Страница 45 из 69
Призвал царь к себе верного слугу. Дескать, пусть сообщит царевне, что собрался на охоту и хочет взять ее с собой — ведь она же не раз говорила, что ей нравится наблюдать за охотниками; а как окажутся они в глухом лесу, там-то слуга ее и оставит. Конечно, таким образом, чтобы она ни о чем не догадалась.
Разрывалось сердце царя от скорби при мысли о том, что дни его дочери сочтены, и страданиями переполнилась душа царицы, когда она укладывала в дочкину корзину провизию, под которой лежало чистое белье, а с ним — кое-какие драгоценности.
Когда повозка была готова, положили в нее корзину с провизией и кувшин с водой, а потом царевна и верный слуга сами туда же забрались. Пустились в путь и в конце концов очутились в густом лесу. В это же самое время во дворце рыдали царь, царица и братья девушки, и кто их слышал — тот сам жить на белом свете не хотел.
Начало бури. Фото Курта Хилшера, 1933 г.
Kurt Hielscher / Wikimedia Commons
В лесу верный слуга оставил повозку у обочины, подле тропки, и они с царевной, взяв корзину и кувшин, углубились в чащу. На поляне девушка стала собирать цветочки, чтобы сделать из них букет; а верный слуга бродил среди деревьев, якобы выслеживая птиц, и потихоньку, шаг за шагом, удалялся от царевны. Добравшись до повозки, он прыгнул в нее — и был таков.
Когда спохватилась царская дочь, верный слуга как сквозь землю провалился. Кричала она, вопила, звала — в ответ тишина. Что же делать бедной девушке? Как увидела она, что и вечер близко, влезла на дерево, огляделась по сторонам — нет ли где хижины какой. Нету… Повертелась царевна вновь туда-сюда и вдруг заметила вдали мерцающий огонек, похожий на звездочку. Тогда слезла она с дерева, взяла корзину в одну руку, кувшин с водой — в другую и, еле волоча ноги от усталости, побрела к огоньку.
В конце концов пришла бедняжка к хижине, где на окне горела плошка. В ответ на стук в дверь появилась старая нищенка, которую царевна стала умолять о приюте. Нищенка ее впустила, но сказала, что еды нет, ибо все ее богатство — курочка, пес и кошка.
Тогда царевна достала припасы из корзины и поделилась со старушкой.
Наутро, когда они проснулись, старуха запричитала — курочка ее умерла прямо в гнезде. Рыдала нищенка, что теперь умрет с голоду, ведь яйцо, которое каждый день несла курочка, было ее единственной пищей.
Бедная царевна пожалела нищенку и дала ей одну из спрятанных в корзине драгоценностей, чтобы та купила новую курицу.
Старушка поворчала, но деваться было некуда, и дар она приняла да и притихла.
На следующее утро умер пес. Тогда она сказала:
— Дочка, забирай-ка свои пожитки и уходи из моего дома, ибо с той поры, как ты пришла, нагрянули беды чередой. Этот пес мне дороже любых денег, он мою хижину стерег и столько лет со мной прожил.
— Не сердись, матушка, — сказала царевна. — Я отплачу, хватит на нового песика, с лихвой.
И подарила еще одну драгоценность.
На третье утро и кошка испустила дух.
— Ступай, девочка, из моего дома, — сказала старушка, — и не вздумай возвращаться. По тебе видно, что ты из зажиточной семьи, но к чему такие богатства? Я лучше буду жить в нищете, зато беспечально. С той поры, как ты пришла, я только и делаю, что пл
а
чу от горя. Иди, дитя мое, иди — и забери с собой все, что принесла, хорошее и дурное.
Девушка поняла, что деваться некуда, и собралась уйти. Но перед тем сняла свои богатые одежды и попросила взамен какие-нибудь лохмотья. Старушка, чтобы поскорее от нее избавиться, поискала среди подушек, под кроватью, на грядах и нашла какие-то тряпки. Обрядила незваную гостью в них да и выставила за дверь.
А богатые одежды, которые оставила царевна, старушка потом вынесла из хижины в сарай.
Так и пошла царевна прочь, в лохмотьях, словно попрошайка, бродить по дремучему лесу, надеясь найти хоть какую тропку, что выведет ее к людям.
Шла она, шла и увидела кошару. Там не было ни души, ибо хозяева — три товарища — ушли с отарой. Ну, раз уж пришла, взялась царевна за метлу, потом расставила все в хижине по местам, развела огонь и подвесила над ним котелок. Пока то да сё, вымыла посуду, а еще ведра и кадушки для молока. Как все сделала, спряталась.
Пришли пастухи, увидали такую перемену и диву дались. Огляделись по сторонам — никого. Молвили они:
— Кто бы нам ни сделал такое добро, если то юноша — братом нам будет, а если девица — сестрой.
Тут царская дочь и показалась хозяевам на глаза. Взмолилась пустить ее пожить с ними, ведь она, мол, несчастная, по миру скитается, не зная, где преклонить голову.
Пастухи согласились и поручили ей то да сё. Вечером вернулись — и опять всюду порядок, и ужин готов, и кадушки для брынзы чистенькие, и каждая вещь в кошаре на своем месте.
Только вот один пастух пожаловался, дескать, овцы с самого утра чахнут, словно приболели или еще какая-то беда приключилась.
На следующий день-другой сказал, что у овец оспа, и поди знай, выживут ли.
А на третий день последний пастух вернулся лишь с горсткой овец. Сказал, что погнал отару через тот мостик, по которому водил ее каждый день, но тут в одну из овец будто вселился нечистый, и она кинулась в воду. За ней вторая, третья — и чуть ли не вся отара сошла с ума. Бедолага пытался сдержать овец, но куда там! Если овцы чего-то испугались, их уже не остановить; еле-еле спас нескольких, их и пригнал обратно в кошару.
Призадумались опечаленные пастухи: как же вышло, что всего за три дня после появления девушки в кошаре с ними приключилось столько бед? Поняли они, что названая сестра привела с собой недолю, и не спастись от этакой напасти иначе, нежели прогнав ее.
— Как пришла, сестрица, так и уходи, — сказали они. — Господь милосердный тебе путь укажет. У нас ты оставаться больше не можешь. С тобою в наш дом пришла нищета. Всего, что мы потеряли за три дня, пока ты спала под этой крышей, и за десять лет не вернуть.
Царской дочери нечего было сказать. Она и сама поняла, что это правда. Встала, попросила прощения за зло, которое навлекла на них, сама того не желая, и пошла прямо через поле куда глаза глядят. Шла с тяжелым сердцем, заливаясь слезами, как вдруг увидела вдали огромные палаты. Ускорила шаг, чтобы успеть до темноты. Оказалось, что жила в тех палатах богатая арапка.
Царская дочь попросила слуг, чтобы ее впустили. Арапка увидела девушку, когда та вошла в ворота, и велела привести. Как только взглянула на нее, сразу поняла, кто это такая; приказала ее хорошенько искупать, одеть в чистое, да и оставила при себе.