Страница 21 из 76
Хотят поиграть в лабораторных крыс — посмотрим, кто у кого эксперимент проведёт.
Слишком часто кто-то в этом мире забывает, что крыса с зубами — не игрушка.
Дверь открылась с мягким шипением, но решётки не дрогнули. Рядом с внешней решёткой остановился Доктор — всё такой же аккуратный, улыбающийся, в безупречно чистом халате, будто только что вышел из рекламы. Только в глазах — уже не вежливый интерес, а хищная уверенность.
— Игорь, — начал он, как старый друг, только что не похлопав по плечу сквозь решётку. — Ты нас сильно подвёл.
Я молчал. Не потому, что сказать было нечего, а потому, что хотел услышать весь этот бред до конца.
— Ты уничтожил лучший отряд. Лучших из лучших, — он вздохнул с преувеличенной печалью. — Мы тебе доверяли. Предоставили возможность. А ты...
Он развёл руками, будто не понимает, как такое вообще могло случиться.
— Поэтому, — продолжил он уже без наигранной скорби, — у тебя есть только один путь. Ты подпишешь рабский контракт. Несколько десятков лет — на благо города. Без оплаты. Без обсуждений. Через Систему, разумеется. Нарушить не получится даже если очень захочешь.
— А если я скажу, чтобы вы открыли клетку и отпустили по-хорошему? — спросил я, лениво откидываясь в кресле.
Доктор рассмеялся. Смех был звонким, почти детским. Настоящим. Это его и выдало — он не играл, он искренне считал меня пойманной мышкой в идеально отлаженной ловушке.
— Игорь, эта комната способна сдержать бога. Ты даже представить не можешь, сколько ресурсов было вложено в её восстановление. Эти решётки, вшитые в стены, перекрывающие вход — это технологии древних. Их больше никто не умеет создавать. Даже мы едва-едва поняли базовые принципы. Но мы разберёмся. Мы уже близки.
Он подошёл ближе, почти касаясь прутьев, и сжал кулак.
— А ты… пока посиди. Подумай. Может быть, тебе и правда повезло, что ты здесь. У нас великое будущее. И ты можешь стать его частью. Не по своей воле, конечно… но разве это важно?
Он развернулся и ушёл. Дверь захлопнулась за ним.
Я остался один.
С тонкой струйкой энергии внутри, с решётками, с древней тюрьмой и новым врагом.
И с мыслью:
“Если эта комната может сдержать бога… Интересно, как она справится с тем, кто этой силой лишь играет?”
Жаль, конечно, что моё развитие пока ещё не дотягивает до божества. Хотя… если честно, я даже не знаю, где эта грань. Но одно я понял точно: энергия во мне осталась. Пусть тонкая струйка, но не обрубленная. А значит, древние технологии — не всесильны. Или я — нечто большее, чем они рассчитывали удержать.
Рабский контракт? Да ни за что. Если придётся умирать — умру с шумом. Заберу с собой как можно больше тех, кто считает, что может навязывать мне свою волю. А если получится… лучше не умирать вовсе.
Я медленно встал, прошёлся вдоль решётки, провёл пальцами по холодному металлу. Ни малейшего отклика — словно смотрю на гранитную плиту. Интересно, как быстро она треснет, если запустить в неё не силой, а мыслью? Пока рано, надо ещё подумать. План не строится с наскока. Зато вывод ясен — научный центр показал своё истинное лицо.