Страница 34 из 75
Синноки неторопливо утоляли жажду, мягко сияя в косых лучах солнца, а я не сводила с них глаз, отчаянно жалея, что не могу сфотографировать этих чудесных животных на память. Вот бы показать их Саше! Вздумай я рассказать ей о своих приключениях в Потусторонье, ни за что ведь не поверит. Если только продемонстрирую ей свои новообретенные способности… Но нет, я же обещала себе держать дочь подальше от всех этих потусторонних вещей. Слишком это опасно.
Когда олени, напившись, один за другим двинулись в обратный путь, я не удержалась, вышла из-за дерева, глядя им вслед. И в этот момент синнок, замыкавший шествие — самка, судя по отсутствию рогов — неожиданно оглянулся и посмотрел прямо на меня.
Даже с разделяющего нас расстояния я видела его во всех деталях: большие выразительные глаза лилового цвета, стоящие торчком уши, серую полоску на изящной мордочке, контрастирующую со светлой шерстью. Олень, казалось, ничуть не испугался и даже не насторожился при виде чужаков; он смотрел на меня не мигая, и в его взгляде читалось почти человеческое любопытство.
Словно завороженная, я медленно подняла руку и помахала синноку. Тот склонил голову набок, дернул ушами и, громко фыркнув, бросился догонять стадо. Вот и пообщались.
— Кажется, ты его заинтересовала, — произнес Сонмин за моей спиной. — Но зря ты вышла из укрытия — если бы тебя заметил вожак, ему бы это не понравилось. Старые синноки слишком хорошо знают, чего можно ожидать от людей.
— Они живут и в нашем мире?
— Жили когда-то… Теперь там для них опасно, как и для многих других волшебных существ…
— Квемули опаснее, — возразила я. И со вздохом сожаления окинула взглядом опустевший берег ручья.
— Понравились синноки? — в голосе дракона отчетливо звучали довольные нотки.
— Не то слово. Они прекрасны!
— Знал, что ты оценишь. А ведь они — далеко не единственное чудо Сопредельного леса; я еще многим могу тебя удивить. Все еще жаждешь вернуться в свой мир, Астра?
Я повернулась и пристально посмотрела ему в глаза.
— Ничто на свете не заставит меня передумать, Сонмин.
— Ах да, там же твоя дочь… — протянул он, медленно склоняя свое лицо к моему. — Вы, люди, так привязаны к своей родне.
Он оказался слишком близко, и я отступила, почувствовав себя неловко. Похоже, дракон ничего не слышал о личном пространстве — или, что вероятнее, не считал нужным его соблюдать. Почему он вообще так странно на меня смотрит?
— Кумихо внутри тебя чует родные места, — внезапно заметил Сонмин. — Когда ты выпила воды из ручья синноков, твои глаза наполнились золотым светом. Ты принадлежишь этому миру, Астра, что бы ты там себе ни придумала.
— Это мне решать.
— Смотрю, вместе с бусиной кумихо к тебе перешли ее строптивость и дерзость. Ни одному другому человеку я бы не спустил с рук подобную непочтительность.
Не понимая, говорит он всерьез или шутит, я на всякий случай отошла еще дальше и неуверенно возразила:
— Ты не причинишь мне вреда, иначе оскорбишь богов, которые, как ты сам сказал, послали тебе меня, проявив свою благосклонность.
— Еще и хитра, как лиса, — дракон вздохнул и сокрушенно покачал головой, но глаза его смеялись. — Ладно, пойдем. В этой части Леса синноков смотреть больше не на что.
— А в других частях? — немедленно поинтересовалась я, двинувшись за ним следом к тропинке, которая нас сюда привела.
— Узнаешь. Если, конечно, согласишься погостить у меня еще немного.
— Как будто меня кто-то спрашивает…
Сонмин промолчал, но спустя несколько минут, когда мы вновь углубились в непролазную сумрачную чащу, внезапно спросил:
— С Ёнджуном тебе было интереснее?
Я удивленно вскинула на него глаза — и тут же полетела вперед, споткнувшись о какую-то корягу. Если бы не молниеносная реакция моего спутника, успевшего повернуться и подхватить меня, лечить бы мне разбитые колени.
И опять он буравил мое лицо странным взглядом, не спеша выпускать меня из рук. В глубине его раскосых глаз мягко вспыхнули желтые огоньки, и только тогда, очнувшись, я высвободилась из его объятий.
— А неуклюжая, как человек, — пробормотал Сонмин, жестом предлагая продолжить путь. — Так что скажешь? С Ёнджуном было лучше, чем со мной? Он обеспечивал тебе кров, безопасность, развлечения?
— У тебя странное представление о плене, — фыркнула я. — В тюрьме тоже кормят, одевают и иногда выводят на прогулки. Ёнджун не раз мог забрать у меня лисью бусину и бросить в беде, но всегда поступал по совести, хоть он и квемуль.
— Была бы ему эта бусина сильно нужна, отнял бы, не сомневайся. Возможно, ты ему интересна как редкая диковинка, но это ненадолго. Мальчишка никогда не церемонился с людьми.
— По себе людей не судят — или мудрому тысячелетнему существу эта пословица неизвестна?
Я думала, Сонмин разозлится, но он лишь коротко рассмеялся, бросив на меня взгляд через плечо.
— С тобой интересно разговаривать, лисичка. Не помню, когда в последний раз вот так беседовал с человеком… Возможно, никогда. Ты забавная, хоть и дурно воспитана.
— Ты, наверное, давно не был в мире людей. Дело не в воспитании и даже не в том, что я не кореянка. Возможно, пару веков назад квемулей и духов в Корее и почитали, но сейчас для большинства они — не более, чем персонажи романтических дорам…
— Я имею представление о современном человеческом мире. И он мне совсем не нравится.
— А ты бывал где-то, кроме Южной Кореи?
— Зачем? Люди везде одинаковы.
Его ответ меня так поразил, что я снова споткнулась — правда, на этот раз сумела удержать равновесие.
— Ты серьезно? Живешь на свете тысячу лет и никогда не был на Бора-Бора, в Гранд-Каньоне, Мачу-Пикчу, горах Тяньцзи… — от волнения я едва не начала заикаться. — Да хотя бы на Красное море посмотрел! И наш Байкал…
— Чего я в этом море не видел? — пренебрежительно отмахнулся Сонмин. — Я ведь водное существо, не забывай. Ты вот в подводном королевстве бывала? Короля драконов Ёнвана видела? Тут чудес-то поболе будет, чем в твоем мире.
Он немного помолчал, явно что-то обдумывая, а затем делано равнодушном тоном спросил:
— А ты во всех этих местах… ну, которые перечислила… ты там бывала?
— Нет, — мрачно ответила я. — Но мечтаю побывать. И уж я бы, будь у меня твои возможности, так глупо свою жизнь не растратила.