Страница 54 из 76
Но тысяча против десятков тысяч?
Даже чудо может не спасти.
Я достал ещё одну руну.
Скоро останется всего шаг до следующей ступени развития. Интересно, а что может быть выше божества?
Активировал её — и ощутил, как доспех вновь оживает.
На этот раз вибрация была сильнее. Глубже.
Он словно расправил плечи.
Перед глазами всплыла надпись:
[Уровень доспеха Бога Войны повышен.]
Текущий уровень: 6 из 7.
И я уже не удивился.
С каждым уровнем доспех становился не просто крепче.
Он начинал думать. Реагировать.
Становиться продолжением меня.
Где-то глубоко внутри появилась мысль, даже не моя:
Ещё один шаг — и ты поймёшь, кто ты.
И кем был тот, кто носил меня до тебя.
Я не ответил.
Внизу продолжали стекаться силы.
Ритуал всё ближе.
Башня всё выше.
А я — всё тише.
Скоро.
Я буду готов.
Я уже собирался отвести взгляд, как вниз высыпал новый отряд.
И тут даже не потребовалось усилий зрения.
Даже без энергетического восприятия было видно — это не обычные бойцы.
Элита. Элита из элит.
Снаряжение сияло так, что в энергетическом зрении всё превращалось в ослепительное марево.
Каждое движение — выверенное.
Каждый шаг — как часть ритуала.
Среди них выделялась одна фигура.
Высокий.
Окутанный плотным полем, словно сама реальность не хотела прикасаться к нему.
Он не отдавал приказы, он был приказом.
Владыка.
Я почувствовал, как похолодело внутри.
И в то же время — как будто что-то щёлкнуло.
Что-то всталó на место.
Я достал последнюю руну.
Смотрел на неё долго, почти не дыша.
Коснулся доспеха.
Руна вспыхнула — и разлетелась пылью, поглощённой живым металлом.
Волна энергии прошла по телу, будто я на миг оказался в сердце звезды.
Перед глазами всплыла надпись:
[Уровень доспеха Бога Войны повышен.]
"Текущий уровень: 7 из 7."
"Для преобразования в Доспех Духа Войны требуется: Ступень развития не ниже – Наполнение Якоря Души."
Я выдохнул.
Невольно.
— Конечно, — пробормотал я. — Всё самое интересное потом.
Где-то в глубине — щемящее чувство незавершённости.
Я был близко. Совсем близко.
Но этого недостаточно.
Ядро почти на пределе.
Но якоря нет.
А значит — я всё ещё просто претендент.
Не хозяин. Не дух. Не бог.
Но…
Когда-нибудь.
Если не сдохну раньше.
Я сжал кулаки.
А внизу Владыка поднял взгляд.
Возможно, он уже знает, что я здесь.
— И кто это у нас здесь прячется?
Голос, словно нож по позвоночнику.
Знакомый.
Слишком знакомый.
Я обернулся.
Он стоял в полуметре — тот самый изгой, что едва не убил меня в прошлую встречу.
Та же улыбка. Та же заразная, чуждая энергетика, от которой воздух дрожал.
— А я ведь думал, ты сдох, — продолжил он, глядя на меня с ленивым интересом. — Упал в развалины и сгинул, как жалкий подражатель.
Но нет. Ты ещё жив. Зря.
Он шагнул ближе, и я уже усиливал защиту.
Слишком быстро, чтобы успеть подумать.
— Затаился бы. Не отсвечивал.
— Но теперь… — его глаза сузились, — тебя придётся убить.
Он атаковал.
Я едва успел отразить первый удар.
Мощь — всё та же, дико избыточная.
Каждый обмен ударами отзывался в костях, в доспехе, в дыхании.
На четвёртом обмене моё копьё разлетелось на осколки.
Я отлетел назад, но удержался на ногах.
Изгой хохотнул.
— Ты даже не умеешь пользоваться копьём.
Как жалко.
Я выпрямился.
Вытер кровь с губы.
И ответил ровно:
— Всё так.
Я никогда не умел обращаться с копьём.
На миг он удивлённо вскинул бровь.
— Потому что… это не моё оружие.
Мир будто замер.
А в следующую секунду в моих руках вспыхнул клинок.
Темнее ночи, глубже тени. Он появился, как продолжение воли.
— А вот этим я пользуюсь неплохо.
Теперь я атаковал.
Он встретил удар, но уже не так легко.
Улыбка исчезла.
Рубка началась.
Клинки — металл и энергия.
Движения — инстинкт и расчёт.
Он по-прежнему был силён. Быстр. Опытен.
Но теперь — не непобедим.
Я почувствовал: доспех помогает.
Каждое движение резче.
Каждая ошибка — гасится сама собой.
И вдруг — я заметил, как последний изгой из наблюдателей исчезает в аномалии.
Мы остались вдвоём.
Только он.
И я.
И я не собирался проигрывать.
Металл бился о металл.
Мы кружили, как хищники, но в этой охоте уже чувствовалась усталость — не тела, а самой идеи боя.
Я начал улавливать ритм. Понимать движения.
Он — злой, резкий, импульсивный.
А я — становился тенью.
Отражением.
Ответом.