Страница 16 из 57
Резким движением Илья кинул трубку на рычаг телефонного автомата, с большим трудом подавив в себе желание шарахнуть по нему кулаком. То, что мамин сынок не хочет с ним разговаривать, он понял сразу. Да и пусть его, наверняка раны зализывает, идиот малахольный. Будет знать, как связываться с тем, кто сильнее! Успокоив себя таким образом, парень не спеша скрылся за углом.
Следуя за хвостатым проводником, Ташка пересекла железнодорожное полотно, над которым, словно прозрачный кисель, дрожал воздух. Но собака проскочила через него, будто не заметив. А ей на преодоление нескольких метров потребовалось время. Лайка сидела по ту сторону путей, нетерпеливо наблюдая за Ташкой, дескать: «Чего копаешься?»
– Ничего себе, – вытерла лоб Ташка, подойдя к собаке. – Хорошо, поезд не пошёл, пока я тут ковырялась! Да, а что так тепло-то?
Солнце здесь пригревало так, что она машинально расстегнула молнию на куртке.
Лайка не ответила, глядя ей за спину. Ташка оглянулась на переезд и потеряла дар речи. Плечом вперёд, словно с усилием раздвигая воздух, через пути шёл её сосед по электричке. Дойдя до неё, он остановился, вынул из кармана блокнот и написал:
«Скажи собаке, чтобы провела нас незаметно, в обход людных мест».
– Вы кто? – вылупилась на него Ташка. – Зачем идёте за мной?
Мужчина потёр висок, кивнул и написал:
«Георгий Иванович, ведущий специалист института времени. Вы медиум, Наталья, медиум неопытный. Такой глубокий контакт самостоятельно не прервёте. Хотите вернуться в своё время, делайте, что пишу! Кстати, зачем вы здесь?»
Прочтя записку, Ташка потрясла головой.
– Либо у меня глюки, либо у вас, уважаемый, крыша поехала, – невежливо сообщила она. – Какой, гм-м, медиум? Вы фантастики начитались?
Георгий Иванович вздохнул, поморщился от боли и посмотрел на небо. Затем ткнул пальцем в собаку и сложил руки на груди.
– В смысле, она неживая? – оторопела Ташка и повернулась к собаке.
«В коромысле, – отозвался внутренний голос. – Не тупи! Вспомни, где ты её увидела и как».
Ташка вспомнила и сглотнула. Собака спокойно сидела и абсолютно не думала пропадать. Прицепившийся к репице на хвосте репей придавал ей абсолютно живой вид. Лайка переводила взгляд со странного человека на Ташку и терпеливо ждала, пока те договорятся.
– Значит, мы…
«В её времени. Прошли сквозь червоточину. Нам нельзя столкнуться с людьми из прошлого. Что ты ищешь?»
Ташка вкратце рассказала о просьбе девушки с фотографии. Показала записку, сознавшись, что подсказку о Никитолово получила от сотрудницы архива.
Во время рассказа обратила внимание, что Георгий Иванович очень внимательно смотрит на неё. А если учесть, что он ещё и общался с ней посредством блокнота… Ташка легко коснулась уха указательным пальцем и вопросительно подняла брови.
«Я не глухой. Просто голова раскалывается, мигрень. Сними куртку, здесь лето. Идём, если хочешь помочь этой студентке. Поговори с собакой и, если можно, потише, пожалуйста».
Ташка присела на корточки, обняла лайку и снова чувство нереальности происходящего тряхнуло её. Ожидалось, что руки должны были пройти сквозь. Ведь призраки они же из пара, тумана. Во! Вспомнилось: эктоплазмы. Но та оказалась живой, по-собачьи тёплой и мохнатой.
– Не знаю, как тебя зовут, солнышко, но если можешь, проведи нас так, чтобы мы не столкнулись с другими людьми.
По наитию вытащила листок с запиской Лиды и дала обнюхать.
– Вот, мы должны помочь хорошему человеку. Понимаешь? Проведёшь нас по безопасному пути?
Лайка подскочила, завертелась и попыталась лизнуть Ташку в лицо.
«Конечно помогу, – читалось на её морде, – ты ж моя хорошая! Ну, идёмте же скорее!»
Дождалась, пока Ташка запихнёт в сумку куртку, Георгий Иванович перекинул свою через руку, оставшись в белой рубашке. И понеслась по широкой дороге в сторону деревни. Переглянувшись, люди поспешили за ней.
Собака не подвела. На пути они никого не встретили. Правда, пришлось бежать через пастбище, перемазавшись в щедро разбросанных коровьих лепёшках, и пару раз перелезать через овраги. Около ручья притормозили, нарвали травы и ею по-быстрому очистили подошвы. Характерный запашок остался, но тут уж, мда. Пока они возились, лайка терпеливо ждала. А затем, мотнув головой, снова устремилась вперёд.
По мере того как они бежали, пакет набирал вес, оттягивая руки. Ташка взглянула на Георгия Ивановича, собираясь пожаловаться, но наткнулась на ехидный взгляд. Вздёрнув подбородок, она сказала совсем не то, что намеревалась:
– Далеко ещё?
Георгий Иванович на бегу сделал отрицательный жест. Вздохнул, ткнул пальцем на собаку, затем на пакет.
Ташка подумала и просияла.
– Солнышко, – крикнула она лайке. – Постой немножко, иди сюда, я тебя угощу. Достав куртку, она положила на траву большущий свёрток с бутербродами в промасленной бумаге.
– Кушай! – потрепала она по холке подбежавшую псину.
Та, обнюхав, с достоинством принялась есть, мол, заработала. Окончив трапезу, во время которой люди успели отдохнуть, она мотнула хвостом, мол, в путь.
Наконец, через пять минут показались деревянные дома. Кружным путём лайка привела их на задворки одного из домов. Притаившись за забором, они наблюдали, как высокий и тощий пацан прячет что-то между досками старого сарая. Оглядевшись и поняв, что вокруг ни души, насвистывая весёлый мотив, тот пошёл в дом.
Георгий Иванович мотнул головой, привлекая внимание Ташки. Достал из нагрудного кармана блокнот и что-то написал.
Ташка скосила глаза.
«Осторожно подойди к сараю, достань то, что спрятал этот парень».
Она собралась было возмутиться, но, пресекая её возражение, в блокноте появилась новая строка:
«У тебя рука тоньше».
И ведь не поспоришь. Ташка поднялась и толкнула пакет с курткой в сторону мужчины. Тот понял, притянул его к себе, указав подбородком во двор. Мол, присмотрю я за твоими вещами, иди!
Она оценивающе посмотрела на забор, прикидывая, как бы удобнее перелезть. Тут одна из досок сдвинулась, в щели показался хитрый собачий нос.
– Солнышко, – обрадовалась Ташка, пролезая вслед за лайкой, – спасибо!