Страница 62 из 82
Глава 19
Решив, что и так слишком много сказала для одного раза, Влада попыталась
освободиться, но Чистюля не собирался ее отпускать.
– Иля, не наглей. Здесь не то место, где нам стоило бы уединяться. Или ты хочешь,
чтоб весь персонал сплетничал о том, как хозяин клуба притащил сюда одну из своих
шлюх, чтобы поиметь?
– Почему сразу одну из своих шлюх? И почему обязательно поиметь?
– Вряд ли они решат, что у нас с тобой серьезные отношения. Что ты позвал меня замуж,
я тебе отказала, а сюда мы пришли, чтобы просто поговорить.
– Мне всё равно, кто и что решил, – глухо посмеялся он и сделал шаг вперед, прижимая
Владу к двери.
Чувствуя себя в ловушке, она разволновалась и сделала попытку увернуться от поцелуя.
– Не отворачивайся от меня, – рыкнул Чистюля, еще крепче окольцовывая руками ее
талию. – Никогда не смей так делать.
Вздохнув, Влада уступила и посмотрела ему в лицо. Илья не сразу ее поцеловал.
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, и не было ничего важнее этого
молчания. В их пылающих взглядах читалось то, что они пока еще не сказали.
Потом Чистюля поцеловал ее, почти невесомо прикоснувшись к губам.
– Иди к своей Марте, – прошептала она.
– Злишься все-таки, – довольно улыбнулся он. – Я и не думал, что ты такая ревнивая.
– Я вообще неревнивая. Моя фамилия Мороз. Я не способна на такое жаркое чувство, как
ревность. И не мечтай… Я просто найду себе какого-нибудь Мартина, чтобы тебе тоже
стало чуть-чуть повеселее.
– Только попробуй. Придушу.
– Кого?
– Его точно. Насчет тебя подумаю.
Его руки словно прилипли к ней, приплавились, припаялись. Илья не мог от нее
оторваться, хотя и сам прекрасно понимал, что надо идти. Но он безумно соскучился по
Владке. Под тончайшей блузкой остро чувствовалось тепло ее тела, и ему невыносимо
хотелось ощутить ладонями обнаженную кожу.
Никакие доводы разума не помогали. Руки сами скользнули вверх по ребрам, по груди. Он
обхватил ее шею, добираясь до открытого участка тела и едва удерживаясь от того,
чтобы не начать расстегивать пуговки на ее одежде.
– Даже не думай, – быстро предупредила Влада, пытаясь не реагировать на его
прикосновения, хотя это было практически невозможно.
– Откуда ты знаешь, о чем я думаю?
– Нетрудно догадаться.
– Я соскучился, – повторил он. – Я просто подыхаю без тебя… – прошептал ей в ухо и
прижался губами к шее. – Сойдет за признание? Это будет считаться важным? О чем мне
стоит тебе говорить?
– Сойдет.
Илья обнял ее, крепко притиснул, одной рукой обхватив за плечи, а другой за талию.
Сжал что есть силы, будто хотел оставить на себе отпечаток ее тела, запомнить все
изгибы и хоть как-то, хоть немного утолить свою по ней тоску. Ему было почти
физически больно, оттого что он не мог раздеть ее и взять прямо здесь и сейчас, как
хотел. Он соскучился не только по ней самой, по ее волнующей близости, по их
страстному сексу. Ему отчаянно не хватало всего того, что было «до», и того, что
обычно случалось с ними «после». Не хватало незаметных прикосновений рук, тихих
улыбок, притаенного в глазах счастья и искорок желания. Совместного утра и постели,
пропахшей сексом и ее духами. И этого четкого ощущения, когда ничего не говоришь, но
точно знаешь, что думаете вы сейчас об одном и том же.
Владка зажмурилась от волны острого возбуждения, чувствуя, что буквально утонула в
его руках, почти перестав что-то соображать.
– Поехали ко мне. Прямо сейчас. Я не могу… Я устал без тебя.
– Нет.
– Почему?
– Потому что я всё еще злюсь на тебя, – проговорила она, пытаясь возродить в себе это
чувство, дабы оно вернуло ей разум. – Ты меня бросил. Не знаю, как у тебя так
получилось. Вроде бы это я тебе отказала, но бросил меня ты. Не позвонил ни разу, не
написал…
– Не звонил, потому что сказать было нечего. Во всяком случае не то, что ты хотела бы
от меня в тот момент услышать. А бессмысленные разговоры еще больше нас запутают.
Ему ужасно хотелось ей позвонить, но он понимал, что нормальный разговор в то время,
пока его грызло битое самолюбие, невозможен. Потому пытался забыться в рутинных
делах и вести себя так, словно каждый новый день без Владки ничем не отличался от
любого другого. Хотя от тоски постоянно ныло в груди и непроходящей болью отдавалось
в сердце. Никогда перед бабами не стелился, даже представить не мог, что такое
возможно. Всё в жизни повидал. Умел переносить голод, холод, боль и неподвижность,
но вынести, что Влады нет рядом, он не смог.
Какими-то невообразимыми усилиями Илье всё же удалось ее отпустить, и они вернулись к
друзьям. Мороз постаралась проигнорировать красноречивые взгляды девчонок и шуточки
мужчин, понятные только их компании. Не от большого высокомерия, разумеется, – была
смущена всем произошедшим и боялась, что пережитые чувства ясно читались на ее лице.
Непросто ей дались эти откровения, теперь и сама удивлялась: и как только смелости
набралась всё ему высказать. Не готовила эту речь, ничего такого не планировала, не
проигрывала про себя возможные диалоги, но в тот момент стало ясно, что это предел.
Конец. Их финальная точка. Дальше так продолжаться не могло. Слова сами полились – и
Влада сказала то, что сказала.
Илья сделал едва уловимое движение, чтобы усадить ее рядом с собой, но она
проигнорировала его жест и вернулась на свое прежнее место.
– Всё в порядке? – улучив удобный момент, спросила Лика.
– Да, всё хорошо, – спокойно улыбнулась Влада, чувствуя, как при виде кузины Орлова в
висках снова застучало от злости.
– А где можно покурить? Илья, ты меня не проводишь? – спросила Марта, будто назло
устраивая для выдержки Влады очередное испытание.
– Конечно, – учтиво кивнул Чистюля и посмотрел на Владу: – Не желаешь присоединиться?
– Не желаю, – ответила Мороз, иронично улыбаясь, хотя от этих фальшивых улыбок у нее
уже болели мышцы лица. – Я курить бросила. Теперь веду здоровый образ жизни. Даже
веганкой стала, представь. Решила кардинально всё поменять.
– Неужели? Когда успела?
– С сегодняшнего дня.
– Как здорово! Влада, если у тебя есть какие-то вопросы, готов поделиться опытом, –