Кровная связь

Астрид увидела, как расширились глаза Скайлар, когда её дар хлынул в неё. Волна энергии прокатилась от Скайлар и безвредно ударила в Астрид и Бастета. Зриан что-то крикнул, но она не разобрала слов. Волоски на руках встали дыбом, когда Скайлар продолжала тянуть её силу, впитывая всё больше и больше. И Астрид смотрела с пугающим восхищением, как Скайлар отрывается от земли. Волосы поднялись вокруг её головы, словно языки пламени.

Она зависла над убийцей. Лицо её оставалось холодным и бесстрастным. Одним движением кисти она раздробила мужчине колено. Он взвыл. Ещё одно движение — и второе колено превратилось в месиво. Он кричал, рыдал, умолял о пощаде. Обмочился от боли и страха.

— Кто тебя послал?

Голос Скайлар не был похож на человеческий. Он раскатился над пляжем глухим эхом, и Астрид невольно вздрогнула.

— Прошу… прошу… — рыдал мужчина. — Они заставили меня. Сказали, что заберут меня, отправят мою семью в лагеря, если я откажусь.

На лице Скайлар мелькнуло отвращение. Мужчина захрипел, когда она сломала ему позвоночник. Он потерял сознание, но она удержала его в воздухе, словно изуродованную тряпичную куклу, а потом каким-то образом заставила очнуться снова, будто держала в руках саму его жизнь.

— Значит, ради собственного спасения ты убил двоих и попытался убить ещё раз.

Она выплюнула эти слова ему в лицо и раздробила предплечье. Мужчина снова потерял сознание. Астрид рассмеялась. Смех прозвучал глухо и чуждо. Но ей было мало. Она хотела, чтобы ему было так же больно, как ей самой.

— Не дай ему умереть слишком быстро, — приказала она.

Скайлар слегка склонила голову в знак согласия. Мужчина снова пришёл в себя, и его тут же вывернуло. Глаза закатились.

Скайлар опустилась на песок, подошла к нему и ударила по щеке. Голова мужчины дёрнулась в сторону.

— Кто?

Он захлёбывался словами, пытаясь ответить, но боль не давала ему говорить.

— Астрид, один из твоих флаконов.

Скайлар протянула руку. Бастет подошёл ближе, пока Астрид доставала целебное зелье и передавала его ей. Скайлар рывком разжала мужчине челюсти и втиснула стеклянный флакон ему в рот. Кровь хлынула из рассечённого языка и губ, но почти сразу зелье начало действовать, затягивая даже раны, которые само же и нанесло. Дыхание мужчины выровнялось, взгляд прояснился, но ужас никуда не исчез.

Скайлар присела перед ним на корточки.

— Кто тебя послал?

— Я не знаю, кто они. Не знаю. Они были в масках и капюшонах. Имён не называли.

Скайлар подняла руку, и мужчина вскрикнул.

— Прошу! Я знаю только, что они пришли из замка!

— Откуда ты знаешь? — потребовала Астрид.

— Я проследил за ними. Дреки у ворот их знали. Я уверен.

Голова Скайлар медленно повернулась. Её чёрные глаза выглядели настолько чужими, что по коже пробежал холодок. Она посмотрела на Астрид, затем поднялась и повернулась к Зриану, который всё это время молча наблюдал за происходящим. Он покачал головой. Отрицание это было или сожаление, Астрид не знала. Да и не хотела знать. Там, где прежде было её сердце, тупо пульсировала боль. Она не могла поверить, что всего час назад позволяла ему целовать себя, обнимать. Наслаждалась его близостью, когда могла быть рядом с Джессой. Могла защитить её. Она никогда не должна была позволять Джессе менять маски. Отвращение к самой себе поднималось всё выше.

— Это не он, — сказала Астрид, потому что в этом была уверена. Зриан никогда не сделал бы ничего подобного.

Скайлар чуть склонила голову.

— Это не он, — повторила Астрид.

Скайлар ещё мгновение смотрела на неё, потом кивнула. Её взгляд вернулся к убийце, беспомощно висевшему в невидимых оковах её силы.

— Астрид.

Это был голос Зриана. Таким она его ещё никогда не слышала. Надломленным.

Он шагнул к ней. Бастет зарычал, но прежде чем пантера успела броситься вперёд, Скайлар остановила принца. Её сила вытянулась между ними и преградила путь.

— Ты к ней не подойдёшь.

Зриан смотрел на Астрид, но она отвернулась. Не могла выдержать его взгляд. Нет, она не верила, что он причастен к случившемуся. Но если убийца говорил правду, за этим стоял кто-то из замка.

Из его замка.

— Заканчивай, — сказала Астрид.

Она вдруг почувствовала смертельную усталость. Хотелось лечь, свернуться клубком в темноте и перестать думать. Перестать чувствовать. Просто переживать эту боль. Хотелось, чтобы всё наконец закончилось. Она не понимала, как всё ещё может дышать, когда Джессы больше нет. Как этот кусок дерьма, изломанный на песке, всё ещё дышит, когда её подруга мертва.

Бесполезная.

— Прикончи его! — крикнула она.

Скайлар даже не посмотрела на мужчину, когда начала вытягивать из него жизнь. Его рот раскрылся в беззвучном крике. Кожа натянулась на костях, тело стало стремительно усыхать прямо на глазах Астрид. Волосы побелели и начали выпадать мягкими клочьями. Он словно ссыхался сам в себя. Прошло всего несколько секунд, и от человека осталась лишь сморщенная оболочка.

Никто не произнёс ни слова.

Астрид чувствовала только пустоту. Она сжала кулон. Один из двух. Затем медленно провела рукой по спине Бастета.

— Лети к ним.

Он взмыл в воздух ещё до того, как она договорила, и понёс её обратно к Джессе. К Квинсу. К своей боли. Тело сотрясала крупная дрожь, и Астрид стиснула зубы. Только не сейчас. Она не может сломаться сейчас. Бастет начал снижаться над поляной, где проходил бал. Толпа всё ещё не расходилась. Людей окружали солдаты и дреки, пытавшиеся удержать порядок. Гостей уводили, хотя некоторые по-прежнему толпились вокруг Джессы и Квинса. Арбория лежала, прижавшись к спине Джессы. Фионна нигде не было видно. А над её подругой и лисом стоял Аксель. Его взгляд метался по сторонам, пока наконец не поднялся к небу и не остановился на Астрид.

Бастет приземлился рядом с ним. Астрид соскользнула на землю и рухнула возле Джессы и Квинса. Она обняла их обоих, прижимая к себе, хотя знала: этого никогда не будет достаточно. Уткнулась лицом в волосы Джессы, вдыхая их запах и стараясь сохранить в памяти каждую мелочь. Запах сосны. Запах дома. Пальцы скользнули по меху Квинса. Она перебирала жёсткую шерсть, словно пыталась удержать их обоих ещё хоть ненадолго.

Они мертвы. Они мертвы. Они мертвы.

Из груди Астрид вырвался крик. В нём смешались ярость и боль, и Бастет ответил ему протяжным воем. Глаза оставались сухими. Никаких слёз не хватило бы для Джессы. Ничего не было достаточно.