Страница 48 из 77
Из-за них или еще почему.. Да какая разница? Шаттлы, подобно всем упрощенным моделям, просто обязаны были, начав взлет, завершить маневр. То есть как минимум в космос их доставят, а там мама наверняка что-нибудь придумает, иначе и быть не может.
Шаттл до орбитальной станции, к которой был пришвартован «Изумруд», добрался без происшествий и довольно быстро. Правда, швартовка прошла жестковато – тряхнуло их изрядно, однако же, учитывая примитивность этого летательного аппарата, удивляться не стоило. А уж с учетом износа.. Содержали шаттл в чистоте, но общую потертость не скроешь. А на старых машинах, даже если формально все в норме и обслуживание проводится регулярно, рано или поздно накапливаются незначительные ошибки в программном обеспечении, легкая рассинхронизация двигателей и прочие мелкие проблемки, на безопасность полета не влияющие, но доставляющие мелкие неудобства. О таком рассказывал совсем недавно Роман, а искусственному интеллекту, десятилетиями управлявшему космической станцией, в таком вопросе стоило верить.
Из шаттла их тоже выпустили без проблем. Впрочем, мать, похоже, даже не нервничала. Как она во время полета объяснила Алексу (тихонько и на ухо, чтоб никто не слышал), даже если на шаттле есть люди, повязанные с мафией, каких-либо действий они предпринимать не рискнут. Равно как и на орбитальном терминале у всех на глазах – любой кипиш в данном случае будет означать удар по имиджу и, соответственно, ущерб деловым интересам. Терять лицо, да еще на таких условиях, для японцев неприемлемо. А значит, риска нет аккурат до того момента, как они окажутся вдали от лишних глаз. Камеры не в счет, их и отключить можно, а вот люди – это лишние свидетели, которых сложно заткнуть.
Предсказания матери начали сбываться очень быстро. Маршрут, указанный в индивидуальных навигаторах, оказался весьма запутанным и проходил вдали от центрального тоннеля, в гигантской трубе, по которой обычно производились и перемещения людей, и перемещения грузов. И людей вокруг становилось все меньше. Какие-то несчастные двести метров – и вот уже туристов кроме них вокруг и нет, да и персонала станции тоже. Зато до шлюза, ведущего к фрегату, два шага. Один поворот – и вот он. Только вот дорогу путешественникам преграждали четверо жлобов самого что ни на есть уголовного вида. Даже с наползающими из-под рубах на шеи татуировками. Словом, классические якудза.
— Господа, – один из японцев шагнул вперед, сделав рукой жест остановиться. Говорил он, к слову, на хорошем английском и совершенно без акцента, – прошу не совершать глупостей.
— Кто вы такие и что вам нужно? – мать играла в удивление, но именно что играла, не особо это скрывая. Чисто для соблюдений правил приличия – этикет всюду разный, но от того не менее обязательный. В том числе и при общении с такими вот орлами.
— Это неважно. Верните то, что вы у нас украли, и разойдемся миром.
— И что именно?
— Ее, – палец гангстера не слишком вежливо ткнул в сторону Азуми.
Мать демонстративно-удивленно приподняла брови:
— Вообще-то, это нянька, которую я наняла для своей дочери на вашей планете.
— Нас это не слишком волнует.
— А меня не волнуют ваши проблемы. С дороги!
Алекс внимательно следил за происходящим. Он неплохо разбирался в тактике мелких банд и понимал, что в такой ситуации якудза предпочли бы давить авторитетом – это заметно проще и эффективней, чем разговоры. Но для такого давления нужна максимальная демонстрация силы. Четверо мордоворотов, не особо, к слову, и впечатляющих, на серьезную демонстрацию силы не тянут. Спрятать группу поддержки тоже негде. Соответственно, здесь все, кого гангстеры могли собрать на орбитальном терминале. Не так чтобы много, хотя им наверняка и не требовалось держать здесь большой контингент.
Плюс ситуации – ясно, кто противники. Второй плюс – стрелять точно никто не станет. Все же здесь вам не астероид, и даже не орбитальная крепость, а ажурная конструкция из миллионов труб и кабелей, заботливо уложенных в направляющие и прикрытых тонкими пластиковыми стенами. Которые, это сразу видно, неплохо обеспечивают декоративные функции, но пулю не остановят. Даже небольшое повреждение на станции чревато серьезными проблемами. А значит, если у якудза даже есть при себе пистолеты, они, скорее, показатель статуса. Демонстрировать такие можно, однако их применение исключено. Кроме уж самых крайних случаев, разумеется, но здесь и сейчас явно не такой.
Минусы? Они тоже есть. Во-первых, холодное оружие вроде ножей, кастетов и прочих нунчаков пока что никто не отменял. А во-вторых, противников все же четверо, и все мужчины. Вряд ли мать сумеет с ними всеми справиться.
Примерно так же думали и противники. Гангстер, который вел переговоры, лишь усмехнулся:
— Мы дали вам возможность сохранить лицо, продемонстрировав свою гордость, но давайте не доводить до крайностей. Отдайте нашу собственность и не делайте глупостей!
Мать лишь плечами пожала и спокойно шагнула вперед. Гангстер хмыкнул и хотел толкнуть ее, но тут же на собственной шкуре убедился, как это глупо недооценивать противника. Мать просто ткнула его пальцами в кадык, причем скорость ее была такой, что движение показалось смазанным. Японец хрюкнул что-то, но продемонстрировал железную выдержку. Обычно после такого человек на какое-то время полностью исключается из активных действий, больно уж неприятные ощущения, но этот оказался из другого теста. Не стал хвататься за горло или хрипеть, пытаясь хоть как-то протолкнуть в легкие порцию воздуха. Вместо этого он атаковал, заставив мать отскочить, разрывая дистанцию.
Зато Йозеф отскочить не успел и сработал на редкость адекватно, встретив противника отлично поставленным хуком. Осталась ли после такого челюсть японца целой, история умалчивает, но нокаут вышел что надо. Якудзу просто снесло и отбросило к стене, которую он и протаранил, да так, что не рассчитанная на подобное хамство панель лопнула от удара.
Остальные японцы среагировали быстро и адекватно. В смысле не бросились с воплями в атаку и не разбежались, как тараканы. Зато всяким колюще-режущим оружием ощетинились так, что стали похожи на персонажей древних компьютерных игр. Там очень любили отрисовывать подобным образом неоднозначных героев. И – замерли, поскольку увидели перед глазами светящееся, чуть гудящее лезвие.