Страница 154 из 157
— Я заперла всю эту ораву на кухне, пока они не прекратят буйство, – бормотала няня. – Такой гвалт, такой шум, такой дикий разгул. Нянюшке этого не надо, нянюшка слишком стара. Они все – просто звери.
Внизу, в пыльных закоулках Киамо Ко, раз-другой тявкнул пёс, Лев с рыком заколотил в кухонную дверь, а Лирр прокричал:
— Дороти, мы идём!
Но Ведьма резко развернулась, выставила перед собой ногу, и няня споткнулась. Старушка, охая и ахая, покатилась вниз по ступеням, а Чистри в полном смятении бросился за ней.
Дверь кухни сорвало с петель. Наружу вывалились Лев с Лирром, но тут же запнулись о няню, лежащую обмякшей грудой у подножия лестницы.
— Наверх! Живо! – рявкнула Ведьма. – Ты не успеешь разделаться со мной – я сама с тобой разделаюсь!
Дороти вырвалась и бросилась вверх по винтовой лестнице башни. Единственный выход оттуда вёл на верхнюю площадку, обнесённую парапетом. Ведьма следовала за ней по пятам с удивительной скоростью. Ей нужно было покончить с этим до того, как подоспеют Лев и Лирр. Она получит башмачки, заберёт свой Гримуар, оставит Лирра и пленную Нор навсегда и исчезнет в глуши. Сожжёт там книгу и башмачки, а затем похоронит себя заживо.
В темноте у парапета виднелась согбенная фигурка Дороти – девочку рвало прямо на камни.
— Ты так и не ответила на мой вопрос, – сказала Ведьма, высоко поднимая факел. По зубчатым стенам замка заскользили призрачные тени. – Ты выследила меня, ты пришла ко мне, и я хочу знать: почему ты собираешься меня убить?
Она захлопнула за собой дверь в башню и заперла – на всякий случай. Девочка молча хватала ртом воздух.
— Ты думаешь, слава о тебе не разнеслась по всей Стране Оз? Думаешь, я не знаю, что Волшебник ждёт от тебя доказательств моей смерти?
— Да, – судорожно кивнула Дороти, – да, это правда, но я пришла не за этим!
— С таким лицом невозможно быть хорошей лгуньей! – Ведьма наклонила метлу. – Говори правду, а когда закончишь, я убью тебя. В такие времена, малышка, нужно убивать первым, иначе умрёшь сам.
— Я не сумею убить вас, – плача, выговорила девочка. – Я была в таком ужасе от того, что погубила вашу сестру. Как я могла бы уничтожить вас?
— Очень мило, – усмехнулась Ведьма. – Очень мило, очень трогательно. Тогда зачем ты пришла сюда?
— Да, Волшебник правда велел мне убить вас, – призналась Дороти, – но я вовсе не собиралась этого делать! И пришла не поэтому!
Ведьма подняла горящую метлу ещё выше и ближе, освещая лицо девочки.
— Когда они сказали.. когда сказали, что это была ваша сестра и что мы должны пойти сюда.. – Дороти задыхалась, пытаясь подобрать слова. – Это было.. как приговор, и я совсем не хотела.. но я подумала, что всё же пойду, и мои друзья отправятся со мной, чтобы помочь.. и я приду.. и скажу.. скажу вам..
— Скажешь что? – Ведьма нависла над ней.
Девочка выпрямилась, скрипнув зубами, и выдохнула:
— Я скажу: сможете ли вы когда-нибудь простить меня за тот несчастный случай, за смерть вашей сестры? Простите ли вы меня? Ведь я сама себе этого никогда не прощу!
Ведьма вскрикнула – в ужасе, в неверии. Даже сейчас мир снова злобно исказился, как в кривом отражении, снова нанёс ей удар. Эльфаба, вынужденная смириться с отказом Саримы даровать ей прощение, теперь должна была слушать умоляющий лепет какой-то девчонки о той же милости? Как можно дать другому то, чего у тебя никогда не было?
Она оказалась в ловушке, она забилась, напрягая всю свою волю, сопротивляясь, – но чему? От метлы оторвался горящий кончик прута и упал Ведьме на подол. Вспыхнуло пламя, жадно пожирая самую сухую ткань во всём Винкусе.
— Да что за кошмар, когда же это кончится! – закричала Дороти и, завидев в свете языков огня контуры ведра с дождевой водой, схватила его. – Я спасу вас! – воскликнула она и выплеснула ведро на Ведьму.
Миг пронзительной боли перед онемением. Вверху обжигающий потоп, внизу горящее пламя, и из них состоит весь мир. Если душа и впрямь есть, то она рискнула ради некоего.. подобия крещения. И выиграла ли?
Тело извиняется перед душой за свои ошибки, а душа просит прощения за то, что обосновалась в теле без приглашения.
Кольцо выжидающих лиц; пока свет ещё не померк – они скользят в тенях, точно злые духи.
Вот мама – она играет прядью своих волос. Вот Нессароза, суровая и поблёкшая, точно деревце на ветреном горном склоне. Вот папа, погрязший в размышлениях о боге, тщетно ищет своё отражение в лицах недоверчивых язычников. Вот Панци – он ещё не до конца стал собой, несмотря на мнимую внешнюю цельность.
Лица принимают другие черты. Вот няня в её лучшие годы, язвительная и деловитая, и матушка Клатч, и матушка Вимп, и все прочие матушки, которые теперь сливаются в один нечёткий добродушный образ. А вот и Бок – милый, проворный, искренний, ещё не согбенный тяжёлой жизнью. Вот Кроуп и Тиббет, забавно манерные в своём стремлении понравиться другим, и высокомерный Аварик. И Глинда с её пышными нарядами, которая хочет стать достаточно хорошей, чтобы заслужить то, что было дано ей с самого начала.
А вот те, чьи истории завершены: Манек, и мадам Моррибль, и доктор Дилламонд, и Фиеро, Фиеро – сапфировые ромбы на его лице синие, как вода, и сияющие, словно сернистое пламя. И те, чьи истории не закончились – может, так и останется? Княгиня Настойя из племени Скроу, не успевшая прийти на помощь вовремя. Лирр, таинственный мальчик-подкидыш, постепенно вылезающий из своей шелухи. Сарима, которая в своей любящей заботе и сестринской преданности всё равно не смогла простить её, и сёстры Саримы, и дети, и будущее, и прошлое..
И те, кто пал от руки Волшебника, включая Ворчуна и других фамильяров; и за ними сам Волшебник, терпевший одну неудачу за другой до бегства из собственной земли. А после – Яккль, кем бы она ни была, если была кем-то вовсе, и безымянные Наместницы, если они существовали, и гном, у которого не было имени, чтобы его назвать.
И существа, скроенные из лоскутков, отверженные и искалеченные: Лев, Страшила, изуродованный Железный Дровосек. Вот они выступают из теней на долю мгновения, кратко вспыхивают на свету и снова исчезают.
Последней пропадает Богиня Даров – она простирает к ней руки сквозь пламя и воду, убаюкивает её, напевает что-то.. но слов не разобрать.
18