Чистюля

– Иди сюда, – сказала Владка, протянула руки и крепко обняла Лику.

– Я не хочу ругаться с тобой из-за него, – всхлипнула она. – Не представляешь, как

мне сейчас тяжело.

– Очень хорошо представляю, – горько засмеялась Влада.

– Обещай, что вы помиритесь… в смысле, хотя бы не будете врагами…

– За себя обещаю, за него не могу. Не только от меня одной всё зависит.

Наконец, все важные слова были сказаны. Оставалось сварить кофе и дождаться девчонок.

Ева и Лиза не заставили себя долго ждать. Будто за дверью стояли и тренькнули в

звонок, как только аромат крепкого напитка распространился по кухне.

– Ты же не думала, что в такой момент мы оставим тебя одну? Специально не

предупреждали, знали, что ты отмажешься, – улыбнулась Ева, обнимая Владу и попутно

отмечая следы слез на ее лице.

– Я бы так и сделала, – подтвердила Мороз. – Я не в том состоянии, чтобы принимать

гостей, честно говоря.

– Каждый из нас портит свою жизнь самостоятельно, но потрепаться об этом нам никто не

запретит. И потом мы же не требуем с тебя отчета. Мы болтаем, шутим, даем друг другу

выговориться.

– Ой, Ева, ладно тебе. Дипломат наш… – хихикнула Лизавета. – Именно за отчетом мы и

пришли. Хотим знать подробности события века. Чистюля тебя замуж позвал, а ты ему

отказала.

– Да, отказала и не жалею, чтоб вы знали, – твердо заявила Влада. – Жалею, что он не

позволил мне объясниться.

– Счастливой ты сейчас точно не выглядишь.

– Счастливой я себя и не чувствую. Вот только не надо из меня монстра делать. Я не

выпинывала его за дверь. Он сам ушел. Ушел и всё оборвал. Как будто ничего между

нами не было. А то, что было, словно ничего для него не значило.

– Вообще-то, это ты его отвергла. Такое любому человеку будет неприятно. Это еще

переварить как-то надо, – тут же напомнила Лика.

Влада распахнула дверцу шкафа, собираясь достать чайную чашку для Лизы, поскольку

кофе она не пила, но, услышав слова подруги, резко развернулась.

– А вот мне интересно, как вы себе представляете эту ситуацию? Что Чистюля ваш пришел

ко мне…

– Наш Чистюля… – заливисто засмеялась Ева. – Продолжай, продолжай…

– Да! Что ваш Чистюля пришел, взял меня за ручку и сказал: «Дорогая, я тебя люблю,

жить без тебя не могу, выходи за меня замуж…»?

– А это было не так? – улыбнулась Лиза, сама налила себе чай и уселась в торце стола.

– Нет. Не так. Я в шутку ему сказала: «Хочешь безлимитный доступ к телу – женись…». В

шутку, девочки! Я пошутила! А он пригнал с кольцом и с условием: либо «да», либо

«нет». Третьего не дано. Если «нет», то каждый сам по себе. Ни подумать, ни

поговорить, ни обсудить... – Владка возмущенно вскинула руки. – Вот и живем теперь –

каждый сам по себе! Раз он так легко от меня отказался – значит, я не сильно ему

нужна. Пусть катится к чертям со своими ультиматумами! – запальчиво договорила она и

взялась расставлять бокалы, чашки с кофе и принесенные девчонками сладости.

– Отлично! Молодец! – Лика хлопнула ладонью по столу, чуть не расплескав свой кофе. –

Хорошо сказала. Теперь вот это вот всё скажи Илюше. Повтори слово в слово. И штопор

мне дай.

– Я бы повторила. Вот только ваш Чистюля не оставил мне такой возможности. Он исчез.

Испарился. Отрезал себя от меня. Ваш Чистюля даже ни разу мне не позвонил. Ни слова

за всё время не написал, – выговаривала она, роясь во всех подряд ящиках в поисках

штопора.

– Сволочь наш Чистюля, – согласилась Ева.

– Штопор в шкафу в стаканчике с лопатками, – подсказала Лизавета. – Сама позвони.

Сделай ему скидку на эмоции. Он же не каждый день девушек замуж зовет. Влада, ты же

понимаешь, что у него всё серьезно к тебе…

– Не буду. Помирать без него буду, но не позвоню. Никогда перед мужиками не стелилась

и дальше не собираюсь этого делать. Не дождется.

– Я же говорила, – ворчала Лика, еще раз убеждаясь в своей правоте. – Владка по

упрямству вполне составит Илюше конкуренцию.

– Вот и правильно. Я бы тоже не звонила, – снова поддержала ее Ева. – Я Молоху

никогда сама не названивала.

– Ты не только сама не звонила, ты еще его звонки регулярно пропускала, –

расхохоталась Лизка. – Вечно доводила мужика до белого каления.

– А потому что я согласна с Владой. Не хрен за мужиками бегать. Женщина всегда должна

оставаться немножечко недоступной. Можете закидать меня тапками, но я уверена, что

Иля во Владку так влюбился потому, что она спать с ним не стала. Отшила – и привет.

А вот если бы у них секс сразу случился, то не факт, что вышло бы что-то серьезное.

Я могу ошибаться. Но это мое мнение: ничего бы у них не вышло. Он бы ее в свои

шаболды записал…

– Помнится мне, что, когда у нас со Скифом было всё неладно, ты другое мне

советовала, – припомнила Лизавета.

– Скиф – не Чистюля. У Чистюли голова по-другому работает.

– Ладно, не звони. Я завтра в больничку ложусь на сохранение. Как выпишут, устрою

пирушку, там и встретитесь, – спокойно рассудила Лизавета.

– Даже не думай, я не приду, – Влада, естественно, заупрямилась.

– Придешь, куда ты денешься. Ты же не можешь беременяшку обидеть. Я очень расстроюсь,

и мы с тобой точно поссоримся. Беременяшек нельзя обижать. А мы с девочками даже

притворяться не будем, что всё вышло случайно. Нет, мы вас с Илюшей столкнем при

первом удобном случае, чтобы вы поговорили. Девочки, вы только представьте, Чистюля

влюбился… Илюша! Влюбился! Лично я сделаю всё от меня зависящее, чтобы его любовь

жила вечно… – высокопарно закончила она и рассмеялась.

– Не понимаю вашего веселья, – проворчала Лика, совсем не разделяя оптимизма подруг.

– Я тут разрываюсь, как та обезьянка из анекдота, между умными и красивыми, а вы

ржёте. Я вот вообще теперь ни в чем не уверена. Мы все-таки о моем братике говорим.

Хрен знает, что у него теперь в голове…

– А «красивые» – это, наверное, лагерь Чистюли? – засмеялась Ева. – Я тогда к «умным»

примкну, буду Владкины интересы отстаивать.

– Не вопрос, – хмыкнула Лиза. – Мне всегда мать говорила, что я красивая, но тупая. Я

за Чистюлю. За нашего красивого и вежливого маньяка.

Влада расхохоталась, вдруг ощутив приступ необоснованного веселья.