Страница 59 из 69
Старость в традиционной культуре была двойственным состоянием. С одной стороны — угасание, отход от мирских дел, порой подозрение в колдовстве. С другой — возвышение до статуса хранительницы древних знаний, медиума между миром живых и мертвых, последней защитницы общины от сил хаоса. Близость смерти наделяла старух особой ритуальной чистотой, и она становилась знахарками, получали право совершать обряды защиты всей общины, а на свадьбах следили за верностью обряда — «соблюдали старинку». Во время эпидемий старухи и девочки-подростки за одну ночь ткали «обыденное» полотно и на рассвете прогоняли через него весь деревенский скот для очищения.
Старухи выступали в главной женской ипостаси проводниц на тот свет: повитух, плакальщиц, читалок. К таинству смерти, тесно связанному с родами, была допущена только та, которая смогла дать жизнь. Обмывали покойников только женщины; для мужчин приглашали вдовых старух: замужняя «нечиста», так как «может иметь грех».
Старухи сидели с умершим ночью, читали Псалтырь и духовные стихи. Саму смерть часто описывали как женщину в белом, приходящую за умирающим.
В представлениях предков, смерть схожа с браком и родами, поэтому «уйти» помогали так же, как родиться: открывали окна, двери, дымоход, сосуды в доме, развязывали все узлы. Земная жизнь считалась кратковременным пребыванием в гостях, а смерть представлялась возвращением в подлинный дом. Однажды в экспедиции мы услышали, что смерти нет — есть лишь путешествие с ветки на ветку мирового древа…
Круг женской судьбы, продиктованный природой, — от первой крови, заявившей о готовности дать жизнь, до последней, утихшей к сорока годам, — подчинен таинству продолжения рода. Женский путь — постоянная трансформация:
девка
, чье тело является источником магической силы;
молодуха
, переживающая символическую смерть ради рождения новой жизни;
баба, большуха
, в чьих руках «спора» всего рода;
старуха
— хранительница древних знаний, проводница душ на тот свет…
На каждом этапе женщину окружали запреты и ограничения, но скрытая огромная сила могла сделать ее «нечистой» или святой, опасной колдуньей или бабкой, способной вылечить и снять порчу. Дарующая жизнь сила и стала знанием, которого «мужику знать не можно».