Страница 43 из 88
Слова Императора сокрушительным ударом обрушиваются на бальный зал. По толпе прокатывается волна вздохов, но никто не смеет произнести ни слова. Земля окончательно уходит у меня из-под ног. Разум отказывается воспринимать этот бред. Я замираю в полном шоке. В голове набатом бьется безумная мысль: «Бабушка Валерия... Она же — Валенсией Карлейнс?! Но этого не может быть!!! Она ведь была обычной женщиной, живущей в деревне на границе! Какая тетя Императора? Какой престол?!»
Я лихорадочно начинаю искать взглядом Кайлана и, встретившись с ним глазами, вдруг понимаю, что его эта новость не сильно его шокировала. Наоборот, он выглядит собранным, будто мозайка в его голове наконец сложилась воедино.
Верховный медленно делает шаг в мою сторону. Его горячее дыхание касается моих волос, когда он тихо, едва слышно шепчет мне на самое ухо:
— Носителями «Пламени крови» могут быть только те, в ком течет кровь Императора…
Осознание услышанного бьет меня наотмашь. В этот миг я начинаю понимать: он знал. Он понял это уже давно, еще до того, как Салиндор запер меня в своей резиденции. Понял, но скрывал от меня! Дикая, горькая обида затапливает грудь. Он снова боялся за меня? Снова пытался единолично все контролировать? Я смотрю в его глаза, и в моей душе начинает бушевать буря:
— Ты… знал… — шепчу я, — , знал, но не сказал… Ты снова пытался раскроить мою жизнь по своим правилам!
— Амбер…, — шепчет Верховный, но в этот миг по залу проносится неистовый крик.
— Она не может быть Карлейнс! — истошно визжит Миранда Винтерс, наплевав на весь светский этикет. Ее лицо перекошено от дикой ярости. — Это ложь! В этой девке с границы не может течь кровь правящей династии! Александр, это ошибка!
— Миранда, замолчи, — резко обрывает крик вампирши Дейвас Салиндор.
Я поворачиваюсь в его сторону. Глава четвертой ветви, все это время стоящий около меня, смотрит на меня и судорожно, побелевшими губами шепчет:
— Так вот о каком преемнике престола шла речь... Проклятье! Ты была моей.. почти...
Я вижу, как Дейв едва сдерживается от разрывающей его изнутри ярости и запоздалого осознания того, КТО все это время был в его руках! Зал взрывается!
От императора не ускользает реакция окружающих на его слова и едва заметная улыбка озаряет его лицо. Затем он медленно переводит взгляд на зал и делает властный жест рукой, призывая всех к абсолютной тишине.
— Мой преемник назван и это неоспоримо, — громко и четко произносит Александр ЛонгДарк. — Но у нас есть еще одна причина, по которой мы все здесь собрались. Старейшина Геральдин Стоур, я предоставляю слово вам.
Старейшина делает тяжелый шаг вперед и его глубокий, пронизывающий до костей голос проносится по залу:
— Кайлан Вайтс и Амбер… Лейнс — истинная пара, отныне признанная Советом и Императором. Издавна, согласно древнейшим законам первородных вампиров, истинных сочетали браком. Но, так как Верховный — представитель этой расы, то ритуал должен состояться исключительно в Храме Древних, через Обряд Единения Душ. Этот закон был создан не ради прихоти и никакие заговоры не способны обмануть магию первородных.
— Но Амбер — человек! — вдруг выходит вперед и громко произносит Лайтон Морган — глава первой ветви. Его голос полон возмущения, а рукой он с гневом указывает в мою сторону. — Древние обряды Храма созданы для вампиров! Человеческая кровь не выдержит магии Алтаря, это безумие!
По залу снова начинает расти гул, но Геральдин Стоур лишь снисходительно и холодно улыбается, жестом заставляя всех замолчать. Он не собирается вступать в бессмысленные споры на глазах у всей знати.
— В ней течет и кровь вампира! — резко, перекрывая гул толпы, произносит Старейшина, делая шаг вперед. Его суровый голос буквально припечатывает Моргана к месту. — И первородная кровь и Храм Древних подтвердит это. А выдержит она или нет — это уже не нам решать!
После этого Геральдин разворачивается и уходит, показывая всем, что разговор окончен.
Лайтон Морган замирает. Его желваки от ярости сводит судорогой. Все начинают ошарашенно переглядываться и шептаться, понимая, что прежний мир рухнул.
— Она не выдержит… Но в ней кровь императора… Она — вампир?… — разносятся оклики по всему залу.
Александр обводит взглядом весь зал.
— А теперь, пусть начнется торжество, — ставит наконец жирную точку всем спорам и выяснениям Император, властно взмахивая рукой. — Пора праздновать. Обряд все расставит на свои места.
«Девочка выдержит...» — заканчивает он мысленно.
Оркестр мгновенно начитает играть музыку под высокими сводами Главного зала дворца. Все потихоньку начинают отходить от пережитого шока, слуги принимаются разносить бокалы, а придворные спешат рассредоточиться по залу, испуганно перешептываясь и бросая на меня косые взгляды.
Охрана Императора мягко, но настойчиво оттесняет бледную, трясущуюся от бессильной злобы Миранду и замершего в яростном ступоре Дейваса. Кайлан мгновенно делает шаг, заслоняя меня своим телом ото всех.
В этот же момент сквозь толпу к нам быстро подходят Кассиан Реггис и Элизабет Станс. Девушка ободряюще и тепло улыбается мне, хотя в ее глазах все еще читается волнение. Как переменилась глава седьмой ветви — не так давно она была такой же холодной, как и все вампиры.
Кассиан же держится подчеркнуто спокойно, и, подойдя вплотную, наклоняется к нам и едва слышно шепчет:
— Они подняли древние законы... Те самые, которые были запечатаны кровью тысячу лет назад. Столетиями правящие ветви выстраивали систему «чистокровных» браков, без примеси чужих рас, «забывая» про Храм Древних, назвав его сказкой или простым ничего не значащим преданием старины. Но Император переиграл их всех. Если Алтарь соединят ваши души, то вся вековая иерархия рухнет.
— Они открыли все карты... — тихо выдыхает Элизабет.
— Думаю, что не все, — задумчиво произносит Кайлан, поворачиваясь ко мне — а теперь, я приглашаю тебя на танец...
Верховный не дает мне опомниться — его сильная ладонь ложится на мою талию, увлекая за собой, и уверенно уводит меня в самый центр бального зала.