Страница 156 из 282
— Лошади и верблюды не терпят друг друга, – рассеянно откликнулась Сийюф. – Их лучше держать раздельно. Мулы куда более..
Запнувшись, она в задумчивости щелкнула пальцами.
— Уживчивы, – подсказала Саба. – Не брезгуют верблюдами, в отличие от большинства лошадей.
— Неужели на каждое из этих тяжелых орудий их вправду требуется целых восемь?
— Здесь, на улице, мощенной тесаным камнем? Нет. Однако в наших пустынях, на бездорожье, порой нужно намного больше. Тогда одному из орудий приходится ждать, одолжив упряжку другому. Я сама видела, как шестнадцати мулам не удалось вытащить из грязи одну-единственную гаубицу.. правда, не в этом походе, иначе мы бы сюда еще не дошли.
— Разве ты не заметил смешанных орудийных расчетов, кальд? – полюбопытствовала Саба. – Я уже приготовилась к расспросам о них.
— Просто я привык к работе с женщинами, генерал, прежде чем стал кальдом, – объяснил Шелк. – В мантейоне, с майтерой Мрамор и майтерой Мятой.. а также с майтерой Розой, пока она не оставила нас. Ваши смешанные расчеты мне кажутся куда обычнее, чем.. – Запнувшись, он призадумался в поисках наиболее безобидного выражения и смущенно закончил: – Чем наоборот, из одних только женщин или мужчин.
— Мужчины правят мулами и подносят снаряды. Это им удается немногим хуже, чем женщинам. Женщины наводят орудия и ведут огонь.
— А где же генералиссима Мята? – спохватилась Сийюф. – Не ее ли ты только что назвал.. матерью Мятой? Или это две разные женщины, носящие одно имя?
— Нет, это одна и та же особа. Не только генералиссима, но и сибилла – совсем как я, авгур и в то же время кальд.
Соблазн добавить, что первое занятие он надеется вскоре оставить, Шелк с грехом пополам одолел.
— Возможно, она возглавит свою колонну?
— Боюсь, нет..
На этом Шелк снова запнулся. Пожалуй, тут к случаю лучше всего подошла бы наглая ложь, но врать отчаянно не хотелось.
— Мы до сих пор бьемся с врагом, генералиссима.
Если Сийюф и заподозрила неладное, то нисколько не переменилась в лице.
— Весьма сожалею, что не увижусь с ней. Ну а сейчас ты увидишь верблюдов.
Видевший верблюдов только по одному либо в небольших караванах из дюжины, максимум двух, Шелк даже представить себе не мог, что в круговороте их так много – не сотни, но тысячи, неисчислимые табуны верблюдов, связанных вереницами по тридцать, а то и более, и каждую ведет за собой один-единственный погонщик верхом на рослом, статном головном верблюде. Длинномордые (тут Шелку невольно вспомнилось лицо Реморы), на ходу верблюды то и дело пофыркивали, надменно взирая на все вокруг.
— Везут они в основном провиант, – объяснила Саба, – а также овес с ячменем на корм лошадям и мулам. Сейчас их груз невелик.
Вот он, один из самых щекотливых вопросов!
— Видите ли, – заговорил Шелк, старательно лавируя среди множества ловчих ям, – запасы пищи в Вироне крайне скудны. Мы рады вам и всеми силами постараемся обеспечить провизией вас и ваши войска, однако урожай в этом году выдался крайне скверным, а крестьяне из-за войны в городе прячут запасы съестного..
— О ваших трудностях нам известно, – откликнулись фуражка оттенка дорожной пыли и сгорбленные плечи Сийюф. – Вскоре мы разошлем по окрестностям отряды фуражиров.
— Благодарю тебя, – пробормотал Шелк. – Весьма любезно с твоей стороны..
Оозик в изумлении уставился на него.
— Да, кстати о провизии, – поспешно продолжил Шелк. – Сегодня вечером я собираюсь устроить небольшой, неофициальный ужин во Дворце Кальда. – (Назвать Дворец Кальда своим у него не повернулся язык). – Все вы приглашены, и, смею надеяться, все сможете принять приглашение. Правда, собственной кухни у нас еще нет, но я заказал ужин у Горностая. Кухня у Горностая лучшая.. или, по крайней мере, слывет лучшей в городе.
— Я должна буду взять с собой одну из штабных офицеров, – предупредила Сийюф, повернувшись к нему лицом. – Таково требование наших обычаев. Ты не возражаешь?
— Разумеется, нет. Я буду весьма рад ее видеть.
— Тогда я буду. И Саба тоже, если угодно.
— Рад буду видеть за ужином и ее, – заверил Сийюф Шелк.
Саба неохотно кивнула.
— Можешь рассчитывать на меня, кальд, – ответил Оозик.
— Благодарю. А ты, Твое Высокомудрие?
Кетцаль, прибегнув к помощи посоха, поднялся на ноги.
— У меня нет запасов съестного, патера кальд. Если не ошибаюсь, разговор пойдет именно о них?
— Естественно, это мы тоже обсудим, наряду со многими другими вопросами. Запасы запасами, однако Твое Высокомудрие опытен и прозорлив, и, может статься, то и другое для нас окажется гораздо ценнее провизии.
— Тогда я тоже буду. Возможно, даже сумею кое-что предложить.