Страница 152 из 157
— Я Лирр, – быстро представился мальчик, – и я здесь живу. Это мой замок.
— Я Дороти, – ответила она, – и я ужасно переживаю за моих друзей – Железного Дровосека и Страшилу. Ох, пожалуйста, нельзя ли что-то для них сделать? Уже темно, они заблудятся!
— Им ничто не угрожает. Завтра утром я их приведу, – сказал Лирр. – Обещаю. Я что угодно для тебя сделаю. Правда, что угодно.
— Ты такой славный, как и все в этих краях, – сказала Дороти. – О, Лев, бедняжка, ты в порядке? Тебе нехорошо?
— Если бы Безымянный Бог хотел, чтобы Львы летали, он бы дал нам воздушные шары, – простонал Лев. – Боюсь, где-то над ущельем я распрощался с обедом.
— Тепло приветствуем, – щебетала няня. – Мы вас ждали. Я так расстаралась, готовя угощение, все руки стёрла. Не великое богатство, но всё, что у нас есть, в вашем распоряжении. Таков наш девиз здесь, в горах: странник всегда желанный гость. Ну, давайте-ка пойдём к насосу, добудем горячей воды и мыла и пойдём в дом.
— Вы слишком добры.. но мне нужно найти Злую Ведьму Запада, – сказала Дороти. – О, простите, я повторю громче: я ищу ЗЛУЮ ВЕДЬМУ ЗАПАДА! Извините, что доставили вам такие хлопоты. А замок у вас, похоже, замечательный. Может, когда мы будем возвращаться, если будет по пути..
— Ну, она тоже живёт здесь, – заверил её Лирр. – Со мной. Не волнуйся, она тут.
Дороти немного побледнела.
— Она здесь?
В дверях появилась Ведьма.
— Здесь, разумеется, здесь, – сказала она, стремительно спускаясь по ступеням; юбки кружились вихрем, метла спешила за ней по пятам. – Вот и я! Ну, Чистри, ты поработал на славу! Рада видеть, что мои труды оказались не напрасны. Ты ведь Дороти, Дороти Гейл. Та самая, чей домик имел наглость рухнуть на мою сестру!
— Ну, по закону это не совсем мой дом, – простодушно возразила Дороти, – и, честно говоря, он не до конца принадлежал даже тёте Эм и дяде Генри. Они успели выкупить разве что окна и дымоход. Вообще-то, ипотека оформлена в Первом государственном банке механиков и фермеров Уичито, так что за всё отвечают они. Ну, это если вам нужно с кем-то связаться. Все проблемы обычно улаживает банк, – добавила она.
Неожиданно на Ведьму снизошло странное спокойствие.
— Мне всё равно, кому принадлежит этот дом, – отрезала она. – Факт в том, что до твоего появления моя сестра была жива, а теперь она мертва.
— О, и мне очень жаль! – нервно выпалила Дороти. – Правда жаль. Я бы всё сделала, чтобы избежать этого, если б могла. Представляю, как было бы ужасно, если бы на мою тётю Эм обрушился дом. Однажды на неё с крыши веранды свалилась доска. У тёти на лбу вскочила огромная шишка, и весь день она пела церковные гимны, но к вечеру стала такой же сварливой и сердитой, как обычно.
Дороти подхватила свою собачонку на локоть, подошла к Ведьме и взяла её за обе руки.
— Мне правда очень жаль, – повторила она. – Потерять близкого человека – ужасно. Я лишилась родителей, когда была маленькой, и помню, каково это.
— Отстань от меня, – скривилась Ведьма. – Терпеть не могу ложные сантименты. У меня от них мурашки по коже.
Однако девочка не спешила разжимать руки, словно в приступе некоего лихорадочного упорства, – просто молча стояла перед Ведьмой и ждала чего-то.
— Да пусти же ты! – прикрикнула та.
— Вы были очень близки с сестрой? – спросила Дороти.
— Не в этом суть, – резко ответила Ведьма.
— Вот мы с мамой были очень близки, и когда они с папой погибли в море, я даже не знаю, как я это пережила.
— Погибли в море? Что ты имеешь в виду? – Ведьма попыталась отцепить от себя детские руки.
— Они плыли навестить мою бабушку на родине – она умирала. И вдруг поднялась буря, корабль перевернулся, переломился пополам и затонул. И все пассажиры вместе с ним – все до единой живой души.
— Ах, значит, у них были души, – сказала Ведьма, внутренне содрогнувшись от образа корабля в безбрежной воде.
— Были и есть. Кроме душ у них, наверное, ничего не осталось.
— Перестань наконец за меня цепляться! И заходи в дом. Еда на столе.
— Иду. И ты тоже! Давай, пойдём, – сказала девочка Льву, и он нехотя поднялся на большие мягкие лапы и поплёлся за ней.
«Ну вот, теперь мы превращаемся в ресторан, – мрачно подумала Ведьма. – Что мне, послать летучую обезьяну в Красную Мельницу, чтобы пригласить оттуда скрипача для атмосферы? Ну, и убийца из девчонки получалась довольно странная». Ведьма начала прикидывать, как бы её разоружить. Однако сложно было понять, какое у той вообще есть оружие, кроме её нелепого здравомыслия и эмоциональной прямоты.
За ужином Дороти начала плакать.
— Что, сыр не нравится? – удивилась няня. – Надо было делать овощи?
Но девочка не ответила. Она положила обе руки на выскобленную дубовую столешницу, и её плечи затряслись от рыданий. Лирр всей душой рвался подойти и обнять её, но Ведьма угрюмым кивком велела ему сидеть на месте. От досады он со всей силы грохнул кружкой с молоком по столу.
— Здесь всё очень хорошо, – наконец выговорила Дороти, шмыгая носом, – но я так волнуюсь за дядю Генри и тётю Эм! Дядя Генри всегда так переживает, если я хоть чуть-чуть задерживаюсь после школы, а тётя Эм – ну, она страшно сердится, когда её что-то расстраивает!
— Все тётушки бывают сердитыми, – сказал Лирр.
— Ешь! Кто знает, когда ещё тебе доведётся поесть, – велела Ведьма.
Девочка послушно попыталась приняться за ужин, но раз за разом заливалась слезами. В конце концов начал всхлипывать и Лирр. Маленький пёсик Тото клянчил объедки, что напомнило Ведьме об её собственных утратах. Верный пёс Ворчун, проживший с ней восемь лет, теперь валялся мёртвым на склоне холма, облепленный мухами, среди всего своего безжизненного потомства. Вороны и пчёлы заботили её меньше, но Ворчун был её любимцем.
— Ну и весёлое же у нас застолье, – хмыкнула няня. – Может, я зря не поставила свечек для уюта?
— Свеча слепить может, – вставил Чистри.
Няня зажгла свечу и запела «С днём рождения тебя..», чтобы слегка подбодрить Дороти, но никто к ней не присоединился.
Воцарилась тишина. Только няня продолжала ужинать: доела сыр и принялась за свечу. Лирр то бледнел, то краснел, а Дороти тупо уставилась на след от сучка на гладкой столешнице. Ведьма вертела в пальцах нож, неспешно касаясь подушечками лезвия, будто трогала перо феникса.
— Что теперь со мной будет? – тускло, потерянно спросила Дороти. – Не стоило мне сюда приходить.
— Няня, Лирр, – сказала Ведьма, – ступайте на кухню. И Льва с собой заберите.