Страница 51 из 190
Он этого не знал.
Несколько секунд Аксель смотрел на неё, потом покачал головой.
— Хватит. Я не имею отношения к призыву и ничем не могу помочь.
Она невольно задумалась, за что он тогда вообще отвечает.
— Но даже если бы мог, всё равно не стал бы? — с горечью спросила она.
— Что-то вроде того. А теперь сама пойдёшь или тебя тащить на церемонию?
Высоко подняв голову, она прошла мимо него. Ничего говорить не стоило. Она и без того наговорила лишнего. А если он расскажет королю, что она кого-то ищет? Король вытащит Кэма из лагерей и убьёт у неё на глазах, просто чтобы показать, что был прав.
Она прошла через дверь в конце коридора, а
Ликомена
захромала следом. Скайлар гадала, что они сделают, если она снова попытается сопротивляться. Есть ли у
Ликомены
приказ искалечить её, но не убивать? Впрочем, это уже не имело значения, потому что она всё решила. Если времени осталось всего шесть недель, значение имеет только одно. А значит, замок — именно то место, где ей нужно быть. Даже если Аксель говорил правду и ничего не знает о призыве, здесь наверняка найдётся тот, кто знает.
«Я найду тебя, пока ещё не поздно, обещаю», — безмолвно сказала она Кэму. «Только не сдавайся, ладно?»
И услышала отголосок его голоса. На этот раз сильнее, почти как настоящее Навевание, будто он и вправду её услышал.
«Я никогда не сдамся, Лар.»
Аксель повёл её вниз, к дворцовым угодьям. По толпе она сразу поняла, что они на месте. Люди стояли на краю скалы, а внизу простирался океан. За спиной возвышался замок, под ногами хрустела сухая трава. На губах оседала соль, в ушах грохотал прибой. Скайлар ожидала, что церемония пройдёт в том же зале, куда её притащили прошлой ночью, но быстро поняла, почему это невозможно.
Из-за драконов. Всех троих.
Они стояли прямо перед ней.
Увидев их, Скайлар споткнулась. Их тени нависали над толпой. Аксель схватил её за руку, похоже, это было его любимое занятие, и подтолкнул вперёд. Она метнула в него сердитый взгляд. Он его проигнорировал.
Брума, дракон короля с чешуёй ледяного оттенка, тихо зарычала, когда Скайлар приблизилась, и воздух заметно похолодел. Шею закололо от тревоги при воспоминании о человеке, которого она видела убитым.
«Он не убьёт тебя, Лар.»
Что ж, будем надеяться, что Кэм прав.
Рядом с Брумой солнечный свет переливался на ослепительно-белой чешуе дракона поменьше. Зива, предположила Скайлар. Солнечная Небесная, дракон королевы. По всей стране ходили слухи о том, что королева, единственный человек не королевской крови, которому когда-либо позволили попытаться покорить остров, вернулась оттуда с Небесным драконом. Вероятно, благодаря узам истинной пары.
А дальше стоял Мьёльнир, превосходивший размерами их обоих. Он смотрел на неё, моргая огромными фиолетовыми глазами. Дыхание перехватило. Заговорит ли он с ней снова? Намекнёт ли, почему вмешался вчера? Каким-то образом он знал, что она наследница ещё до всех остальных. Если так, то почему только он, а не остальные двое?
Но дракон молчал, и Скайлар перевела взгляд на каменное возвышение. Там уже стояли обе королевские семьи. Ведьма-принцесса уже была на месте, а за её спиной стояла мать. При виде королевы ведьм, женщины, по чьей вине всё это началось, внутри у Скайлар всё похолодело.
По другую сторону возвышения стояли ватранские королевские особы. Король смотрел на неё с нескрываемой неприязнью, принц держал руки за спиной. За королевой стояли те же закутанные в плащи фигуры, что и вчера. Значит, Скайлар не ошиблась: это действительно её личная охрана. Видимо, дреки были недостаточно хороши. Интересно, заставляют ли их носить эти плащи или они сами так одеваются? Для такой жары одежда была не самой удобной.
Все королевские особы были одеты в лучшие наряды. Теперь стало понятно, зачем ей дали это платье. Надела она его лишь потому, что от вчерашней одежды остались одни лохмотья. Артурейцы носили разные оттенки синего, а ватранцы — королевский красный, цвет крови. Её платье было светлее, словно признавая, что она всё же не совсем одна из них.
— Ты опоздала, — холодно сказал король.
«Пошёл ты», — подумала она, встретив его взгляд своим.
— Принцессу пришлось немного убедить, — гладко произнёс Аксель.
Она едва сдержала рычание при этом слове. «Принцесса». Для неё это слово означало роскошь и расточительство, пока простые люди выживали как могли.
Зриан взглянул на Акселя, и тот склонил голову. Они обменялись взглядами, словно о чём-то договорившись. Но Скайлар уже смотрела не на них.
Посреди возвышения, на каменном круге, похожем на солнечные часы, лежало нечто. Она замерла. Никогда прежде не видела такого вживую, но сразу поняла, что перед ней: драконье яйцо.
Его золотисто-бронзовая чешуя сияла на солнце, а рубиново-красный кончик будто мерцал. Яйцо было почти вполовину её роста и казалось живым, словно в любой миг могло вспыхнуть. Глаз от него было не оторвать. Ей хотелось прикоснуться к нему. Хотелось узнать, жжётся ли оно.
Все взгляды были устремлены на неё: толпа наблюдателей, вельможи, которых наверняка пригласили ради зрелища, и все королевские особы. Рука Акселя легла ей на спину, направляя вперёд. Скайлар поднялась на возвышение, остановилась перед аккуратно сложенными дровами и впервые взглянула в лицо темноволосой ведьме — Астрид.
Женщина, которую ей предстояло попытаться убить.
Бледное веснушчатое лицо оставалось серьёзным, хотя плечи были расправлены. Глаза были цвета платья, глубокого, бесконечного синего. Она была поразительно красива. Как ни хотелось Скайлар обратного, пришлось это признать. В ней всё выдавало принцессу: осанка, взгляд, манера держаться.
На мгновение их взгляды встретились. О чём она сейчас думает? Каково будет смотреть, как эти глаза навсегда потухнут? И сможет ли Скайлар подобраться достаточно близко? Или ведьма убьёт её раньше, чем она успеет хотя бы попытаться?
Между ними пульсировало драконье яйцо, и взгляд сам собой снова скользнул к нему. Кажется, она знала эту историю. Это было одно из яиц Куатры, последнего огненного дракона, подаренное королевской семье или отнятое ею, в зависимости от того, кому верить. Существовала какая-то нелепая легенда, будто оно вылупится для «Избранного Наследника». И если в этой истории была хоть крупица правды, то прямо перед ней находился последний существующий огненный дракон.
Взгляд Астрид тоже был прикован к яйцу. Неужели она тоже чувствует эту пульсирующую силу?