Страница 10 из 75
Я щелкнула ремнем; Джейкоб сделал то же самое, что меня удивило. Обычно он слишком высокомерен, чтобы думать, будто какая-то турбулентность может ему навредить. Вероятно, он просто подыгрывал людям; так поступали многие сверхъестественные существа. Они не уважали человеческую расу, но, справедливости ради, люди тоже не особо уважали что-либо, что считали ниже себя, включая животных, растения или саму землю, необходимую им для выживания.
В этом плане сверхъестественные существа были куда более развитыми.
— А кто-нибудь из сверхъестественных существ когда-нибудь был человеком?
Я подпрыгнула, только сейчас заметив, что президент сел гораздо ближе к нам. Прямо через проход, если быть точной. Он наблюдал за мной с любопытством, и впервые он казался просто обычным парнем, пытающимся завязать светскую беседу.
— Вы произошли от нас? — продолжил он. — Я проводил столько исследований, сколько мог, но знаний о вашем существовании практически нигде нет. Это… своеобразно.
Лицо Джейкоба оставалось нейтральным, когда он встретил испытующий взгляд президента.
— Сверхъестественные существа никогда не были людьми, — сказал он просто. — Мы не происходили от вас. В «Людях Икс» всё напутали, но «Супермен» был немного ближе к истине.
— Значит, вы с другой планеты? — насел он, тут же зацепившись за тему Супермена.
В моей памяти промелькнули драгоценные земли, особенно рубиновые, где я родилась. По какой-то причине Фейри никогда не казался мне другой планетой, скорее продолжением Земли. Земля-2.
— Да, но не из вашей солнечной системы, — сказал Джейкоб. — Сверхъестественные существа зародились в мире, который мы называем Волшебной страной. В какой-то момент мы все были гораздо ближе по своим способностям, но со временем мы эволюционировали, создав четыре расы, о которых вы узнали. Наша энергия требовала разных условий для процветания, что, в свою очередь, разделило нас.
— У вас тоже бывают расовые войны?.. — задумчиво спросил президент.
Мы оба кивнули.
— Безусловно, — сказал Джейкоб. — Но мы создали сообщества, где все расы живут вместе в попытке предотвратить дальнейшие столкновения. На протяжении многих лет это помогало поддерживать мир.
Президент откинулся на спинку кресла, и я почувствовала, как уши закладывает — самолет продолжал снижение.
— Ты ведь являешься эквивалентом президента для своего народа в Америке, верно? — спросил он Джейкоба.
Фейри кивнул.
— Да, но в отличие от людей, это не выборная должность. Сила сверхъестественного существа определяет, способен ли он править.
После этих слов на лице Джона Кейна появилось проницательное выражение.
— Значит, ты очень могущественен?
Джейкоб ни капли не скрытничал в ответе:
— Да.
Президент кивнул.
— Да, это идеально. Возможно, мы сейчас окажемся в ситуации, которая была бы шокирующей для большинства людей. Я хочу, чтобы вы были готовы к тому, что увидите, и напоминаю: всё, что мы здесь делаем — это надежда на достижение мирного мира. В конечном итоге.
Мне удалось не фыркнуть насмешливо, потому что — ну и заезженная же фраза. Он мог оправдать любые свои действия под предлогом того, что
когда-нибудь
будет достигнут
мир
. Как
альтруистично
с его стороны.
К счастью, нам не пришлось больше слушать его «жемчужины мудрости», потому что мы начали посадку. Это был плавный переход на взлетно-посадочную полосу, а затем мы вырулили к чему-то, похожему на большой частный аэропортовый ангар.
— Где мы? — спросила я, когда мы вышли на улицу. Температура была умеренной. Ощущалось как весенний день, несмотря на засушливый пейзаж за пределами аэропорта. Однако на горизонте виднелось марево, предвещавшее гораздо более жаркий день.
— Мы в Сирии, — сказал президент, когда нас усадили в черные бронированные автомобили, точно такие же, на которых мы ехали из Белого дома. — Здесь слишком долго бушует война, и мы делаем всё возможное, чтобы её локализовать. Мы посылали помощь тем, кто противостоит сирийскому правительству, поскольку они продолжают нарушать так много гуманитарных законов. Я больше не могу оставаться в стороне и наблюдать за этим.
Я оставила свои мысли при себе. Я даже не была уверена, во что верю, когда дело касается войны, кроме того, что мне хотелось бы, чтобы её не существовало. Столько невинных людей страдает и гибнет… особенно дети. Всё это казалось огромной растратой жизни, надежды и потенциала. Храбрые мужчины и женщины, которые каждый день рискуют своими жизнями… черт. Это было слишком тяжело для осознания.
— Какова ваша конечная цель здесь? — спросил Джейкоб. Как настоящий лидер, он хотел получить больше информации, чтобы принять взвешенное решение.
— Сирийский народ заслуживает демократии, где они смогут проголосовать за своего следующего лидера. Это пресечет коррупцию и нищету, процветающие при нынешнем руководстве, что и привело к восстанию.
Джейкоб посмотрел на него, изогнув бровь и сжав губы.
— Вы пытаетесь сказать мне, что при демократии нет коррупции? Или что даже при голосовании президентов не выбирают на основе поддельных документов и закулисных тактик?
Он не бил напрямую по президенту Кейну, но намек был ясен. Даже Америка не была застрахована от коррупции.
— Ничто не идеально, — ответил Джон. — Ничто. Но наша цель — найти систему, которая была бы максимально справедливой.
Я прикусила язык, но как человек, живущий в Америке — и большую часть времени глубоко за чертой бедности, — я приходила в ярость, когда такие люди, как президент, говорили о справедливости. Джон Кейн прохлаждался в роскошных особняках с горами еды, шикарной одеждой и предметами роскоши. Он понятия не имел, каково это — быть среднестатистическим американцем, и, очевидно, раз он так доволен своим демократическим правительством, он даже не был готов видеть изъяны в своей системе.
Словно услышав эту мысль, он переключил внимание на меня.
— Как устроено общество у сверхъестественных существ? Лидеров не выбирают, и это логично, раз силовая структура работает, но как насчет работы и денег? Есть ли у вас бездомные или нищета? Как вы с этим справляетесь?
Джейкоб рассмеялся, не издав при этом веселого звука. Тонкий трюк.