы хотите начать жить, а не просто выживать, — нужно выйти из этих стен.
— Мы правда… — начал Саша, но осёкся. — Подожди. Ты это всё ради чего? Зачем тебе с нами возиться?
— Потому что когда-то, — я опустил взгляд, — со мной никто не возился. Потому что я знал, каково это — быть никем. И потому что, может, именно вы однажды кого-то спасёте, когда я не смогу.
Они замолчали. Впервые — не от страха или уважения, а от того, что поверили.
— Ладно, — сказал Илья, вставая. — Только дай нам… минут десять. Хоть одеться.
— И фонарик найди, — буркнул Саша. — Если он снова будет "держать свет", пусть хотя бы не сдохнет через пять минут.
Я улыбнулся едва заметно.
— Десять минут. И выходим.
А заодно — посмотрим, как много можно изменить, начав с малого.
Мы вышли за границу квартала чуть позже рассвета. Свет уже пробивался сквозь пыльные облака, окрашивая развалины и заросшие дороги бледно-жёлтым. За изгородью начинался мир без правил: сгнившие постройки, поваленные столбы, рваная арматура, торчащая из земли, и жуткое безмолвие, словно сам воздух не хотел быть потревоженным.
Я шагал впереди, ребята чуть позади. Каждое потрескивание ветки под ногами заставляло их вздрагивать.
— В какой стороне находятся неконтролируемые зоны? — спросил я, не оборачиваясь.
— Если идти по старому северному шоссе, — ответил Саша, — примерно через километр начинается полоса, куда не суются ни роды, ни местные. Говорят, она нестабильная. Там порталы открываются прямо в воздухе. Почва пульсирует. Ну и монстры… другие. Умные. Хитрые.
— Значит, туда и идём, — кивнул я.
Илья хмыкнул.
— Ты точно нормальный?
— Почти.