Эпифания Длинного Солнца

— Пошла я, понимаешь, наверх, во Дворец Кальда, майтеру повидать, гляжу: ее дома нет, полстены снесено, вот с тех самых пор за ее внучкой, бедняжкой, и присматриваю. А тебя, майтера, стало быть, те сквернавки уволокли? Я от людей слышала..

— Лучше зови меня Магги, – попросила майтера Мрамор, стаскивая через голову облачение.

— Майтера!..

Стройное тело майтеры Мрамор блеснуло металлом.

— Я больше не сибилла, – объявила она, набросив ворот просторных черных одежд на голову Мукор и потянув подол книзу. – Была сибиллой, а стала брошенной женой, как и предупреждала. Продень руки в рукава, дорогая. Дело несложное: вон они как широки.

— Мне с ней еще старик один помогал, – пояснила Склеродерма, – но он драться ушел, а потом те сквернавки явились, и пришлось нам оттуда дать деру.

Не будь майтера Мята настолько потрясена видом обнаженной майтеры Мрамор, сдержать улыбки ей не удалось бы ни за что.

— А он, наверное, так там и сгинул, погиб.. но я надеюсь, все ж таки уцелел. Тебе не холодно, майтера?

Майтера Мрамор выпрямилась.

— Ничуть. Наоборот, гораздо прохладнее и удобнее, только карманов, уверена, будет не хватать, – ответила она и повернулась к майтере Мяте. – Я, видишь ли, пообщалась с другими брошенными женами – по меньшей мере с дюжиной.. Боюсь, это нечто вроде заразы.

Майтера Мята, сглотнула, закашлялась. Как ей хотелось бы разогнать вьюгу, усесться к столу с чашкой горячего чая, проснуться и обнаружить, что это крохотное создание цвета олова – вовсе не та престарелая сибилла, которую она вроде бы прекрасно знала, однако, как только что выяснилось, не знала вообще!

— Они и схватили..

Майтера Мрамор сноровисто обернула шею майтеры Мяты длинной верхушкой вязаного колпака в синюю полоску, словно шарфом.

— Вот так, дорогая. Так теплей будет – для этого длинный верх и придуман. Конец заправляем под плащ, – пояснила она, ловко управившись и с этой задачей, – а кисточка ему выскользнуть не позволит.

— «Эти сквернавки»! О ком речь?! – Прозвучало это гораздо громче, чем следовало, однако сбавлять тон майтера Мята и не подумала: в конце концов, генералиссима она или нет? – О вражеских штурмовиках или о шпионках Улита?

— Нет-нет, вовсе нет. Я про нашу дорогую Синель, правду сказать, девушку по-своему очень даже неплохую, и жену кальда.. ну эта-то, дело ясное, без нужды слова доброго не обронит. И про тех девиц, которых воры с собой привели. Конечно, эти-то куда интереснее бедных девушек! Ну да, девицы из бедных семей тоже интересными могут быть, но воровские девки оголяются без стыда, а если артачатся, то так только, для виду.. а дорогая наша Синель, по-моему, вообще с радостью. Хотя фигуркой она куда симпатичнее, чем с лица, так что понять ее можно, – подытожила Склеродерма. – И ты, майтера, кстати заметить, тоже.

Муж Склеродермы одобрительно закивал.

Следующую ее сентенцию прервал новый взрыв. Склонив голову на сторону и прислушавшись, майтера Мята решила, что на сей раз грохнуло куда ближе: в грохоте взрыва явственно чувствовалось нечто зловещее.

— ..Высокомудрие нам сказал, – закончила Склеродерма.

— Его Высокомудрие? – переспросила майтера Мята, но тут же, не дождавшись ответа, приложила палец к губам.

Казалось, резкие, отрывистые хлопки зазвучали прямо над головой. Недолгое время спустя им вторил далекий грохот разрывов.

— Что там, генералиссима? – прошептала Склеродерма.

— Я слышала пушки. Батарею легких орудий. Выстрелы, в отличие от свиста снарядов и взрывов, слышны нечасто – выходит, стреляют откуда-то неподалеку. Возможно, наши.

Майтера Мрамор подхватила Мукор под локоть и подняла ее на ноги.

— Прошу прощения, ее лучше отвести к огню.

— К огню?

Майтера Мята огляделась вокруг.

— Вот там, я только что видела. Идем со мной, милая.

Склеродерма с Балабаном тоже поднялись с земли – не слишком проворно, однако так кряхтя от натуги, вкладывая в сие предприятие столько сил, что каждое их движение создавало впечатление отчаянной спешки.

«А ведь гонец уже должен быть здесь», – подумала майтера Мята и заслонила Склеродерме путь.

— Значит, здесь был Его Высокомудрие? Расскажи обо всем, пока не ушла.. но сначала ответь, не попадался ли тебе на глаза верховой штурмовик с запасной лошадью в поводу?

Склеродерма отрицательно покачала головой.

— Однако Его Высокомудрие сюда приходил?

— Даже поболтать с нами остановился, – подтвердил толстячок, – да как учтиво-то! Будто простой человек.. я б ничего и не понял, кабы не жена – уж она-то в этих делах разбирается досконально. По два, а то и по три раза в неделю на службы ходит. Сроду бы не подумал: ну старичок и старичок, старше моего папаши, и одет в простую черную.. как ее.. ну будто любой другой авгур.

Умолкнув, он отыскал взглядом майтеру Мрамор с Мукор.

— Еще тесней сгрудятся, наверняка в огонь кого-нибудь спихнут.

— И то верно..

Сорвавшись с места, майтера Мята рысцой устремилась сквозь снежную пелену к костру.

— Люди! Этот костерок не обогреет и половины из вас! Наберите дров, разложите еще один! Разожгите от первого!

Собравшиеся у костра с удивительной расторопностью бросились врассыпную, и майтера Мята обернулась к Балабану со Склеродермой.

— Ну же! Если Его Высокомудрие здесь, я непременно должна побеседовать с ним. Если не по делу, то хотя бы из вежливости. Куда он отправился?

Балабан только пожал плечами.

— Не знаю, генералиссима, – ответила Склеродерма.

— Сказал: нам-де придется оставить этот круговорот, – добавил ее супруг. – Тут кальд подошел и увел его.. а я и его ни разу раньше не видел.

— Кальда Шелка?

— Ну да, – кивнула Склеродерма. – Кальда – и то не знает!

Следовательно, тривигантцы, как и обещала генерал Саба, освободили пленников: другого разумного объяснения происходящему существовать не могло. Вот это новость так новость!

Майтера Мята лихорадочно заозиралась вокруг в поисках гонца, несомненно, отправленного к ней Бизоном считаные минуты назад.

— Он тут кальда искал, – объяснил Балабан, – только кальд Шелк отыскал его сам.

Майтера Мята, приподнявшись на цыпочки, сморгнула с ресниц снежинки.

— Отчего людей много меньше, чем было?

— Ты же отправила их за дровами, генералиссима.

— Генералиссима! Генералиссима!!!

Сквозь крик слышался неровный, спотыкающийся цокот копыт лошади, чересчур быстро скачущей по неровной, усеянной мусором земле.

— Сюда! – откликнулась майтера Мята, наугад замахав рукой.