Страница 125 из 141
Но теперь неподалеку от места главы ордена стояло еще одно кресло. Менее величественное, хоть оно и принадлежало королю – мужчине с яркими глазами-изумрудами. Его лицо тронули морщины, а в рыжих волосах затерялась седина.
На плечах, скрепленная у горла золотой брошью, как и раньше, лежала накидка из кожи морского чудовища. Малахитовая ткань по-прежнему хранила в себе силу – краснела, если поблизости появлялись монстры, не позволяла энергии Серого мира проникнуть в его тело, защищала от ядов, что могли распылить в воздухе ядовитые растения. Накидка была настолько длинной, что укрывала плечи, руки и окутывала ноги, словно большое одеяло, которое его величество ненароком забрал из своей постели.
Губы короля сложились в улыбку. Он догадался, что я смотрю на него.
Его лицо больше не принадлежало юноше, это был мужчина, человек, почти разменявший пятый десяток, все еще сильный и статный, но уже неминуемо движущийся к своему закату. Он постарел. Сильнее всех, кого я встречала. Но ведь это неудивительно, он всегда оставался просто человеком, пусть и с золотым венцом на голове.
В короне монарха мерцали зеленые драгоценные камни. В них отражался проникающий в зал свет, отчего драгоценности будто искрились изнутри.
Я уже знала, что на совет прибудет король, но не предполагала, что это окажется именно
он
. Адриан Исор. Третий сын предыдущего короля.
«Что же случилось, раз именно ты взошел на престол?» – пронесся в голове вопрос, когда я посмотрела в глаза цвета темной зелени, которые во времена нашей юности были гораздо светлее.
Его считали балагуром. Даже отец никогда не прочил своего третьего отпрыска в престолонаследники. Он готовил на эту роль двух старших детей, но то, что я видела собственными глазами, явственно говорило: все его планы пошли прахом. Впрочем, жизнь пошла не по задуманному сценарию не у него одного.
Позади короля стоял высокий воин, похожий на стражников с фрески, – такой же грозный и величавый. Но на его лице, открытом чужому взгляду, читалась застарелая усталость. Казалось, он устал не столько от собрания, проходившего сегодня в этих стенах, сколько от всего мира. Будто мужчина повидал все на белом свете и уже ничто не вызывало его интерес. Его взгляд показался мне пустым и одновременно переполненным опытом.
Он был высок, казалось, никто среди собравшихся не превосходил его ростом. Седые волосы, заплетенные в косу, доходили до талии, и оставалось только гадать, имели ли они такой оттенок от природы или приобрели со временем.
Но самым необычным показалось мне его оружие, висевшее на поясе, – не меч, а топор с длинной рукоятью. В отличие от тех, которыми пользовались для рубки дров, это лезвие было изящным, изгибающимся дугой. На сталь надели чехол, который прятал лишь острую часть лезвия. Неприкрытая половина металла, переливаясь светло-голубыми отблесками, контрастировала с ручкой, выполненной из темной древесины.
Так вышло, что из всех собравшихся в зале этот мужчина привлекал практически столько же внимания, сколько и его величество, которого я знала при жизни.
Кто он? К какому ордену принадлежит? Может, он одиночка, раз служит королю? У меня даже не появилось мысли, что он может быть человеком.
Фредерик поднялся, шагнул мне навстречу, протягивая руку и привлекая всеобщее внимание. Золото на мантии и в волосах засияло еще ярче в залитом предзакатными лучами помещении.
Я помедлила. Плотно сжала челюсти, прежде чем, охваченная новым приступом ярости, взяла его за руку, оставляя Флёр позади. Неожиданно взгляд коснулся воина в маске, что стоял у дальней стены, и на мгновение захвативший меня гнев исчез.
Мы сделали несколько шагов и остановились. Остальные главы светлых орденов восседали по обе стороны от центра – четыре стула с каждой стороны. Выполненные из древесины вечного дерева, они больше походили на троны, которые украшала искусная резьба с символом одной из обителей.
– Все эти годы моя сестра была жива. Портал не отнял ее жизнь, но отнял время, – громко проговорил брат, пока я осматривала зал, считая стражников у стен и подмечая знакомые лица, которых оказалось не так много.
Большинство глав остались на своих местах. Пока я могла точно сказать, что сменились лишь двое: главы ордена Вечной зелени – теперь столь важное место занимала женщина с яркими фиалковыми глазами – и ордена Красного леса, что находился ближе всех к столице Феросии. Второе место занял коротко стриженный воин крупной комплекции, которая часто встречается у паладинов человеческих королей. Насчет остальных присутствующих я не была уверена, и если и встречала их в свое время, то мельком.
Краем глаза я заметила Хьюза, оставшегося стоять возле фрески. Под глазами его лежали все те же тени, будто он не спал несколько ночей, но взор оставался цепким.
«Он знает все», – четко осознала я. Стоило об этом подумать, и нахлынула новая волна головной боли. Эта боль была иной. Той самой, что возникала, когда я пыталась что-то вспомнить. Будто темнота, укрывающая прошлое в моей голове, еще не готова была отпустить этот кусочек памяти.
Перед глазами промелькнул фрагмент былого – моя рука, сжимающая кинжал из светлой и теневой стали.
Один из парных клинков, который подарил мне нынешний король Исонии. Настоящая редкость, вместившая в себя светлый и теневой металлы. В те времена первый кинжал, сохранивший любовь создателя, я носила с собой, а второй, оскверненный убийством, держала как часть коллекции, чтобы им больше не вершили зло.
Моя рука поднялась, вытаскивая сталь из чужой плоти, и кровь тотчас залила белую ткань. В следующее же мгновение кинжал опустился вновь, а лезвие скрылось почти наполовину.
Я моргнула, и видение исчезло, а рука Фредерика крепко сжала мое плечо. Видимо, он уже звал меня. Я и не заметила, когда настала пора снять капюшон.
Коснувшись плотной ткани, медленно стянула ее с головы.
Капюшон упал на плечи, и я смогла прямо посмотреть на присутствующих.
Воцарилась тишина. Тут же краткое безмолвие нарушилось шепотом – один из глав сложил руки в молитве, целуя амулет с символом светлой богини. К молящемуся присоединились несколько даэвов, которые стояли позади глав. Другие стали озираться, сбитые с толку, будто искали поддержки в лице соседа.