Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 157 из 282

V Посланник Майнфрейма

Условный жест, и группа пошла параллельно потоку людей внизу. Для верности Шкиехаан подкрепил поданный знак уведомлением на шлемофоны:

— Два восточнее.

— Есть два восточнее..

— Есть два восточнее..

Выслушивая подтверждения, он мысленно отмечал галочкой каждого. Гриэн, Суумэре, Мяр, Эр – все признавали его главенство до сих пор. Не сгибая одеревеневшей правой руки, он словно бы хлопнул развернутой книзу ладонью по черепичным и соломенным крышам Вирона.

— Снижаюсь.

Кончики пальцев ко лбу..

— Желающие могут следовать за мной.

Эр пойдет с ним, пойдет почти наверняка..

Где же может быть этот человек, Чистик? В одном из ползущих вперед прямоугольников марширующих колонн? Среди зрителей, чье ликование, поглощенное простором небес, превращается в тоненький щебет? Как бы там ни было, этот Чистик – один-единственный индивид среди мириада мириадов сограждан.. Тут Шкиехаан, как и в самом начале, напомнил себе, что должен бы лопаться от гордости: ведь для этой ошеломляющей, практически невыполнимой миссии Майнфрейм выбрал именно их.

Предположения, будто в Майнфрейме могут желать им гибели, равно как и другие, будто он, Эр и прочие выбраны оттого, что ими не жалко пожертвовать, следовало отмести с ходу, не рассматривая и даже не слушая.

Правая рука указывает направление, ладонь сложена горстью..

— Следую на восток.

Четыре подтверждения. Заданным им курсом следуют все.

С этого Шкиехаан начал облет города. Вскоре им предстоит приземлиться, снять и надежно спрятать крылья, а затем приступить к расспросам и увещеваниям его обитателей, причем на Общем Языке. Кем бы он ни был, чудотворцем ли или мятежником, несомненно, все дело решило свободное владение Общим..

Где же тут, невдалеке от города, подходящее, просторное поле, и чтоб людей поблизости не оказалось, но разыскать их не составило бы труда?

Внизу, точно гриб, вырос, поднялся над землей домик с островерхой крышей оттенка пустынных песков.

Правая рука вытянута, выпрямленная ладонь чуть опускается книзу..

— Ниже.

Казалось, в отклике каждого из спутников выражен весь его характер от начала и до конца: Гриэн оценивает шансы; глаза Суумэре сужены, руки неподвижны; Мяр рвется навстречу приключениям; Эр беспокоится обо всех, кроме самой себя.

На такой высоте их уже могли достать из стрелкового оружия, явно имевшегося у всех надзиравших за бородатыми мужчинами, деловито, споро разбивавшими шатры. Пришлось напоминать себе, что, едва они приземлятся, наличие или отсутствие оружия погоды вовсе не сделает: при желании толпа Груза попросту забьет их насмерть камнями да палками. В действительности наличие оружия им даже на руку: вооруженный, Груз с куда меньшей вероятностью посчитает их серьезной угрозой.

Рука указывает направление, пальцы сжаты в кулак..

— Курс – север.

Два разжатых пальца устремлены вниз..

— Завершаю полет.

— Суумэре! Есть!

Окаменевшее лицо, пересохшие губы, полуопущенные веки..

— Мяр! Есть!

Снижается чересчур быстро, упивается скоростью..

— Гриэн! Есть!

Старательно выбирает точку посадки..

— Эр! Есть!

Тревожится о нем.. нет, не о том, что он разобьется – опасается, как бы приземление не запорол.

Поросшая травой земля слегка неровна. На планы и характеры спутников времени больше нет. Тягу на реверс, ноги вниз, ступни вместе, руки напрячь, приготовить к падению прямо по курсу, вперед..

Тем временем Мяр уже приземлился – точно в нужный момент принял кверху, коснулся ногами земли, пробежался вперед. Беспечен.. однако более умелого летуна в настройщиках солнца еще не бывало. Теперь и ему, Шкиехаану, нужно во что бы то ни стало приземлиться, не упав, иначе он вмиг утратит весь имеющийся авторитет. Четыре кубита.. замереть.. доворот к ветру.. есть!

В тот же миг порыв ветра едва не сбил его с ног.

Пока он избавлялся от крыльев и ДБ, невдалеке приземлились Гриэн, Суумэре и Эр: Эр слишком близко, Суумэре – на четыре точки, а Гриэн – на все восемь, да так что крылья в момент приземления изогнулись дугой.

Огромных женщин, бросившихся к ним от поля с палатками, нагнала, поравнялась с ними, опередила одинокая всадница.

— Мир! – Шкиехаан поднял руки, развернув ладони наружу. – Мы, служащие богам, никому не желаем зла.

Всадница, осадив коня, выхватила из ножен саблю.

— Нет богов, кроме богини!

Неужели в базе данных ошибка?

— Мы – ее приверженцы и служители!

Дюжина рослых, плечистых женщин, подбежав ближе, обступила их со всех сторон. Одни в изумлении округлили глаза, другие направили на них зияющие дула какого-то короткого оружия, третьи явно ожидали распоряжений всадницы.

— Мы прибыли из Майнфрейма. Из Майнфрейма, из дома богини. Пришли по ее приказанию, отыскать Чистика, – объяснил Шкиехаан, втайне гадая, о какой из богинь идет речь.

Всадница смерила их оценивающим взглядом.

— Мы вам поможем, но прежде вы должны сдать оружие.

— Стрелять нет. Нож нет, – сказала Эр.

Всадница тут же перевела взгляд на нее.

— Ты главная?

Эр отрицательно покачала головой.

— Летуны, – пояснила она, коснувшись собственного подбородка. – Я есть Эр. Все летать.

Тут к ним подошел и Мяр с крыльями и ДБ в руках, сопровождаемый целым косяком рослых женщин.

— Каждый есть. Пять есть.

— Сдай оружие, – велела ему всадница.

— Мое, – отозвалась Суумэре, подойдя к Мяру и показав ей ладони. – Я убивать ими.

Снова оценивающий взгляд.

— Командир – ты?

— Да. Свой собственный.

— А мой – я, – добавил Мяр. – Стрелять нет. Оружие нет. Ты дать?

Одна из рослых женщин расхохоталась в голос. Перепуганный конь шарахнулся прочь, изогнул шею, заплясал на месте.

— А ну, тихо!

Осадив коня, всадница обвела пристальным взглядом всех пятерых.

— Мархаба! Бетисам араби?

Эр с Мяром вопросительно взглянули на Шкиехаана. В ответ он только и смог, что пожать плечами.

Всадница, вложив саблю в ножны, спешилась, заулыбалась, однако даже улыбка не смогла затмить чего-то сродни мстительности, словно бы намертво въевшейся во все черты ее лица.

— Не с того мы начали, – заговорила она, обращаясь к Эр. – Летунья Эр, я – майор Зирка, командующая передовым отрядом тривигантской орды. Не могу пригласить тебя в этот город, поскольку для меня он чужой. Мой родной город на юге. Вы много раз пролетали над ним и наверняка его помните.

— Красиво! – с улыбкой кивнув, подтвердила Эр.