Чистюля

Глава 11

Илья сделал еще несколько попыток убедить Владу остаться дома, но безуспешно. Не то

чтобы он сильно настаивал, но уточнил, уверена ли она в своем решении.

Влада была уверена. Закончив макияж, она собрала с собой кое-какие вещи: туфли, чтобы

переобуться; кофту и джинсы, чтобы переодеться.

– Таблетки еще… – пробормотала она и сунула во внутренний карман сумки

противозачаточные.

– А зачем ты пьешь таблетки? – поинтересовался Чистюля.

– Иля, – снисходительно произнесла Мороз. – Ты ж биохимик. Лучше других должен

понимать, что противозачаточные пьют не только из желания предохраняться, но и в

качестве гормональной терапии.

О гормональной терапии ему было известно гораздо больше, чем Владе, но он хотел

услышать это от нее, ибо мысль, что она пьет таблетки, потому что с кем-то спит,

приносила ему моральное неудобство. Страдания даже, чего уж там.

– Ты отцу звонила? – неожиданно поинтересовался он.

– Почему ты спрашиваешь? – посмотрела на него Влада, немного напугавшись, казалось

бы, обычного вопроса.

Керлеп будто мысли прочитал, почувствовал, что именно это ее весь день мучило.

– Подумал, что тебе захочется это сделать. Новый год же… – объяснил он, пристально

вглядываясь в ее светлые, блестящие глаза.

Влада вздохнула, не скрывая смешанных чувств.

– Мне хочется. Очень хочется. Но только не чтобы с праздником поздравить, а чтобы

спросить, зачем он детей заводил, если они ему не нужны. Или нужны, но как-то

выборочно. Неужели можно одного ребенка любить, а на другого наплевать? Я не понимаю

такого равнодушия. Мне хочется понять, что у этого человека в голове.

– Ты никогда этого не поймешь, даже не надейся. Просто ему насрать на всех, кроме

себя. Так было и так будет, – как всегда, прямо до жестокости, без всякой попытки ее

утешить заявил Чистюля.

– Видимо, да, – согласилась Влада. – Мне даже отцом его не хочется называть.

– Так позвони, в чем проблема? – легко сказал Илья. – Если ты хочешь что-то ему

сказать, чувствуешь в этом необходимость, зачем сдерживаешь себя?

– Боюсь, что если выйду с кем-то на связь, то… тот урод меня найдет. А я не хочу

повторения того, что когда-то уже пережила. Хотя ему бы я тоже с удовольствием

сказала пару ласковых, – честно призналась Влада, под «уродом» имея в виду бывшего.

Даже имя его не хотела произносить ни вслух, ни про себя. Как угодно его называла,

но только не по имени.

– У меня складывается впечатление, что он не так уж сильно хочет тебя найти. Или у

него не столь безграничные возможности, как ты думаешь. Если б ты от меня убежала, я

тебя через неделю выловил. Максимум через две, – засмеялся Илья.

Если в начале знакомства Влада могла принять его заявление за этакое бахвальство, то

теперь, после стольких месяцев близкого общения и его новогоднего подарочка, Влада в

его словах не сомневалась.

– Он от меня не отстанет. Не из-за того, что сильно дорожит, любит, или я ему нужна.

Он нарцисс, психопат, он никого не может любить. Просто я нарушила его сценарий.

Представила его в невыгодном свете перед окружающими. Бросила его, ушла молча,

разорвала связь, которая не должна быть разорвана. Всё может прекратиться, только

когда он захочет, а не по моему желанию. Всё должно быть по его плану. Он

обязательно меня найдет, чтобы поставить на место. Это часть его натуры. Возможно,

он не находится в поисках постоянно, ты прав. Но он, как параноик, будет постоянно

возвращаться к этой мысли и что-то предпринимать. Эта идея фикс его не отпустит. А

уж если получит какую-то зацепку, то точно не отстанет.

Чистюля спокойно выслушал ее комментарии и так же спокойно сказал:

– Это у себя он царек. Тут он никто. В прямом смысле этого слова. Если сюда сунется,

от него мокрого места не останется. Так что можешь звонить и говорить всё, что ты

хотела ему сказать. Пусть приезжает, я его встречу.

– Даже если я скажу, что мы с тобой не парочка? – не очень уверенно поинтересовалась

Влада.

Илья улыбнулся и повернул к себе ее лицо, удерживая за подбородок и заставляя на себя

смотреть.

– Даже если ты скажешь, что мы не парочка. Неважно, какие у нас с тобой противоречия.

Если какой-нибудь ублюдок попробует тебя обидеть, у него появится одна большая и

неразрешимая проблема в виде меня. И ему вряд ли удастся со мной договориться. Я не

очень сговорчив с теми, кто мне не нравится. И уж тем более с теми, кто представляет

угрозу для моих близких.

Влада помолчала и сказала то, что обязательно должна была ему сказать, чтобы

прояснить ситуацию:

– Хорошо. Мы не парочка. Не думай, что секс что-то между нами изменит. Я не хочу

продолжения. Будем считать, что это была разовая акция. Мы оба знаем, что нам не

стоило этого делать. Самобичеванием заниматься слишком поздно, но и придавать

произошедшему какое-то особенное значение не стоит, – говорила она, на разные лады

повторяя, что ни Илья, ни отношения ей не нужны, но почему-то от этого повторения

слова звучали еще более фальшиво.

Керлеп, слегка запрокинув голову, весело рассмеялся:

– Ты так мило и уверенно говоришь за нас двоих и ждешь, что я с тобой соглашусь.

– Конечно. Ты обязательно должен со мной согласиться, – наивно подтвердила она,

вызвав у него очередной приступ смеха:

– Почему это я должен?

– Потому что я хочу, как говорится, сразу расставить все точки над «i». Чтобы у нас в

этом вопросе не было непонимания. Мне кажется, такое развитие событий для любого

мужика – мечта, а уж для тебя – тем более. Давай оставим всё как есть и будем жить

каждый своей жизнью. Было и было, – замолчав, она сосредоточила на Чистюле полный

ожидания взгляд.

Она ждала ответной реакции. Что он с ней согласен и не будет ни на чем настаивать. Ей

нужна гарантия, что он не станет добиваться близости, но Керлеп не спешил радовать

ее нужными словами. Он просто сидел, смотрел ей в лицо и молчал, не собираясь

соглашаться с существующим положением дел. То, что его устраивало с другими,

совершенно не устраивало с Владой.

– А ты прям сейчас хочешь всё разъяснить? Может, до утра подождем? Мы ж не знаем, как

эта ночь закончится. Это я к тому, чтоб тебе два раза не пришлось повторяться, – с