Страница 52 из 69
Глава 7. Чего мужику знать не можно
Вся жизнь наших прабабушек была пропитана тщательно оберегаемым знанием, которое определялось скрытым от посторонних глаз женским циклом. Вступление в тайный круг знаменовалось появлением месячных: девочка умирала, чтобы возродиться
девицей, девушкой
или
девкой
[393]
[Баранов Д. А. и др. Мужики и бабы: Мужское и женское в русской традиционной культуре. СПб.: Искусство-СПБ, 2005. URL.: https://djvu.online/file/T0sICtBrMhlw4?ysclid=mk2e6fv8z7173308270.]
, как ее отныне называли.
Женская слабость или сила
Как объяснял один старый священник в Рязанской области, месячным кровотечением Бог наказал Еву за первородный грех. То есть в христианском обществе наличие «нечистых» дней является главным доказательством виновности женщины уже по факту рождения. В исторических источниках, написанных монахами, женщина во время месячных «погана стала», «грязная», «нечиста баба»
[394]
[Агапкина Т. А. Славянские обряды и верования, касающиеся менструации. В сб. Топорков А. Л. Секс u эротика в русской традиционной культуре. М.: Ладомир, 1996. URL.: https://djvu.online/file/y4xCLzPeffj3w?ysclid=mk553ek6us616197814.]
.
С точки зрения патриархального общества месячные — действительно нечто грязное: «нечистой» женщине запрещалось заходить в церковь, посещать кладбище, прикасаться к иконам и даже носить нательный крест. Женщина на время становилась изгоем: она не могла участвовать в жизни общины и в праздниках, в обрядах вокруг новорожденного. Если же она все-таки куда-то приходила, то была обязана оповестить всех о своем состоянии.
Во время месячных женщина не могла касаться растущих овощей — иначе урожай погибнет, переступать через домашних животных и птиц — чтобы не перестали расти, приближаться к пасеке — а то в ульях не будет меда. Если поквасит капусту или посолит сало — все сгниет; постирает чужую одежду — ее хозяин заболеет, сядет ткать — полотно выйдет непрочным.
«От ты смеешси, а у нас в Сасыкино одна баба учудила. К Рождеству затеяла пироги. А у ей как раз началось. Ну, она думат, все же праздник большой, нельзя без пирогов. Авось Бог простит. Семья у нее была большая — человек 9, и все сыновья. Вот ей говорили, что не ставь, а она поставила и испекла. И что же — у всех сынов и у мужа месячные пошли».
(Из записок этнографа, Рязанская обл.)
Такое отношение к месячным — более поздний пласт, сформировавшийся под влиянием церкви. Согласно древним верованиям, регулы не были чем-то нечистым или грязным — даже наоборот. В народных названиях месячных до наших дней дошло их дохристианское значение: «цвет», «цветет», «краски», «червоний Иван», «красный король» и т. п. То есть это период расцвета женщины и ее силы.
Этнографы и антропологи отмечают связь месячных с красотой: «В мужском мире кровь была связана с понятием силы (символом превосходства в схватке с противником); в женском — с понятием красоты (период “красования” у девушки начинался с появлением у нее месячных)»
[395]
[Баранов Д. А. и др. Мужики и бабы: Мужское и женское в русской традиционной культуре. СПб.: Искусство-СПБ, 2005. URL.: https://djvu.online/file/T0sICtBrMhlw4?ysclid=mk2e6fv8z7173308270.]
.
Групповой портрет крестьян. Фотография из альбома Н. Орлова «Типы населения».
The New York Public Library
Менархе обставляли магическими обрядами. В селе Шилово (Рязанская обл.) женщины со всего порядка приходили к девушке и, расстелив на полу ее рубашку, на ней плясали. Иногда устраивали символическую свадьбу: выбирали «жениха» из старших девушек и оставляли их вдвоем на ночь.
В Калужской губернии, чтобы регулы были непродолжительными и неболезненными, девушки выливали воду после замывания рубашки под угол чужой избы или сливали по задней стене двора — так, чтобы попасть на три нижних бревна
[396]
[Баранов Д. А. и др. Мужики и бабы: Мужское и женское в русской традиционной культуре. СПб.: Искусство-СПБ, 2005. URL.: https://djvu.online/file/T0sICtBrMhlw4?ysclid=mk2e6fv8z7173308270.]
.
В приокских селах долго сохранялся обряд первого надевания поневы (юбки из нескольких кусков ткани), символизировавший переход девочки в разряд девушек. У крестьян Спас-Клепиковского уезда до наступления регул девушки носили только рубашку, а с появлением «красок» «вскакивали в поневу».
«Крестная трясет поневу, приговаривая: “Скаци, скаци, Оленька дорогая”. Девушка бегает по лавке, отвечает: “Хоцу — вскоцу, хоцу — не скацу”. Мать скажет: “Пора, твои ровесницы в поневе”, тогда девушка потрясет поневу и надевает ее не через голову, а с полу»
[397]
[Синичкина М. История деревни Ветчаны, или о загадочных куршаках. М.: , 2023. URL.: https://proza.ru/2023/10/09/718?ysclid=mk57xwqww580849281.]
.
В некоторых регионах девушка с приходом месячных впервые отправлялась на посиделки, где должна была предъявить парням (!) след на юбке от первых «красок». Это служило своеобразным пропуском на первую в жизни девушки «беседу»
[398]
[Логинов К. К. Элементы «порно» в народной культуре русских Карелии. В кн. Эрос и порнография в русской культуре. М.: Ладомир, 1999.]
.
Кровь представлялась нашим предкам квинтэссенцией жизненной силы: существовало мнение, что в крови находится душа. В мещёрских селах менструация воспринималась показателем способности выполнить главное женское предназначение: «В народной концепции зачатия основным элементом зарождения человека считалась не просто К. [кровь] матери, а ее менструальная К. [кровь]»
[399]
[Баранов Д. А. и др. Мужики и бабы: Мужское и женское в русской традиционной культуре. СПб.: Искусство-СПБ, 2005. URL.: https://djvu.online/file/T0sICtBrMhlw4?ysclid=mk2e6fv8z7173308270.]
.
«Августовское солнце нехотя направляется в заходную сторону. В саду, под раскидистой яблоней — стол. На столе большая куча резаных, истекающих соком яблок. Над яблоками кутерьма ос, пчел, мух и бабочек. Баба Поля, краснощекая, в горошистой кофте с закатанными рукавами, отмахивается от ос и режет, режет яблоки — сушить на зиму.
— Квелые вы все, доходяшные и никчемы. Ни корову подоить, ни хлеб испечь… Кыш отсель (это назойливой осе, пытающейся влететь в глаз бабы Поли). А дальше исшо хужей будить. Почему? Да потому что живете неправильно.
Одежка срамотная. Разе ж енто девка? Напялите портки, споднее. Не смеись, не смеись! Вот гляди, стали бабы споднее носить — дитев меньше стало… Так, ежели пойдеть дальше, лет через сорок — пятьдесят вообще рождение ребетенка чудом будеть… Да и робенки-то с кажным разом все квелее и квелее будуть… Помяни мое слово! А почему? Все штанами закрыто.